Анастасия Градцева – Жених моей сестры (страница 24)

На середине дороге звонит Нюта.

– Да, моя хорошая?

– Ты уже приехал?

– Нет, но скоро буду. Выходи.

– Хорошо, – послушно соглашается она, а у меня в груди растекается сладкое собственническое чувство. Моя. Моя… Как же хорошо, что урвал это время, чтобы все же забрать Нюту и еще немного побыть с ней.

Жму на газ, мчусь на пределе разрешенной скорости, а уже на подъезде к этой кафешке замечаю на светофоре приметную белую тачку со знакомыми блатными номерами. Ухмыляюсь, рву с места и краем глаза отслеживаю в боковом окне этой тачки рожу Захара Громова. Его просто грех не подрезать.

На парковку около кафе я в итоге влетаю первым, а он за мной. Тормозит, выпрыгивает из машины, я тоже выхожу, не скрывая победоносной улыбки, а он рявкает на меня:

– Еще раз меня так подрежешь, без яиц останешься! Оторву к хуям.

– Это ты после того, как в наследство вступил, такой борзый? – интересуюсь я лениво.

Захар – сын бизнес-партнера отца. Мы с ним в детстве даже дружили, а потом интересы разошлись. Громов нихера не делал, скандалил, бухал, даже гребаный колледж никак закончить не мог, оставался там то ли на третий, то ли на четвертый год, а я в это время пахал как проклятый. И ведь логично, что ему должно достаться большое красивое нихуя, а меня жизнь должна вознаградить за усердие, правда?

Но нет.

Вопреки всем своим обещаниям лишить блудного сына наследства, Громов-старший недавно официально назначил его своим преемником. А я по-прежнему никто. Просто один из менеджеров на зарплате.

– А ты такой отчаявшийся, – зло ухмыляется Захар, – потому что папочка так и не включил тебя в совет директоров? Плохо жопу ему лизал?

Удар попадает в цель, я сжимаю зубы и делаю шаг вперед, готовый двинуть ему по зубам так, чтобы он их, блядь, в жизни не собрал, но вдруг нас прерывают.

– Зак! – звонко кричит чей-то девичий голосок.

– Яр, – вслед за этим раздаётся негромкий голос Нюты, на который я автоматически разворачиваюсь.

И сначала вижу ее – до боли красивую в этом светлом, почти летнем платье, с рассыпавшимися по плечам волосами, а только потом понимаю, что рядом с ней стоит блондиночка, которую я уже видел. С Громовым на одном из приемов. Кажется, девушка Громова – подруга моей Нюты. Охренеть совпадение.

– Яр, не ссорьтесь, – тихо просит Нюта, когда я подхожу ближе. А потом добавляет нежно: – Пожалуйста.

И… все. И я слушаюсь. Тем более что и наезжать уже не на кого: Громов забыл про меня напрочь, он обнимает эту блондинку так, будто они лет пять не виделись. Девчонка не похожа на дочь кого-то из бизнес-сферы, она кажется довольно простой и милой, и то, что Громов встречается с ней и то, что он без всяких проблем притащил ее на тот прием, где был его отец, заставляет меня чувствовать зависть.

Зависть.

Я не могу обнять Нюту вот так, на этой людной парковке. Я не могу представить ее отцу как свою девушку.

Я могу только осторожно взять ее за руку и отвести в машину.

Она садится на переднее сиденье, я на место водителя, и несколько секунд мы просто молча смотрим друг на друга. А потом одновременно тянемся, сталкиваемся губами и жадно, горячо целуемся.

Машина – не закрытый номер отеля, нас могут увидеть. Даже тот же Громов, если оторвется от своей блондинки.

Но мне так хреново, что уже плевать.

Время сыплется сквозь пальцы, и его так мало, что даже эти мгновенно пролетающие минуты сейчас на вес золота.

– Отвезти тебя домой?

– Это не будет странно?

– Нет, я ведь тебя уже возил. Скажешь, что случайно рядом оказался.

– Хорошо.

– Тогда пристегивайся. Мне еще надо успеть…

– Да.

До самого дома Левинских мы больше не говорим ни слова. Нюта знает, куда я потом поеду. А я знаю, что она знает.

Но шею шарфом не закрываю.

Ни пока мы едем вместе, ни пока еду в аэропорт, ни пока стою и жду свою невесту в зале ожидания.

Леля выпархивает ко мне в мини-платье и с ярко-бирюзовым чемоданом. У нее идеальная укладка, губы сияют перламутровым блеском, лицо загорелое и довольное.

