Анастасия Игнашева – Вежливые Люди (страница 19)

Когда Кевину минуло шестнадцать лет, чета Макнамара вдруг приняла решение переселиться на Марс. Проект «Верблюжья ферма» к тому времени накрылся чем-то, очень сильно похожим не то на бордовую шляпу, не то на медный таз. А сам мистер Макнамара-старший, подписав все мыслимые и немыслимые подписки о неразглашении тайн и секретов, поспешно уволился из армии и поспешил забыть последние десять лет жизни как кошмарный сон. Но в покое его не оставили, дав понять, что в отставку люди вроде него могут уйти только в одном случае — когда помрут. Леди Алиса категорически воспротивилась тому, чтобы её внук ехал туда же.

«Какое воспитание мальчик может получить на Марсе? Да там ни одного приличного учебного заведения! Нет! Он должен учиться здесь, а вот когда его учёба будет закончена — тогда он сам решит для себя, что ему лучше: остаться на родине своих предков или следовать в никуда».

Кевин, привыкший к бабушкиной вольнице, целиком разделял её мнение. Родители смирились и признали, что Оксфорд — это хорошо, а Марс — не очень хорошо — и позволили сыну остаться в Англии. В Оксфорде Кевин принялся изучать журналистику. Ну, или старательно делал вид, что изучает. Писательского таланта у него не было. А ещё — Кевин-младший терпеть не мог ремесло отца. Что, однако, не мешало ему при каждом удобном случае обращаться к папе за помощью — финансовой и иной. Платили Кевину-младшему мало, а после истории с «Верблюжьей фермой» и того меньше, так что за деньгами горе-журналюга обращался частенько. Словом — это был типичный мизерабль-неудачник. И вот теперь о нём вспомнили. Словом, Кевин в очередной раз проклял тот день и час, когда он сунул нос, куда не следует.

Вот и сейчас его развели как ребёнка. Да, деньжат ему отвалили щедро, а он и обрадовался. Как та мышка из сказки, которую хитрая кошка просила пробежать через всю комнату из угла в угол, а взамен обещала горшок масла. Репортаж. — в который уже раз раздражённо подумал Кевин, — Как же! Боже милосердный! И за что мне это всё⁈

Всё, что удалось выяснить Кевину, — это то, что отец жив и его жизнь вне опасности, хотя состояние было тяжёлым и к нему не пускали — Макнамара-старший был в коме. Кевин вышел на улицу, рассеянно добрёл до стоянки автоматических такси, не глядя сел в мобиль, вставил в прорезь кредитную карту и набрал маршрут.

Только сейчас Кевин задумался о своих отношениях с отцом, о том, кем он был для него. И понял, что совершенно его не знает. Что они с отцом никогда не были особенно близки. Всё его детство прошло на Земле в доме бабушки по отцу, а родители только изредка навещали его. Тогда они всей семьёй шли куда-нибудь: в ресторан, или в парк аттракционов, а оттуда в музей, или на выставку, или к кому-то в гости, а потом опять в ресторан. Так продолжалось пару недель, а потом родители опять куда-то улетали и праздник заканчивался. До следующего года. Кевин-младший никогда не задумывался, почему так происходит и чем заняты его родители. Он просто принимал ситуацию как данность.

— Мистер Макнамара?

Кевин даже не сразу понял, что обращаются именно к нему. А когда понял, то обнаружил, что никуда он не едет, а так и сидит во флаере, даже дверцу не закрыл. А рядом стоят два каких-то типа и одни из них — рослый смуглый брюнет, размахивает у него под носом полицейским жетоном.

— Мистер Кевин Макнамара-младший? Так? — повторил брюнет.

Кевин машинально кивнул.

— Мы из полиции. — уточнил брюнет, — Инспектор Лахэд. А это мой напарник инспектор Дагвард. Наши соболезнования, мистер Макнамара.

— Спасибо. — механически сказал Кевин.

— Вы можете говорить? Можете уделить нам время. Нам очень важны Ваши показания. У нас есть предположение, что то, что случилось с Вашим отцом и события, происходящие сейчас на Марсе, как-то связаны.

— Да, конечно! Только… давайте поедем куда-нибудь. Не здесь.

— Тогда — может, в Управление? — предложил Лахэд.

Кевину было решительно всё равно куда.

* * *

Река разбудил звонок в дверь. Кнопку как нажали, так и не отпускали.

Какого… — подумал Рек, с трудом пытаясь понять, что происходит. Накануне он не спал больше суток, держался только благодаря бесчисленному количеству чашек кофе, мотаясь с Лахэдом по всему городу, да тут ещё какой-то журналюшка свалился им на голову… Что ему надо? Что им всем надо⁈ Дайте поспать… Рек бросил взгляд на светящееся табло часов. Он проспал чуть больше двух часов. В дверь продолжали трезвонить.

Убью…

Он встал и, как был, в одних трусах, поплёлся к двери. Почему-то Рек был уверен, что это тот самый борзописец, который почти целый день таскался за ними как привязанный. Как там его? Макнамара, что ли? Преисполненный самого горячего желания спустить визитёра с лестницы, Рек открыл дверь, даже не поглядев на экран видеонаблюдения. Но за дверью стояла Ева Флитчер, бледная и трепещущая, как осиновый лист.

