Анастасия Гудкова – Забери мою тьму (страница 7)

– Кинжал.

 Не доверяя девушке, он собственноручно вылил ей на голову зелье, создающее защитный купол. Сам же предпочёл морок невидимости – Ланиус хотел подойти ближе и постараться уловить магический след.

 Они стояли в открытом поле. Слышали дыхание нежити, слышали их шипение, но не видели ни одной твари. Лан сделал несколько выпадов кинжалом, лезвие лишь пронзило пустоту. Вдруг на горизонте появилась фигура в тёмном плаще. Человек был слишком далеко, чтобы удалось почувствовать его ауру. Несколько мгновений он будто присматривался, а затем раздался крик "Аррхаббар" и стало тихо.

От тишины звенело в ушах. Алания с удивлением заметила, что исчезли все звуки. Вот над ними пролетела горлица, клюв её приоткрылся, но крик так и не раздался. И ветер тоже пропал. Полевые цветы, до этого клонившие свои бутоны к земле, теперь стояли словно воины на плацу, тянулись ввысь с неестественно прямыми стеблями. Время будто застыло, и только двое путников едва дышали, стоя под защитным куполом.

 Алания то и дело бросала взгляд туда, где ей привиделась фигура в плаще. Сейчас там было пусто, маг исчез. Видел ли его Лан? Должен был увидеть, он же не простой чернокнижник, он один из сильнейших тёмных магов, мимо него и муха не пролетит. И все-таки девушка чувствовала беспокойство своего спутника. Взгляд его был серьёзен, а рука крепко сжимала ритуальный кинжал. Второй рукой Лан придерживал поясную сумку, чтобы успеть достать зелье.

 Минуло не меньше трёхсот ударов сердца, прежде чем Лан осторожно коснулся руки девушки. Она вздрогнула и неожиданно для себя схватила мага за рукав. Помнится, тётушка Нания говорила, что лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Теперь Алания понимала, о чем она. Вокруг так долго ничего не происходило, что девушка уже сходила с ума от ужаса и ожидания. Даже присутствие мага рядом не умаляло её страх: он ясно дал понять, что для него нет ни любви, ни привязанности. Если нужно будет выбирать, спастись самому или спасти её, Аланию, не нужно было гадать, что маг предпочтёт собственную шкуру.

 Лан тоже думал. Как истинному мужчине в момент опасности сантименты ему были чужды. Он прикидывал расстояние до исчезнувшего мага и потенциал и природу его силы. И всматривался в недвижимые стебли цветов, чтобы ничего не пропустить. Стоящая рядом принцесса так сильно вцепилась в его плащ, что это слегка отвлекало. Лан покосился на руку принцессы, дрожащую, с побелевшими от усилия тонкими пальчиками. Перевёл взгляд на девушку: глаза блестят от слез, но она пока держится. Лишь искусала губы в кровь. Внезапно возникшее желание заставило мага на мгновение закрыть глаза: ему вдруг до одури захотелось схватить невесту брата, прижать к себе и защищать до последнего вздоха.

 Когда Лан открыл глаза, он успел заметить мимолётное движение воздуха неподалёку. Оно было похоже на дрожащее марево над костром, будто цветы слегка подрагивали, были мутноватыми и то и дело покрывались рябью. Он снова коснулся принцессы и одними губами прошептал: "Смотри! ". Она увидела. Замерла, вопросительно взглянула на мага, Лан только покачал головой. Не сейчас, пусть подойдёт поближе, кто бы это ни был. Под куполом их не видно, а значит есть шанс подпустить того, кто приближался под мороком, ближе. На расстояние, достаточное для удара кинжалом.

 Лан осторожно двинулся в сторону ряби, мимолётно шепнув принцессе, чтобы молчала и не выходила из купола. Шаг. Ещё шаг. Резкий удар сбил мага с ног. Лан упал и тут же почувствовал смрадное дыхание и тяжесть лап на груди. Значит все-таки нежить. Только вот тот, чье имя назвала Таврия, не смог бы одновременно и поддерживать жизнь в тварях, и наводить морок. Значит, есть и второй маг. А ещё это значит, что на них определённо охотятся, только вот на кого? На него или на принцессу?

 Мысли неслись сумасшедшим вихрем, пока Лан точными ударами кинжала отправлял нежить в Преисподнюю. Иногда он даже успевал бросить взгляд на принцессу, судорожно сжимающую в руках меч. Купол был цел, а значит, Лан мог не беспокоиться о том, что кто-то из тварей сможет до неё добраться.

" Думаю, Сай предпочтёт получить свою невесту живой и невредимой". Лан невесело усмехнулся своим мыслям и яростно вонзил кинжал в очередную тушу.

