Анастасия Гришенко – Магия любви: осколки Элариона (страница 1)
Анастасия Гришенко
Магия любви: осколки Элариона
Глава 1. Столкновение
Со Ён бежала по кампусу университета, сжимая в руках стопку книг по искусствоведению. Утренний сентябрьский ветер трепал её каштановые волосы, а каблуки туфель стучали по брусчатке так громко, что, казалось, весь кампус слышал её паническое бегство от неминуемой катастрофы.
«Только бы успеть! Только бы успеть!» – мысленно повторяла она, перепрыгивая через трещины в асфальте. В голове крутились страшные картины: профессор Ким, глядя поверх очков, произносит своим ледяным тоном: «Мисс Со, ваше отсутствие дисциплины не соответствует стандартам нашего факультета». А следом – отказ в стажировке в Сеульском музее, мечта, ради которой она год корпела над учебниками, подрабатывала в кафе и отказывала себе во встречах с друзьями.
Она завернула за угол здания гуманитарных наук – и врезалась во что‑то твёрдое, но удивительно гладкое. Книги разлетелись по асфальту веером разноцветных обложек: бордовый том по корейской живописи, синий учебник по реставрации, жёлтый сборник эссе о современном искусстве.
– Ой, простите! – выдохнула она, потирая ушибленное плечо.
Подняв глаза, она замерла.
Перед ней стоял молодой человек. Настолько красивый, что на секунду у неё перехватило дыхание. Высокие скулы, тёмные глаза с вертикальными зрачками – как у кошки, – и волосы цвета воронова крыла, зачёсанные назад. Его кожа казалась неестественно гладкой, будто высеченной из мрамора, а в чертах лица читалась какая‑то нечеловеческая точность – ни одной лишней линии, ни одного изъяна. Он был одет в чёрную водолазку и узкие брюки, но одежда сидела на нём так, словно была частью какого‑то древнего костюма, а не современной моды.
Он наклонился – и книги повисли в воздухе, выстраиваясь в ровную стопку прямо перед ней. Одна за другой, без чьей‑либо помощи, они поднимались с земли и выстраивались в идеальную линию. Тонкие страницы трепетали, будто живые.
– Вы… – Со Ён моргнула, тряхнув головой. – Это фокус?
– Просто привычка, – невозмутимо ответил он, передавая ей книги. Его голос был глубоким, с едва уловимым мелодичным акцентом, будто он говорил на корейском, но через призму какого‑то другого, более древнего языка. – Мин Джун.
– Со Ён, – машинально представилась она, машинально принимая книги. Ладони слегка дрожали. – Вы… из какого факультета?
Он улыбнулся – и в этой улыбке было что‑то нечеловеческое. Не то чтобы она могла это объяснить, но что‑то в изгибе его губ, в блеске глаз… будто он улыбался не только губами, а всем своим существом.
– Скажем так, я здесь… по обмену.
И ушёл, оставив её стоять с открытым ртом.
Со Ён смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом. Его походка была слишком плавной, слишком размеренной – будто он не шагал, а скользил по воздуху. И даже ветер не шевелил его волосы, словно они были частью неподвижной, идеальной картины.
«Что это было?» – подумала она, всё ещё чувствуя лёгкое покалывание в кончиках пальцев от его прикосновения.
**
Профессор Ким уже начал лекцию, когда Со Ён тихонько проскользнула в аудиторию.
– Мисс Со, – профессор поднял бровь, – вы решили, что ваше присутствие опционально?
Несколько студентов захихикали. Со Ён покраснела до корней волос, чувствуя, как горят щёки. Она неловко поправила выбившуюся прядь и сжала книги так, что костяшки пальцев побелели.
– Простите, профессор. Произошло недоразумение…
– Недоразумения случаются с теми, кто не умеет планировать своё время. Садитесь. И в следующий раз пусть ваше опоздание будет хотя бы оправдано чем‑то экстраординарным.
Она торопливо села на свободное место рядом с Джи Хён, которая тут же наклонилась к ней, едва сдерживая смех.
– Что случилось? Ты вся красная! И почему ты так тяжело дышишь?
– Я… столкнулась с кем‑то, – прошептала Со Ён. – С очень странным парнем.
Джи Хён прищурилась.
– Странным? В кампусе половина парней странные. Особенно те, кто думает, что узкие джинсы и очки в толстой оправе делают их интеллектуалами.
– Нет, он был… другим. Книги сами поднялись с земли.
Джи Хён замерла, её карандаш застыл над тетрадью.
– Ты что, выпила кофе с энергетиком?
– Я серьёзно! – Со Ён понизила голос до шёпота. – Он сказал, что его зовут Мин Джун, и что он здесь по обмену. Но он не похож на студента. Ни на одного из тех, кого я видела. Его глаза… они как у кошки. И двигается… плавно. Слишком плавно.
Подруга задумчиво постучала карандашом по тетради.
– Опиши его ещё раз.
– Высокий, чёрные волосы, кожа гладкая, как мрамор. Одежда… не как у всех. Водолазка, но сидит странно, будто не из нашего времени. И запах…
– Запах?
– Да! – Со Ён нахмурилась, пытаясь вспомнить. – Как будто… цветы и металл. Странное сочетание.
Джи Хён откинулась на спинку стула и громко фыркнула.
– Может, он из театральной студии? Они любят странные эксперименты. Или… – её глаза расширились. – О боже, ты столкнулась с пришельцем!
– Джи Хён!
– Ну а что? В Сеуле полно иностранцев, но если он двигается как призрак, то либо он инопланетянин, либо наркоман. Выбирай.
Со Ён закатила глаза, но внутри что‑то дрогнуло. «Пришелец» – глупое слово, но оно почему‑то идеально подходило.
**
После лекции она решила проверить, не приснился ли ей этот странный парень. Достала телефон и открыла чат кампуса – группу, где студенты делились всем: от потерянных зонтов до сплетен о преподавателях.
Набрала в поиске «Мин Джун».
Ничего.
«Странно. Если он студент, его имя должно быть где‑то…»
Она написала в общий чат:
Со Ён: Привет, кто‑нибудь знает студента по имени Мин Джун? Он вроде по обмену.
Ответ пришёл почти сразу:
Ким Су: Мин Джун? Не слышал.
Ли Ми: Может, он на другом факультете?
Пак Чон: Или ты его выдумала.
Джи Хён (в личку): Я же говорила – пришелец.
Со Ён нахмурилась и закусила губу.
«Если он не студент, тогда кто он? И почему я не могу выбросить его из головы?»
Она вышла из здания, рассеянно глядя по сторонам. И вдруг замерла.
В тени старого клёна стоял он. Мин Джун.
Он смотрел прямо на неё.
Когда их взгляды встретились, он слегка наклонил голову – будто знал, что она его ищет.
А потом… исчез.
Просто шагнул в тень – и его не стало.
Со Ён моргнула.
«Этого не может быть. Я сошла с ума».
Но в тот момент она поняла: что‑то изменилось. И её обычная, предсказуемая жизнь уже никогда не будет прежней.