— Эээээ… ммм… — опешил Рек, машинально отступая вглубь квартиры.

— Мне больше некуда и не к кому идти. — прошептала Ева, вторгаясь в прихожую, — Я узнала ваш адрес из базы данных. Мне нужно с Вами поговорить…

— Ну, проходите, — нашёлся наконец Рек, хотя она и так уже вошла, — Я сейчас переоденусь.

Он закрыл за ней дверь и поспешно проскочил в комнату, собирая на ходу разбросанные вещи. Вернувшись уже одетым, Рек увидел, что она так и стоит в дверях комнаты, не решаясь войти.

— Я принесла вам это, — она протянула ему небольшой чёрный предмет, при ближайшем рассмотрении оказавшийся флэш-картой. Рек покрутил её в руке и посмотрел на неё выжидательно.

— Что это?

— Это часть программы.

— Я не программист. В любом случае — мне нужно отвезти это в Управление.

— Вы должны меня спрятать! — выдала она, — Ну вы же понимаете, что шеф сразу обнаружит, что кто-то копался в его компьютере. А кроме меня никто не может просто так зайти в его кабинет. Я боюсь! — Голос её скорее был требовательный, чем испуганный, — Он знает, где я живу и сразу же меня отыщет.

Рек кивнул.

— Поедемте со мной.

— Нет! — Ева решительно мотнула каштановыми кудрями. — Я боюсь выходить на улицу.

— Ну хорошо, — согласился Рек, — Оставайтесь здесь. Вряд ли ваш шеф догадается, что вы пошли ко мне на квартиру, а не в полицию.

Он тут же сорвался с места, подхватывая на ходу ключи от машины и куртку.

— Я закрою вас снаружи. Никому не открывайте.

Ева внимательно его слушала и кивала. Рек отыскал в карманах телефон и сунул ей в руки.

— Если будет надо — я позвоню вам вот на этот телефон. От того трубку не берите, — он ткнул в сторону стоящего на столе аппарата, — Проголодаетесь — холодильник на кухне!

Крикнул он уже из прихожей.

Да! Слабоумие и отвага — это сила, которая, как известно, солому ломит. В итоге, волнующая вышла история в стиле «Он был титулярный советник, она — генеральская дочь».

Хотя — на самом деле, никакая не генеральская. Но Ева в своё время сумела, не сама, конечно, а с помощью других, очень хорошо «скорректировать» свою биографию и, как ей казалось, надёжно спрятала все концы в воду. Та девочка из укрского гетто, казалось ей — исчезла безвозвратно. Да, Бремер ей нравился и иногда она даже спала с ним. И, конечно, была в курсе его замыслов. Не сказать, чтобы одобряла, но и не осуждала. Но потом случилось непредвиденное. Каким-то образом эти два копа — Лахэд и Дагвард — что-то пронюхали. Что именно — Ева не поняла, но запаниковала. Рыльце у барышни тоже было в пушку. И если вдруг откроется история с Саймоном… Это его фамилию — Флитчер — с некоторых пор носила Евуся…

А Реку Дагварду было двадцать три и он ещё ни разу ни в кого не влюблялся по-настоящему. Нет, конечно, были у него девочки, которые ему нравились и кое-с-кем из них он даже встречался, но это было всё не то.

Но Бремер её опередил. И всё испортил. Откуда он узнал о её отношениях с Саймоном Флитчером и о романе с ещё одним человеком по имени Кевин Макнамара? Да, Макнамара был женат… Но кого и когда это останавливало? Только вот о романе узнали… И не только жена, которая, кстати, повела себя достойнее всех, но и ещё кое-кто. Оказывается, этот Макнамара на Земле занимался чем-то, связанным с разведкой… И вот теперь его просто подстрелили. Нет, полковник Макнамара остался жив и находился в госпитале, где его надёжно охраняли, а врачи говорили, что его жизнь вне опасности, хотя ранение было и тяжёлым. Но произошло это почти на глазах у Евы. А если кому-то стало известно, где теперь скрывается девочка по имени Ева?

А тут ещё его сын вдруг прилетел с Земли и тоже решил навестить Еву. И Евуся запаниковала. Слишком уж в тугой узелок всё связалось: деятельность этого Макнамары-старшего, его шахеры-махеры с Бремером, о которых Ева, конечно знала, её романчики с обоими…

Нет, Саймона Флитчера Ева вспоминала даже с благодарностью. Он обеспечил ей пропуск в более-менее приличное (по марсианским, разумеется, меркам) общество. Ибо укры были изгоями даже на Марсе, куда стекалось отребье со всего Земного Содружества. Но сам Флитчер тоже был сам по себе тёмной личностью: не совсем честный бизнесмен, не брезгующий и криминалом, шулер и порядочный негодяй, как характеризовали его многие знавшие его люди. Официально он удочерил осиротевшую девчонку-подростка, но на самом деле жил с ней как с женой. Ева не возражала. Она как-то сразу поняла, что за всё в жизни надо платить. Деньгами, или собой — не суть важно. В конце концов — если бы не он — ещё неизвестно как сложилась бы её жизнь. А Саймон дал ей уверенность и защиту.