Она с разбегу кидается мне на шею и ищет мои губы, приговаривая «Яричек, Яричек, я так соскучилась…», а я машинально отворачиваю голову, чувствуя, как липкий поцелуй попадает в щеку.

– Яр… – недоуменно бормочет Леля, чуть отстраняясь, и тут ее глаза вспыхивают. Она смотрит на мою шею и некрасиво багровеет: – Яр!!!

– Нам надо поговорить, Лель, – буднично говорю я. – Давай свой чемодан, пойдем в машину.

– О чем поговорить? Ты охренел что ли? Ты вообще…

– Тихо, – я обрываю Лелю так жестко, что она и правда на секунду затыкается. – В машину, я сказал. Хочешь устроить скандал на публике?

Она бросает на меня злющий взгляд из-под своих километровых ресниц и, скрипнув зубами, позволяет мне забрать у нее чемодан. До машины идем молча.

Но едва за Лелей захлопывается дверь, ее прорывает:

– Кобель! Не мог две недели на порнушку подрочить, пока меня не было? Так не терпелось, что надо было обязательно какую-то шлюху найти, да еще и дать ей себя пометить? Ты совсем охуел, Горчаков?

– Рот. Свой. Закрой, – цежу я сквозь зубы, еле удерживаясь от того, чтобы не схватить свою невесту за плечи и хорошенько ее встряхнуть.

С чего она взяла, что имеет на меня какие-то права? Я ей что-то обещал, кроме штампа в паспорте и роли моей жены? Ничего. А уровень претензий такой, будто я в вечной любви клялся и у нас уже трое детей как минимум.

– А с чего это я должна его закрывать? – не унимается она. – Если тебе даже не стыдно! Если бы ты хоть извинился…

– Помолчи наконец и дай мне уже сказать! – я не выдерживаю и повышаю на нее голос, но сразу же об этом жалею. – Черт. Прости.

– Ладно, я слушаю, – надменно фыркает Леля. – Давай, попробуй оправдаться! А я посмотрю, как у тебя это получится.

Я делаю глубокий вдох и сжимаю руку в кулак. Потом медленно разжимаю пальцы и начинаю говорить. Четко, спокойно, без лишних эмоций.

– Леля, давай начнем с того, что оправдываться я не собираюсь. Я не обещал тебе ни любви, не верности. Это первое. А второе… Думаю, ты имеешь право знать. Это не случайная связь. Я встретил девушку, с которой… – я первый раз произношу это вслух, и от этого меня ощутимо потряхивает. – С которой у меня все очень серьезно.

Леля недоверчиво смотрит на меня, как будто ожидая, что я сейчас рассмеюсь и скажу, что все это шутка. Но я молчу.

– Насколько серьезно? – дрогнувшим голосом спрашивает она.

– На максимум.

– Когда ты, блядь, успел?

– Успел, как видишь, – невесело улыбаюсь я.

Не думал, что бывает такое острое чувство необходимости в другом человеке. Нюта мне нужна как вода, как воздух…. Меня припечатало этим чувством, размазало тонким слоем, а что хуже всего, это чувство не спросило меня, можно ли прийти и вовремя ли это. Просто пришло и все. И теперь надо как-то это все разгребать и понимать, как жить дальше. Как играть с этим джокером на руках.

– А наша свадьба… – неуверенно начинает Леля и пристально смотрит на меня своими голубыми, тщательно подведенными глазами. А я впервые замечаю, что у них с сестрой одинаковый разрез глаз, просто у Нюты они другого цвета. И почему-то от этого чувствую себя еще хуже.

– Что наша свадьба?

– Отменяется?.. – почти шепчет Леля.

Я на мгновение прикрываю глаза и думаю, как прекрасно это звучит. А потом думаю о том, как говорю это отцу, как он меня выкидывает из дома и как я, в буквальном смысле слова с голой жопой, пытаюсь обеспечить хоть какую-то более-менее нормальную жизнь Нюте, которая с детства привыкла жить в полном достатке. Что я ей смогу предложить? Ничего. Сейчас ничего. Но когда я буду законным совладельцем корпорации…

– Не отменяется, – сухо говорю я и вижу, как сразу же разглаживается вертикальная морщинка на лбу у Лели. – Все будет так, как мы решили.

– Значит, мы должны быть убедительными, Ярик, ты же понимаешь? – чуть улыбается она. – Понимаю. Но… Лель, правда, кроме игры на публику у нас ничего не будет.

– А как же первая брачная ночь? – тянет она, и я слышу игривые нотки в ее голосе.

Я коротко качаю головой, и ее глаза зло вспыхивают.