Анастасия Гримальди – Твоя испорченная кровь (страница 5)
— Я… — девушка открыла рот и застыла на месте, но тут же выдохнула и опустила глаза вниз. — Я услышала, что ты вернулась домой и с кем-то разговариваешь, мне стало любопытно и я остановилась… Ну, что бы…
— Что бы подслушать, — продолжила за нее я, но тут же широко улыбнулась. — Да ладно тебе, — я подошла к Эйлен и взяла ее за руку. — Я бы тоже так сделала. Да кто угодно бы так поступил. Ничего в этом такого нет, расслабься. Ты же не обнаружила меня за тем, что я закапываю в саду труп.
— М-м, наверное, но все равно…
— Расслабься. Пойдем лучше ко мне, я тебе все подробно расскажу, — я выключила свет и потянула девушку за собой наверх по лестнице.
— А это удобно? — прошептала она и посмотрела на проход за лестницей, где располагалась ее комната.
— О, прости, — я остановилась, отпустила ее и обернулась, стоя на несколько ступенек выше девушки. — Ты, наверное, хочешь спать, ты все-таки делаешь работу по дому, а я тебя гружу своими…
— Нет, нет! — воскликнула она. — Мне правда интересно, иначе я бы не подслушивала, — брюнетка замолчала и, немного подумав, взяла меня за руку. — Меня не перегружают работой и много свободного времени и выходных.
Готова поклясться, если бы свет по-прежнему озарял холл, она бы не осмелилась этого сделать. Очень уж сильно девушка меня стеснялась.
— Просто там Нэйт, спальни… А сейчас уже поздний вечер и будет странно, если я в таком виде пойду бродить на второй этаж.
— Что за глупости? Разве отец тебе хоть раз делал замечание? — спросила я.
— Н-нет…
— Я делала, — раздалось сверху.
Мы с девушкой обернулись и увидели, как наверху включился свет, и к нам вышла Диана в своем неизменном идеальном виде. Она всегда выглядело шикарно и уверенно. Скорее всего, даже если на нее напялить мешок из-под картошки, она выйдет в нем так эффектно, что сама Наоми Кэмпбелл поаплодирует.
— Я всегда добра к прислуге, — женщина остановилась у перил и прислонилась к ним бедром, сложив руки. — Но поздним вечером бродить в спальных покоях — это и вправду странно, я согласна с Эйлен.
— Извините, я пойду, — тихо сказала горничная и скрылась так быстро, что я не успела и слова промолвить.
— Спокойной ночи, — пожелала ей вслед Диана и продолжила внимательно осматривать меня.
— Не называй ее и вообще всех, кто здесь работает, прислугой, — недовольно пробурчала я.
— В этом слове нет ничего зазорного.
— Есть. Это слово уже изжило себя. Мы не в девятнадцатом-двадцатом веке. Они работают у нас. И получают очень хорошие деньги. И выполняют свои обязанности прекрасно. И они не рабы. А тоже наша семья и друзья, здесь нет посторонних, — отчеканила я эту речь и резко замолчала.
— Вот именно, дорогая. Они получают очень хорошие деньги. Очень, — выделила женщина. — Я не понимаю, зачем платить такие суммы. Учитывая, что практически все живут здесь за просто так, питаются за просто так…
— Их мы знаем больше чем тебя, — перебила я ее. — Но ты почему-то тоже живешь здесь за просто так, питаешься за просто так, наводишь свои порядки за просто так, переделываешь комнаты за просто так и ставишь себя выше всех в этом доме. За. Просто. Так, — еще более злостно отчеканила я.
— О… — наигранно воскликнула она и театрально засмеялась. — Ты мне нравишься, Энни, — мягко проговорила она, голосом в точности похожим на голос моей мамы. — Очень нравишься. Мы подружимся, я уверена, — я не понимала, почему она так резко перевела тему и начала осыпать меня этими доброжелательными словами, по-другому их никак не назвать. — Да, кстати, на следующих выходных нас пригласила в гости одна семья… Ты встречалась с их сыном. Рэй, кажется. Я близко общаюсь с его матерью. Так что будь готова, ничего не планируй. Я куплю тебе что-нибудь, по статусу. Размеры я твои уже знаю, — довольно обыденно, без толики издевки или негатива сказала женщина. — Спокойной ночи, дорогая.
Это было последнее, что сказала мачеха. Затем она скрылась в левом крыле на втором этаже, где находилась их с отцом новая королевская спальня имени Герцога Великого и Дианы Устрашающей.
— Прекрасно… — только и промямлила я.
Сначала мне хотелось просто подняться к себе и заняться своими делами, но я вспомнила про Эйлен и решила зайти к ней, так как мы не успели даже попрощаться из-за стервы Дианы. Я спустилась обратно и пошла в коридор за лестницей.
— Кажется… Эта… — тихо прошептала я.
Во мне не было уверенности, к той ли двери я подошла, но, тем не менее, довольно смело постучалась.
Надеюсь, тут живет не Николас, иначе это будет комично.
Тут же мне открыла Эйлен, и я мысленно вытерла пот со лба.
