Анастасия Игнашева – Вежливые Люди (страница 41)
* * *
На сей раз встреча Кевина с Гансом фон Кутченбахом происходила не в Бонне, а в Дрездене, в маленькой пивной-гаштетте, которую дрезденцы почему-то считали местной достопримечательностью. Якобы её некогда почитал своим присутствием один русский офицер разведки, несший здесь службу. И с некоторых пор среди кадровых сотрудников РВЗС, кого заносило в этот старинный город, было хорошим тоном зайти сюда, пропустить кружку-другую. Кто был этот офицер и почему его память так чтили — Кевин так и не понял, да и не старался запомнить и понять.
Стены гаштетте украшали портреты того самого человека, с именем которого и было связано это заведение. Человек был запечатлён в разные периоды своей жизни, в разном возрасте и положение его, как можно было понять из портретов, менялось. А вот «чёртов тевтон», видимо, про этого офицера знал больше. Поэтому в ходе беседы время от времени взглядывал на портреты, словно спрашивал у таинственного русского совета.
Кевину обстановка в пивной не нравилась. Пиво он не любил, особенно немецкое, да и сам «чёртов тевтон» вызывал у Макнамары стойкое раздражение. И то, что предстояло опять лететь на Марс — настроения тоже не поднимало.
— На Марсе Вам нужно будет найти человека по имени Виктор Златов. — говорил фон Кутченбах, всё больше глядя на портрет над стойкой, как будто к нему и обращался, а не к Макнамаре. Потом перевёл взгляд на Кевина, — Это глава Братства торговцев информацией. У него есть сведения, интересующие Вас.
Кевин очень хотел спросить, какие же сведения, по мнению «проклятого тевтона», его должны интересовать, но по опыту уже знал, что лучше помолчать и дослушать до конца. Так оно и вышло. Фон Кутченбах отхлебнул пива и, в очередной раз бросив взгляд на один из висевших на стене портретов, сказал.
— Лет пять, или около того, тому назад наши спецслужбы проводили одну операцию против блоковцев. Точнее — это блок задумал операцию против нас, но мы вовремя о ней узнали и решили сыграть с ними в игру. С нашей стороны операция получила название «Квартет». По числу участников с нашей стороны. Операция оказалась провальной и для нас, и для них. Большая часть материалов по ней уже рассекречена. Блоковцам до зарезу была нужна наша новая система связи и шифрования. Мы решили подсунуть им фальшивку. Для этого нашли у наших разработчиков один неудачный образец и поручили двоим нашим сотрудникам сыграть в перебежчиков. Попутно там ещё двое к ним примкнули. Потому что руководитель группы, один из наших сотрудников, вдруг решил заняться самодеятельностью. И нашёл двоих каких-то идиотов, у которых был свой космический корабль. Грузы они доставляли. В какой-то момент ситуация вышла из-под контроля, не в последнюю очередь благодаря этим двоим, подписанным нашим идиотом…
Фон Кутченбах снова отхлебнул пива.
— Эти два дурака еле ноги унесли, горе-разведчик угодил в плен вместе с образцом, а вот ещё один участник группы, точнее, участница — как в воду канула. Поначалу мы думали, что она погибла. И вот теперь этот Златов что-то нарыл. Именно про эту особу. Разумеется, официально Вы туда едете как журналист.
— Златов создал некое тайное общество торговцев информацией. Этот человек, познавший вкус большой и реальной власти над людьми, уже не мог остановиться. Общеизвестно, что кто владеет информацией, тот владеет миром. Вот он и решил, что будет владеть и тем, и другим. Компанию себе соответствующую подобрал. Почти все они — бывшие члены правительства Маиси, освобождённые из плена под давлением «мировой общественности», а Рек превосходно в эту компанию вписался. Датч подумал и решил, что общение с этими людьми на какое-то время избавит его брата от суицидальных наклонностей. Потому что Рек, как только брат вздумывал ему что-то запрещать, тут же устраивал очередную попытку самоубийства. Он и корабль согласился купить из-за этого. Да и всё остальное тоже. А всего надо было — отправить братца обратно в психушку. Так ведь нет — побоялся, что его сочтут плохим братом и предателем.
Остальные бывшие члены правительства Маиси после своего свержения, пленения и освобождения занялись кто чем. Златов успел создать свою собственную адвокатскую контору, потом снова заняться бизнесом, оставаясь известной и уважаемой личностью в деловых кругах. Гвидо Паверс выгодно женился, осел на Илуо и командовал некой фармацевтической компанией. Проныра… Чем занимался Проныра — знал только сам Проныра. Но, судя по нему, он вёл именно такой образ жизни, который ему выгоден. Манцетти как был бизнесменом, так им и остался. У него семья, уважение в обществе и все такое. Всех этих ребят наша Контора знала наперечёт и не спускала с них глаз. Поэтому их Братство отнюдь не было для нас тайной. И то, что окопались они на Марсе тоже.
