Анастасия Гудкова – Полный кошмар для архимага (страница 2)

Глазами же я пыталась обнаружить источник смеха. Им оказался придворный маг, отправленный нас встречать. Он был уже немолод, седина тронула не только виски, но и затылок, и короткую бороду, и бакенбарды. Только глаза оставались живыми и ярко-синими. Облачен мужчина был совсем не в мантию, а в простую рубаху и черные брюки. Судя по высоким сапогам, сидеть на месте мужчина не любил. А в целом, маг выглядел вполне дружелюбным.

Догадаться же, что он не простой слуга, было достаточно просто: от него фонило силой так, что она казалась плотной и практически осязаемой.

- Добро пожаловать во дворец, - с улыбкой произнес маг. – Мое имя – Альрон, стихия – воздух. Один из трех придворных магов-стихийников. Сейчас я провожу вас в зал, где вас ждет его величество король Данор Первый и архимаг его величества маэтр Гренрей. Именно они выберут тех, кто продолжит отбор. Следуйте за мной.

И мы последовали. Я бегло пересчитала тех, с кем мне предстояло состязаться – вместе со мной нас было десять, естественно, все остальные - мужчины. Что ж, это будет непросто, но я отступать не собиралась.

До вожделенного зала мы не дошли совсем немного. Альрон остановился у дымящейся сферы, предназначение которой я знала еще со времен академии. Впрочем, это было очевидно: нужно понимать, кто на что способен.

- Думаю, ни для кого не секрет, что это за артефакт? – уточнил Альрон, указывая на сферу. Подождал пару мгновений, убедился, что вопросов нет, а потом предложил по очереди коснуться ее.

Артефакт был и правда простым: дым в сфере при прикосновении окрашивался в цвет стихии мага. Чем ярче цвет – тем больше потенциал. Я встала в конец очереди, опасаясь, что рванувшие проходить первое испытание мужчины меня попросту затопчут, и с любопытством наблюдала за ними.

В результате у двоих сфера осталась в том же виде, в котором и была, что свидетельствовало или об отсутствии дара, или о крайне низкой его концентрации. Маг с крысой ожидаемо получил отворот поворот исключительно из-за того, что сфера стала иссиня-черной, а некромант в жизни не сможет справиться с обязанностями природника. Еще двое оказались магами огня, тоже непонятно, что забывшими здесь. Так что, когда подошла моя очередь, прошедших первый этап отбора оказалось шесть. Два мага воды, два мага воздуха и два – маги земли.

- Мелисса Лион, - представилась я, как полагалось, а потом осторожно коснулась сферы, прекрасно понимая, что я в ней увижу. И изо всех сил надеясь, что меня не выгонят прямо сейчас.

- Любопытно… Крайне любопытно… - пробормотал Альрон, разглядывая сияющую цветами четырех стихий сферу. – Откуда вы, Мелисса?

- Лестерская академия магии, - отозвалась я, скрестив пальцы за спиной.

- Провинциалка? – буркнул один из шести счастливчиков.

- Как видите, на силу моего дара это не повлияло, - огрызнулась я.

- Любопытно… - снова сказал Альрон, будто не слышавший нашей перепалки. – Следуйте за мной, господа.

А уже через пару мгновений я с интересом рассматривала его величество короля Данора Первого. И с опаской косилась на молодого, талантливого и ни капельки не женатого архимага, который скользил по мне крайне неодобрительным взглядом.

Глава 3

После традиционных поклонов и реверансов, в которых я, надо сказать, преуспела примерно также, как слон в бальных танцах, и совсем не из-за того, что я мало походила на грациозную лань, нам позволили представиться. Каждый рассказывал о себе пару слов, которые, по версии рассказчика должны были склонить чашу весов в пользу него. А потом выступал Альрон, дававший беглую оценку потенциалу магов.

Первым выступил из нашей нестройной толпы один из магов воды, совсем юный блондинистый парнишка с напрочь откусанными ногтями. Вот бедолага! Неужели даже успокоительная настойка его не берет? Собственно, нервничал он так, что король даже не смог разобрать его имени. Так что первый кандидат на то, чтобы покинуть отбор, определился сразу же.

Его товарищ по стихии, мастер Дейр, был, напротив, весьма самоуверенным мужчиной средних лет. Глядя на него, казалось, будто весь мир подчиняется одной его воле. Он двигался легко, будто струился собственной стихией. Его небесно-голубая мантия переливалась волнами, а умирающий цветок, который он напоил живительной влагой, ожил прямо на наших глазах. Этого было вполне достаточно, чтобы король посчитал его достойным продолжения отбора, а маэтр Гренрей сухо кивнул.