— Анна? — девушка явно была удивлена, но выглядела довольно радостно, так как широко улыбнулась при виде меня.
— Я хотела… Извини за то, что только что произошло на лестнице. Ты ведь знаешь Диану.
— Ты не должна извиняться за это. Она тоже. Ведь правда на ее стороне, я не обижаюсь ни капли, надо соблюдать приличия. Зайдешь? — Эйлен широко открыла дверь, приглашая меня внутрь.
— Вау, — я зашла в комнату и осмотрела ее.
Она была чем-то похожа на мою, но в более скромных масштабах. Сохранен индейский стиль, небольшой беспорядок за компьютерным столом, талисманы и национальные фигурки.
— У тебя очень уютно, — улыбнулась я.
— Все благодаря Рику и Сьюзан, — она кивнула. — Они приняли меня очень хорошо и разрешили мне обставить все по своему вкусу, даже обои поменяли. У тебя хорошая семья.
— Да, жаль, что не родная, — я грустно усмехнулась.
— Кровное родство — это не так важно. Семья — это что-то большее, чем общее ДНК. И что-то более сложное… — она задумалась и тут же воскликнула. — О, прости, присаживайся! — Эйлен быстро убрала свой халат со спинки кресла и кинула его на расправленную кровать. — Прости за бардак.
— Брось, я приперлась к тебе перед сном, это я должна извиняться, — я села на предложенное место и продолжила рассматривать комнату с улыбкой, мне было очень интересно.
— Во всяком случае, для сна еще слишком рано. Так что я рада, что ты зашла. Я редко с кем вот так болтаю, — брюнетка по-турецки села на свою кровать.
— А как же твои родные? Сестра?
— М-м… Да, конечно… — я заметила, что девушка начала мяться при упоминании о семье.
Это уже не впервые. Каждый раз, когда я упоминаю ее родных, то в воздухе начинает витать что-то странное.
— Послушай, можешь не отвечать, но я должна задать тебе этот вопрос, ведь я не хочу юлить, хочу поговорить прямо. Ты не ладишь со своей семьей? Что-то случилось?
— Что? — похоже, девушку ошарашил мой вопрос. — Тебе кто-то что-то рассказал, да? — она вскочила с кровати и начала нервно сжимать пальцами свои пижамные штаны на бедрах.
— Нет, нет, Эйлен, ты просто всегда так реагируешь…
— Ты что-то знаешь?
— Эйлен, расслабься, — я старалась говорить спокойным голосом, что бы не пугать девушку и показать, что все хорошо. — Я ничего не знаю, поэтому решила спросить у тебя напрямую. Я просто вижу, что ты всегда остро реагируешь, если разговор касается семьи. И мы хоть и не близкие друзья, но… Мы ведь хорошо общаемся и…
— Я поняла… — девушка глубоко вздохнула и присела на край своей расправленной кровати.
— Ну, не убила же ты кого-то. Или там… Надеюсь не топила с детства котят и из-за этого ты не в ладах с семьей, — я пыталась разрядить обстановку черной шуткой.
— Нет, ничего из этого, — Эйлен слабо улыбнулась. — Но ты права, они не общаются со мной.
После того, как девушка замолчала и опустила глаза вниз на свои руки, я встала с кресла, подошла к ней и села на ковер возле ее ног, так как не хотела садиться уличными джинсами на чистую постель.
— Варианта наладить отношения нет? — тихо спросила я.
— Нет. Моя семья отказалась от меня и меня выгнали из резервации. Только сестра со мной общается, но редко и тайком, не говоря родителям…
Я вздохнула и взяла брюнетку за руку, которая лежала у нее на коленях.
— Ты жалеешь? Скучаешь по ним и по дому?
— Нет, — не задумываясь ответила Эйлен и отрицательно покачала головой. — Я рада быть здесь. Хорошо, что они меня прогнали. Это к лучшему. И я знаю, что ты хочешь спросить. По какой причине они так со мной поступили.
— Ты можешь не говорить, если…
— Из-за любви. Любовь всему виной. — перебила меня девушка, усмехнувшись, и тут же замолчала.
Я кивнула головой, но ничего на это не ответила. Мы просто молчали вдвоем, и я знала, что ей от этого становится легче. Через какое-то время Эйлен перевела тему, и мы уже в поле приподнятом настроении обсуждали мое свидание с Биллом и поведение Дианы, но к теме семьи мы больше не возвращались.
Мне было безумно приятно с ней общаться. Это было очень схожее чувство, сравнимое с тем, что я испытывала в общении с Биллом. Я ощущала себя легко, далекой от всего, что меня окружало сейчас. Я просто общалась с «просто» девушкой, с которой в Нью-Йорке я бы, возможно, стала близка, как с Мией. А здесь мне понадобился целый год, что бы, наконец, хотя бы начать по-дружески общаться.
Время пролетело незаметно и мне нужно было уже уходить. Я тепло попрощалась с девушкой, которая была безумно рада и благодарна мне за общение и вышла из ее комнаты. С улыбкой поднимаясь по лестнице, чуть выше я увидела покачивающегося Нэйта, который опирался на перила.
— Долго же я тебя жду. Наобщалась? — спросил он заплетающимся языком.