 Алания в это время силилась разглядеть хоть что-то, но она не обладала чутким зрением мага- охотника. Всё, что она видела – Лана, то и дело вонзающего кинжал в пустоту. Правда теперь она слышала хлопки и видела отголоски пепла, которым осыпались побеждённые твари. Принцесса только металась внутри купола испуганной птицей, понимая, что ничем не сможет помочь. Руки ослабли от тяжёлого меча, но опустить его принцесса не решалась. Когда Лан остановился, она было решила, что всё закончилось. Он медленно повернулся к ней спиной, озираясь в поисках уцелевших тварей, и именно в этот миг рядом с принцессой возникла фигура мага в плаще. Лицо его было закрыто капюшоном. Алания только открыла рот, чтобы окликнуть Лана, как её дыхание перехватило. "Магическая удавка", – успела подумать девушка, воздуха не хватало, поле вокруг начинало терять очертания. В Лана ударил луч заклинания и он упал, раскинув руки в стороны. Ритуальный кинжал выпал на траву, склянки с зельями высыпались из сумки и играли разноцветными гранями на солнце.

 Вдруг Алания почувствовала, что удавка ослабла, и она сделала вдох. Кружилась голова, девушка упала на колени, из последних сил подползла к магу.

 На груди Лана зияла рана с опаленными краями. Девушка осторожно коснулась его волос, дотронулась до руки, боясь причинить боль. Из глаз её текли слезы, она собирала зелья в поисках подходящего, и лихорадочно шептала:

– Пожалуйста, не уходи! Пожалуйста! Ты мне нужен…

Алания наклонилась к магу, стараясь почувствовать его дыхание. Уловила слабый вдох, значит жив. Есть время, знать бы ещё, каким заклятием его ударило. Но это потом, сначала нужно привести мага в чувство.

 Алания бросилась к рассыпанным на траве склянкам мага, резким движением опрокинула к ним содержимое своей сумки. Склянок стало больше, но нужной – с водой из Живого ручья, не было. Алания спешно перебирала зелья и тихо шептала:

– Да как же это, была же… Гроххов Сай, если бы не он и эта нежить… Да чтоб он в Преисподнюю провалился! – сказала и испуганно закрыла рот рукой. Только этого ещё не хватало, интересно, её проклятие долетит до драгоценного женишка?

 Всего три дня в пути с Ланом, а столько всего передумала юная принцесса. Первую крупицу сомнений в правильности предстоящей свадьбы ей подбросил маг, обронив, что любящий жених не отправил бы свою нареченную в столь опасное путешествие без сопровождения. Он скорее отправился бы сам, так почему Сай остался во дворце? И болезнь Светлейшего правителя тут не в счёт, придворные маги уже много лет защищали Агорию от нашествий нежити и воинственных соседей. Сай был не настолько силён в колдовстве, чтобы его отсутствие сказалось на безопасности границ.

 Значит дело было в чём-то другом. Но почему именно она, Алания? Девушка не тешила себя пустыми надеждами о неземной любви, откровенно говоря, она и лёгкого интереса со стороны принца не наблюдала. Правда принцессе казалось, что её любви хватит на двоих. Она окружит Сая заботой и вниманием, будет вдохновлять и восхищать его, и может быть он поймёт, полюбит. Так думала Алания, пока не встретила Лана. А потом всё просто будто рухнуло. Каждый ехидный вопрос мага зарождал в девушке чувство горечи и непонимания. То, что поначалу казалось простым и понятным, теперь обретало совсем другой смысл.

 Кто преподнёс злополучный браслет? Почему Сай не предупредил о магической ауре, ведь он, несомненно, не мог её не почувствовать? Почему он отправил к магу именно её и почему нужен был только Лан? Судя по тому, что принцесса увидела сегодня, охота шла именно на них. Это был не случайный прорыв нежити, за ними гнались, их пытались убить. В чем причина? Что такого произошло или должно произойти между братьями, что Лан стал мишенью? Или это не Лан, а она?

 Столько вопросов и ни одного ответа. Алания почти отчаялась, как вдруг заметила откатившийся под крупный лист дорон-травы пузырёк с прозрачной жидкостью. Тот самый, с водой Живого ручья!

– Ох, – вздохнула принцесса с облегчением, схватила склянку и вернулась к неподвижному магу. – Давай, сейчас, держись, пожалуйста, – бормотала она, осторожно расстегивая его рубаху.

 Она провела рукой по груди мага, шепча слова исцеляющего заклятия. Отметила про себя, каким сильным было его тело, как крепки были мышцы. Перед ней лежал поверженный воин, даже сейчас, оглушенный и раненный, он был… Алания вздохнула. Он совершенен. Освобождая мага от рубашки она вспоминала по-девичьи изящного жениха. Прогнав из головы ненужные мысли, девушка приступила к обработке раны. Зубами выдернула пробку из склянки и, не переставая шептать заклинание, капнула Живой водой на обугленный край следа от заклятие. Маг дёрнулся, Алания с трудом удержала его.

– Пожалуйста, лежи, – шептала она. – Сейчас, ещё немного, так нужно, пожалуйста, потерпи…

 Края раны пенились и зарастали, из глаз девушки текли слезы. Всё будет хорошо, всё обязательно будет хорошо! Она плакала, капала Живую воду на грудь мага и шептала, шептала лекарское заклинание и вновь проклинала жениха, заклинала боль и звала мага, по-прежнему недвижимого. Когда ресницы его дрогнули, девушка застонала от счастья. Не в силах справиться с охватившим её волнением, она наклонилась к магу ближе и положила голову ему на плечо.