Вообще в их тандеме именно архимаг казался тем последним звеном цепи, от которого зависело решение. И что-то мне подсказывало, что я недалека от истины, хоть все и пытаются убедить меня в обратном. Несомненно, приближенные маги должны вызывать у короля положительные эмоции, но работать-то с ними именно невоспитанному и неженатому магу. Тьфу, да почему я все время возвращаюсь в мыслях к этому факту? Вот же не повезет кому-то заполучить в мужья этого…

На смену магам воды пришли маги воздуха. Тут обошлось без показательных выступлений исключительно из соображений безопасности: а ну как разобьют буйные ветры какую-нибудь ценную вазу эпохи Брен, придется брать мага на работу пожизненно, пока стоимость иностранного артефакта не окупит.

Впрочем, один из них срезался уже на вопросе о достижениях. Не знаю, чем он руководствовался, но оказалось, что он даже не получил никакого магического образования. А воздушные потоки слишком капризны, чтобы подчиняться самоучке.

Второй воздушник, мастер Герт, крепкий молодой мужчина, то и дело незаметно мне подмигивающий, рассказал удивительную историю спасения полей от засухи. Воздушные потоки семь дней и семь ночей гнали какую-то несговорчивую тучку в нужный край, пока, наконец, она не пролилась дождем.

Один из магов земли оказался слишком стар, при каждом шаге из него в прямом смысле что-то высыпалось: то земля, то семена, так что скоро пол зала напоминал клумбу с хаотично выращенными сорняками. Знала я, конечно, что маги земли с возрастом приобретают некую чудинку, но чтоб вот так рассаживать сорняки… Идеально было бы отправить его в какое-нибудь соседнее королевство, которое собирается пойти на нас войной. Исключительно в профилактических целях – засадил бы старик им поля всяким разнотравьем, глядишь, отвлеклись бы.

Мой последний соперник, чьей стихией тоже была земля, был немолод, но и не стар. На меня смотрел с усмешкой, то ли из-за того, что девушка, то ли не верил в то, что я могу создать даже простенькое плетение. Сам же он легким взмахом руки приказал сорнякам переопылиться и выстроиться в причудливый узор, так что мы невольно залюбовались теперь уже прекрасной клумбой.

Так что когда Альрон назвал мое имя, я даже вздрогнула от неожиданности, но споро выскочила вперед и представилась:

- Мелисса Лион, к вашим услугам, - и склонила голову, как это требовалось.

Вот только вместо традиционного предложения рассказать о себе, я услышала насмешливый голос архимага:

- Каким именно услугам, матресс Лион?

Вот ведь! Жаль, что нельзя высказать ему все, что я думаю, потому что его мысли отразились прямо на прекрасном лице, в которое невероятно хотелось запустить чем-нибудь эдаким.

- Тем же самым, которые готовы оказать присутствующие здесь господа, - с легкой полуулыбкой произнесла я.

- Вы умеете читать, матресс Лион? – продолжал тем временем унизительный допрос архимаг. – Вас не смутило, что в объявлении четко было указано, что придворный маг должен быть мужчиной? И уж, простите, никак не девушкой с весьма… пышными формами.

А вот последнее – это он зря. Трогать пышные формы девушки ни один мужчина, будь он хоть трижды архимаг, в здравом уме не будет. Это все равно, что начать собственноручно копать себе могильную яму.

- К счастью, я получила замечательное образование, - скалясь похлеще гиены, сообщила я. – И смею вас заверить, что превосходство мужчин в области магии весьма условно. Вот в справлении нужды в положении стоя я вам точно не соперник.

- Вы забываетесь, матресс Лион! – вскипел маэтр Гренрей.

Он подскочил с кресла, на котором до этого момента весьма вальяжно сидел, и резкими шагами направился ко мне. Я даже успела заметить разноцветный пульсар, появившийся в его руке. Впрочем, он тотчас погас, видимо, архимаг взял себя в руки. Но теперь он был слишком близко, так что я даже чувствовала, как за версту несет от него новомодным парфюмом из лавки матресс Пуасетти. Также пахло от нашего ректора, который не пропускал ни одной юбки среди адепток. Точнее, одну все-таки пропустил.

- Остынь, Алан, - вдруг раздался голос короля. – Это даже любопытно. Какой у вас резерв, матресс Лион?

- Высший резерв четырех стихий, - ответил за меня Альрон, я не успела и рта раскрыть.

- Вот как? – его величество Данор Первый удивленно изогнул бровь, а маэтр Гренрей презрительно фыркнул. – В таком случае, моя воля такова: пусть соревнуется со всеми. Без поблажек.

- Благодарю, ваше величество, - я снова присела в реверансе. – О таком я и мечтать не смела…

- Матресс Лион, у вас колени болят? – вдруг почти заботливо осведомился король. – Вы так странно приседаете уже в третий раз…

- Реверанс, ваше величество, - я чувствовала, как мои щеки становятся пунцовыми. Что в сочетании с рыжими волосами, вьющимися мелким бесом, давало умопомрачительный вид.