Анастасия Громова – Двое из ларца (СИ) (страница 19)

— Завтра в Лиственном сквере. В полдень.

Оборотень нахмурился и многозначительно хмыкнул.

— О чем он хотел поговорить?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Он не сказал.

Дядя задумался. Он долго рассматривал что-то за окном и молчал. О ходе его мыслей я могла только догадываться.

— Знаешь, — наконец, сказал он. — Не советую тебе идти на эту встречу.

— Почему? Если бы он хотел меня убить, то сделал бы это еще в лесу.

Оборотень сокрушительно покачал головой.

— Боюсь, его цели несколько иные.

— Например.

— Он хочет стать вожаком нашей стаи.

Я усмехнулась.

— И как он это сделает? Силком затащит под венец?

Дядя укоризненно зацокал.

— Боюсь, он может поступить иначе. Шантаж.

В его слова верилось с трудом. Но, с другой стороны, объясняло, почему он меня не убил и решил встретиться снова.

— Глупости, — махнула я рукой. — Чем меня шантажировать можно. У меня в жизни не случалось ничего постыдного, что может опорочить имя.

Дядя пожал плечами.

— Это всего лишь пример, дорогая. Но его мотивы слишком мутные. А твой отец должен был тебя учить, что делать в таком случае.

Сердце больно кольнуло.

— Да, учил, — тихо ответила я. — Идти к нему.

Оборотень издал звук похожий на кваканье. Он обнял меня за плечи и прижал к груди.

— Прости меня, Летта. Я нетактичный дурак.

Я тепло улыбнулась дяде.

— Все в порядке. Просто скучаю по нему.

— Я тоже.

Он ободряюще потрепал меня за плечо и чмокнул в щеку.

— И все же, Летта, я настаиваю на том, что ты не ходила на встречу.

Я скривилась, показывая свою неуверенность.

— Я боюсь, что с тобой может что-то случиться. Я не прощу себя за это, понимаешь.

— Понимаю.

Дядя хотел было что-то еще сказать, но не успел открыть и рта, как дверь распахнулась, а на пороге появилась высокая статная женщина.

Она обвела нас гордым взглядом, в котором проскакивали зоркие искорки, говорящие о ясном уме дамы.

Женщина легонько изогнула бровь и неторопливо сняла тонкие перчатки.

— Николетта, — сказала она. — Сочувствую твоей утрате.

— Спасибо, Марьяна.

Дама красноречиво посмотрела на моего дядю, и мне показалось, что в ее глазах мелькнуло раздражение и любопытство.

Дядя наклонился к моему уху и прошептал.

— Горгульи слетаются к старому замку.

Дама сделала вид, что ничего не услышала, хотя с таким тонким слухом, как у нее, она смогла бы расслышать шепот за дверью.

— Мне бы хотелось поговорить с тобой, — она снова бросила красноречивый взгляд на дядю Мира. — Наедине.

Он только пожал плечами и ободрительно потрепал за плечо.

— Смотри, не поворачивайся к горгульям спиной, — снова шепнул дядя и бросил озорной взгляд на даму.

Та едва заметно поджала губы, но дальнейшей реакции не последовало.

Дядя напоследок улыбнулся мне и покинул комнату, оставив наедине с Марьяной.

Женщина метнула недовольный взгляд в сторону двери, в которую вышел Мир. В ее глазах блеснули искорки. Помнится, кто-то из моих подруг рассказывал, что Марьяна и мой дядя были любовниками, но та довольно скоро нашла себе жениха. Кажется, и по сей день они что-то друг к другу испытывают. И выдают их глаза.

— Летта, — уже мягче сказала она. — Я пришла поговорить про твое наследство.

Я слегка приподняла подбородок, показывая ей, что готова слушать.

— Твой отец не оставил завещания. — Марьяна снова нервно потрепала перчатки. — По закону все, что принадлежало ему, переходит по праву к тебе. Меня это беспокоит.

Марьяна уже давно знаменита тем, что является одним из лучших юристов, что только можно встретить в этом городе. И так как является оборотнем, то хорошо знакома была с нашими традициями.

Я положила руку ей на плечо.

— Я понимаю твое беспокойство…

— Нет, не понимаешь, — перебила она.

Марьяна шумно втянула воздух и тяжело выдохнула.

— Тебя могут сгрызть заживо, — прошептала она. — Когда узнают, что завещания нет. Они ринутся доказывать право альфы. Боюсь, тебе нужно уехать еще до того, как гроб твоего отца коснется земли в могиле.

— Но я не могу уйти! — воскликнула я. — Это ведь… последний раз…

К горлу подкатил горьким ком, и я замолчала.

Марьяна взглянула на меня с сожалением.

— Я понимаю, — ответила она. — Но если выяснится, что он не отдавал распоряжения сделать альфой того, кто жениться на тебе начнется настоящий кошмар.

— А что будет после того, как я уеду?

Дама не ответила.

Я потерла глаза, стараясь унять головную боль, что так и не проходила с утра.

— Мне срочно нужно выйти замуж? — тихо спросила я.

— Да, — кивнула она. — Алексу легче будет доказать свое право на место вожака.

— О, волки лесные, — выдохнула я.