Анастасия Гуторова – Сказки Воображариума: Аполлинария и Крокодил Торилос (страница 1)
Анастасия Гуторова
Сказки Воображариума: Аполлинария и Крокодил Торилос
Пролог
В тот вечер в комнате пахло нашим печеньем с вареньем и ванилью. Мы с дочкой устроились на ковре, словно два исследователя перед долгим путешествием. За окном медленно гасли розовые облака, а тени на потолке вытягивались всё длиннее. И вдруг её маленькие пальчики сжали мою руку.
– Мам, – прошептала она, и её глазки заблестели, точно две голубые звёздочки. – А на потолке живут волшебные звери!
Я затаила дыхание. Её слова звенели, как самые легкие колокольчики:
– Смотри… Вот здесь домик Лиса… А вот жёлтый Мика машет нам ручкой…
Я тут же схватила блокнот с цветными карандашами. Пока Полина говорила, я спешно записывала, боясь упустить хоть слово. В её сказке не было места злым драконам или страшным великанам – только смешные обезьянки, важный жираф, русалки с крыльями из мыльных пузырей, которые никогда не лопаются.
Мы назвали этот мир
Страна, где реки текли апельсиновым соком, звери умели превращаться в звёзды, а дождик пах клубничным вареньем (потому что «кумо»– по версии дочери – это очень вкусно).
Каждый день приносил новое приключение. То мы рисовали карту невиданных земель, то придумывали имена для летающих цветов. Иногда перед сном я читала ей наши сказки, а она с неподдельной серьёзностью поправляла:
– Мамочка, ну ты всё пеипутала! – говорила она на своём детском языке.
Вскоре я и сама начала видеть этот мир. Когда мы ехали в автобусе, мне чудилось, что в лужах плещутся русалки. А тени от фонарей к вечеру превращались в стайку длинноногих жирафов. И когда в реальном мире становилось слишком скучно, к нам в гости приходил весёлый Лис с бархатными ушами, пахнущими голубикой. Он шептал: «Готовы к приключениям?» – и мы снова оказывались в Воображариуме.
Воображариум стал нашим сокровенным убежищем. Там любая грусть растворялась, словно сахар в чае, а скучные правила исчезали, будто меловые рисунки под дождём. И самое обычное утро могло стать началом новой сказки.
Теперь я знаю секрет: если крепко держать дочку за руку и прищуриться, глядя на потолок, – можно увидеть, как Мика машет нам из-за ягодной тучки.
Попробуйте! Только чур, ни слова взрослым… Иначе волшебные звери спрячутся до следующего вечера, когда в доме пахнет печеньем и ванилью.
Дорога до Воображариума
Дорога до Воображариума
Знаешь, чтобы попасть в Воображариум, нужны всего три правила. Не простых, а волшебных!
Полина называла их своими смешными словечками.
Для начала непременно нужно испечь самый что ни на есть королевский пир. Полина раскидывала свою пластмассовую посудку по всему ковру. Пирог у неё получался особенный – с малиновым джемом из блестящих бусинок и воздушного теста, которое светилось в темноте, точно светлячок. На вторую тарелочку она аккуратно складывала жёлтые яблоки – стоило куснуть одно, и тут же вырастали крылья.
Она тут же мчалась на кухню, чтобы налить в розовую бутылочку лимонада… Того самого, что делается из настоящей радуги. Папа однажды рискнул попробовать – и потом целый час катал её на спине, как настоящий пони. Утверждал, будто конфеты из пакета «Скитлс» оказались чересчур волшебными.
Полина важно мешала ложкой в пустой кастрюльке, причмокивала и выносила вердикт:
– Кумо-кумо!
А это означало: «Очень-очень вкусно!»
И, конечно же, всё следовало щедро посыпать сахарной посыпкой. Исключительно для красоты.
У Полины было три верные подруги-лошадки.
Радужка – такая резвая, что могла умчать её в любую точку Воображариума в один миг. Белёска вечно что-то жевала; даже когда все пряники давно заканчивались, она всё равно причмокивала и требовательно поглядывала, выпрашивая добавку. А Муся обладала мудростью сразу двух бабушек – говорила то тонким голоском, как бабушка Лена, то ласково и неторопливо, как бабушка Света. Она-то уж точно знала, куда пропадают все потерянные носки и кусочки пластилина.
Полина бережно укладывала своих подружек в корзиночку, украшенную наклейками-сердечками, и заботливо укрывала их крошечным одеяльцем: а вдруг в пути подует холодный ветер?
Для настоящего путешествия в Воображариум требовался особенный ковёр-самолёт. Эту почётную роль исполнял голубой плед в белые звёздочки – с виду самый обыкновенный, но на самом деле совершенно волшебный. Утром он становился пушистым облаком, на котором так здорово было лежать и мечтать. В обед – весёлым единорогом (но его непременно нужно было угостить долькой шоколадки, иначе он обижался и начинал стучать копытцем). А вечером плед превращался в лодку с розовыми парусами. Мама всегда подкладывала дополнительные жёлтые подушки – для надёжности.