* **
То, что в их компании завёлся предатель, Златов заподозрил давно. А со временем подозрения сильно укрепились. И он попросил Река о встрече. «Медуза» как раз была на Марсе и Рек, исполнявший в Братстве роль Хранителя и секретаря, явился быстро.
Вики питал ничем не объяснимое пристрастие к дешёвым забегаловкам, крайне удивлявшее всех, кто его знал. Вот и сейчас он выбрал какую-то конуру под громким названием «Альтаир». Внутри было темновато, грязновато и тесновато. Но Вики занимал отдельный «кабинет», если так можно было назвать клетушку, размером с деревенский сортир. Шкафообразный, затянутый в серый комбинезон охранник у входа в «кабинет» скорее демаскировал присутствие Вики. Наличие этого громилы прямо-таки кричало о том, что там, за хлипкой дверцей происходит «деловая встреча». Вики, впрочем, больше походил на криминального авторитета средней руки, чем на бывшего главу правительства и на руководителя Братства.
— У тебя странное пристрастие к дешёвым забегаловкам и третьесортным гостиничным номерам, — заметил Рек, протягивая Златову руку.
— Здесь потише, чем в дорогих отелях, — ответил тот, пожимая его ладонь. — И не утруждают себя прослушиванием разговоров постояльцев.
Рек сел, внимательно глядя на Вики.
— Что случилось? — без предисловий спросил он Златова.
Обычно очень подвижное, лицо Вики превратилось в какой-то сдувшийся шарик, а пронзительно-синие глаза потускнели. Вики и не пытался улыбнуться.
— Не знаю, насколько это серьёзно, — ответил он. — Всё зависит от того, что мы обнаружим.
— Мы? — переспросил Рек.
Лицо Вики чуть ожило.
— Я надеюсь на твою поддержку. Хочешь выпить?
Рек отрицательно качнул головой.
— Меня беспокоит состояние базовой Программы, — сказал Златов. — За последнее время «охранник», установленный вашей На-Лой, засёк три попытки взлома. Это значит, что кто-то пытается войти без спросу, или вообще скопировать Программу.
— Это кто-то из своих?
— Мне не хотелось бы так думать. Да и что я могу думать⁈ Кого я могу подозревать? Большеносого? Или Карена? А может, сам Проныра решил, что уже хватит иметь с нами дело, пора заводить собственное? Чушь!
Златов резко пристукнул по столику, словно поставил этим точку. Но тут же плечи его опали и сам он словно сделался меньше ростом.
— Я не знаю, — растерянно сказал он, — Маловероятно, что кто-то из посторонних мог бы так целенаправленно искать Программу. То есть, её могут искать, но вряд ли додумаются, что искать нужно именно в той системе, в которой она находится. Об этом знают только свои. А свои… Если кому-то из своих что-то нужно, они могут просто связаться с тобой, или со мной и попросить. Но защита от копирования показывает, что Программу стараются именно скопировать. Зачем? Вывод как-то сам напрашивается.
— Кто-то решил, что иметь Программу в единоличном владении лучше, — закончил за него Рек. — Или вообще надумал её продать.
— Конечно, надо проверить всех, — решил Златов. — Секретарей, помощников… Даже уборщиц. Мало ли кто мог узнать, наконец, что такое Программа. Нельзя всё время пребывать в благостной иллюзии, что вокруг тебя сплошные идиоты, которые никогда ни о чём не догадаются. Но мне хотелось бы сперва… не знаю, как бы поточнее выразиться.
— Избавиться от подозрения и проверить тех, кто о Программе хорошо знает, — подсказал Рек.
— Да, именно так, — согласился Вики.
— А меня ты исключаешь сразу.
Вики, наконец, улыбнулся — и снова стал прежним Вики — обаятельным, мгновенно располагающим к себе любого.
— Если бы ты задумал скопировать Программу, я бы никогда об этом не узнал. Ведь у тебя ключ.
— И то верно, — согласился Рек. — Так что ты предлагаешь?
— Поскольку в данных обстоятельствах я могу полностью доверять только тебе, нам надо вместе придумать что-то, чтобы проверить остальных. Если окажется, что никто из них в этом не виноват, мы извинимся, расскажем, в чём дело и попытаемся сообща провести расследование.
— А придумать должен я.
— Ты у нас — Хранитель. — Златов улыбнулся ещё шире.
— Скажи лучше: оператор. — поморщился Рек.
— Уверен, вместе у нас получится, — продолжил Златов, — На-Ла может выдумать какую-нибудь ловушку?
— Может быть. Я поговорю с ней. Пусть соорудит ловушку. Потом мы разошлём послания и соберём всех на встречу по поводу уничтожения Программы. Что-нибудь этакое. — вынув электронный блокнот, Дагвард углубился в составление текста, — Встречаемся… 25-го по земному. Придумай — где, — бросил он Златову и продолжил: — Надо решать вопрос с уничтожением Программы. Принесите свои коды доступа…