И вот наступал самый ответственный момент. Нужно было устроиться поудобнее, поправить подушки, глубоко-глубоко вдохнуть и… откусить кусочек невидимого пирога (обязательно с громким хрустом) и радостно воскликнуть:
– Ва-а-а-у! Ням-ням-трям!
Мама тоже старательно делала вид, что жуёт. Они ложились на спину, крепко брались за руки и замирали в предвкушении чуда.
И оно неизменно происходило! С потолка сыпались искорки-звёзды, капельки хрусталика на люстре превращались в сияющие врата, а тени на стенах складывались в извилистую дорогу, ведущую прямиком в Воображариум.
– Готова? – тихо спрашивала мама.
– Дяяяя! – верещала от восторга Полина. – Одинь, дааа, тыыы!
Раз! – и комнаты как не бывало. Вместо неё – бескрайняя волшебная страна. Ковёр-самолёт плавно поднимался всё выше, пролетал сквозь сладкие сахарные облака и мягко опускался на огромную поляну – белоснежную и чистую, будто только что развернутый альбомный лист. Стоило лишь улыбнуться друг другу – и волшебство начиналось.
Мама Полины тут же превращалась в Королеву. Её платье переливалось всеми цветами радуги: то нежно-голубое, то розовое, а если она чуть хмурила брови – оно тут же становилось золотым. Вокруг неё порхали диковинные бабочки – сапфировые, лимонные, а одна была даже в яркий горошек. Когда Королева подпрыгивала, их крылья вспыхивали, будто сотни крошечных разноцветных фонариков.
Белые колготки делали её невесомой, легче пушинки. Она могла запросто перепрыгнуть через широкую реку-лужу или взбежать на самый высокий холм. А её тёмно-синий плащ мерцал таинственно, будто в его складках прятались все звёзды с неба. Но самое удивительное – это, конечно, её волосы. Чёрные, как южная ночь, они струились тяжёлыми шелковистыми волнами и сверкали на солнце. Но стоило где-то поблизости затаиться малейшей опасности, как они тут же настороженно выпрямлялись, предупреждая свою хозяйку.
А ещё у Королевы был маленький бархатный мешочек с волшебной пыльцой желаний. Стоило лишь прошептать в него самое заветное слово – и чудо появлялось само собой. Но помни: конфетка должна умещаться в ладошке, мармеладки – быть из солнечного сока, а если задумаешь какую-то шалость – пыльца тут же спрячется на самое дно.
На ногах у Королевы красовались прозрачные кеды с весёлыми мишками. Если она вдруг начинала грустить, кеды тут же начинали забавно чихать и выпускали маленькое облачко пыли, которое моментально поднимало настроение.
А Полина превращалась в принцессу Аполлинарию. Её розовое платье было нежным и мягким, словно пушистое облако, и постоянно менялось. То на нём загорались луна и солнышко, то рассыпались конфетки-звёздочки. А в дождь на юбке расцветала яркая радуга. Гольфы у неё, конечно, не умели летать, как у мамы-Королевы… Зато они могли поднять её так высоко, что можно было запросто дотронуться до пухлой тучки, поймать солнечного зайчика или просто болтать ножками в самом воздухе.
На голове у принцессы красовалась розовая повязка с сердечком – самая добрая на свете. Стоило ей кого-нибудь обнять, вся грусть тут же убегала – видимо, боялась, что её тоже приласкают и заставят улыбнуться.
А ещё у неё были две длинные косички с розовыми бантиками. Они умели петь песенки, читать книжки и даже подсказывать ответы… но только если их хорошенько покормить ванильным мороженым!
За спиной у принцессы висел фиолетовый рюкзак. В нём помещалось абсолютно всё. Даже целый домик! Ну а на ногах у неё красовались розовые туфельки с бантами. В них она бегала быстрее самой молнии.
Как только превращение закончилось, перед Королевой и Аполлинарией выросли огромные ягодные кусты – такие высокие, что их верхушки терялись в пушистых облаках. Здесь было всё: алая клубника, синеглазая голубика, румяная малина.
Но просто так пройти было нельзя – следовало разгадать волшебный ягодный секрет.
– Хрусть-шрумсть! – раздалось из гущи листьев, и оттуда выпорхнул розовый цыплёнок. На его лапках болтались весёлые бантики, которые не просто переливались всеми цветами радуги, но ещё и умели петь.
Красный бантик затянул: «Ля-кю-ю!» – это была песенка клубники.
Синий подхватил: «Фа-буль!» – так звенела голубика.