Анастасия Градцева – Ты мой худший вариант (страница 25)
А когда Зак подбирается к клитору и начинает нежно, но сильно гладить его языком, я не выдерживаю и издаю низкий порнушный стон. Но мне не стыдно. Мне хорошо. Удовольствие такое острое и сильное, что меня хватает едва на несколько секунд, а потом я выгибаюсь и с каким-то яростным всхлипом кончаю. Кончаю так, что перед глазами вспыхивают искры.
Зак тут же поднимается и целует меня мокрым, грязным, пошлым поцелуем, разделяя со мной мой собственный вкус. А я не сопротивляюсь даже – жадно отвечаю, пытаясь как можно сильнее к нему прижаться.
Зак во время поцелуя ловит мою ладонь и прижимает ее к своей вздыбленной ширинке. У него там все так твердо и горячо, что я чувствую это даже сквозь джинсы.
– Пиздец, как хочу тебя, – выдыхает он так обезоруживающе искренне, что у меня сжимается сердце. – Лия, пожалуйста!
– Нет, – бормочу я неубедительно, а сама в это время глажу Зака по широкой крепкой спине, а вторую руку не убираю с его ширинки, с ужасом и восторгом ощущая силу его желания.
– Почему?! – он толкается бедрами мне в ладонь, а потом больно прикусывает мою губу. – Ты ведь тоже хочешь. Такая отзывчивая, такая горячая… Ты как фейерверк, тебя только тронь. Сразу искры.
– Хочу, но… – я убираю руки и прячу их за спину, чтобы избежать соблазна.
– Я так хочу тебя взять на нормальной кровати, – шепчет он мне на ухо и снова начинает гладить меня между ног, там, где все еще мокро от его слюны и моих соков. – Я же не пацан вот так обжиматься по машинам и сортирам. Лия… солнце мое… пожалуйста…Поехали в отель…
От его слов у меня внутри все искрит и коротит, словно неисправная проводка, и я вдруг с кристальной ясностью понимаю: поздно. Поздно уберегать себя от Зака, потому что я в него уже влипла так сильно и глубоко, что это не изменить.
Я в любом случае останусь с разбитым сердцем. Неважно, пересплю я с ним до этого или нет.
Больно будет все равно. Очень больно.
Так почему бы не взять максимум от тех дней и часов, пока Зак со мной? Почему бы не позволить себе первый раз именно с тем парнем, от которого мое тело и мои эмоции сходят с ума?
Я облизываю губы и преступно хриплым голосом говорю:
– Поехали в отель, Зак. Я согласна.
Глава 16. Когда можно все
– Нам королевский люкс, – небрежно говорит Зак, выкладывая на мраморную стойку регистрации свой паспорт и черную, матовую с золотым тиснением карту.
– На сутки? – услужливо спрашивает девушка.
Она профессионально доброжелательна и спокойна, будто не видит наших раскрасневшихся лиц и припухших губ, потому что только что мы жадно целовались с Заком в машине, не в силах оторваться друг от друга.
– Лия, тебя отпустят с ночевкой? – спрашивает Зак, и у меня сладко дрожит что-то внутри от того, как он называет меня по имени.
Нет, «солнце мое» мне тоже очень нравится, но в имени есть что-то более интимное. Волнующее.
– Мне надо будет домой вернуться, – вздыхаю я.
– Тогда на двенадцать часов, – кивает Зак и без всякого стеснения притягивает меня к себе, обнимая. Так мы и стоим, пока девушка оформляет нам документы.
Лифт с сияющими зеркальными панелями возносит нас на восемнадцатый этаж, Зак прикладывает карточку к ручке единственной двери, которую я тут вижу, и она, мигнув зеленым, послушно нажимается, пропуская нас внутрь.
– Ого! – только и могу выдохнуть я, потому что такой роскоши я в жизни не видела.
Этот номер раза в два больше нашей квартиры, он полон света, воздуха, у него панорамные окна, барная стойка и огромная кровать. Действительно королевская!
– Это еще не все, – ухмыляется Зак, берет меня за руку и ведет дальше.
Так что, здесь не одна комната?! Две? Три?
Когда я вижу огромную ванну прямо в центре одной из комнат, я просто теряю дар речи. Это точно происходит со мной? Мне это не снится?
– Джакузи, – поясняет Зак, обнимая меня со спины и нежно покусывая мое ухо. Я ощущаю ягодицами его твердый член, и меня это пугает и возбуждает одновременно.
– Я хочу, чтобы твой первый раз был идеальным, – шепчет он, накрывая ладонями мою грудь. – Лучший отель, лучший номер… Ты этого заслуживаешь, солнце мое.
– Все идеально и так. Потому что…
«Потому что я с тобой».
Но этого я не говорю, просто поворачиваю голову, и наши губы встречаются. Целоваться с Заком так же естественно и легко, как дышать. Я словно всегда это делала. Словно была рождена для того, что принимать его горячий сильный язык, чтобы стонать от того, как острые края его чуть выступающих клыков царапают мою губу, чтобы покорно раскрываться, как цветок, под его напором и желанием.
– Там шампанское, – хрипит Зак, отрываясь от меня. – Будешь?
– Только если ты тоже, – выдыхаю я ему в губы.
– Мне потом еще машину вести обратно, – шепчет он. – К тому же я и так пьян. Тобой…Как же я тебя хочу, Лия. Безумно хочу…С ума меня сводишь.
Зак внезапно подхватывает меня на руки, несет к огромной кровати, бережно опускает прямо в ворох шелковых подушек, а сам наваливается сверху – горячий, опасный, желанный до дрожи в кончиках пальцев.
Но в тот момент, когда его рука задирает мою юбку, я вдруг напрягаюсь. Нет никаких причин, это просто какой-то инстинктивный страх. Именно он заставляет меня упереться ладонями в грудь Заку и выпалить:
– Стой! В душ! Я ведь должна еще сходить в душ!
– Зачем? – недовольно рычит он. – Лежи.
– Ну разве мне не надо помыться? – нервно бормочу я, пытаясь не смотреть Заку в лицо. Слишком откровенным желанием горят его, почти черные сейчас, глаза. Это немного пугает.
Мне нужна пауза. Уйти в ванную, закрыться там, настроиться…
– Потом, мое солнце, – горячо выдыхает Зак, не прекращая гладить мои бедра под юбкой. – После тебе точно надо будет в душ, а сейчас… сейчас останься так… ты так вкусно пахнешь.
Он утыкается носом в мою шею и жадно, по-звериному, присасывается к ней. Я сначала вздрагиваю от боли, но вслед за ней меня окатывает жаром и я не удерживаюсь от тихого стона. О да… как же приятно…
Может, и когда он войдет в меня, мне не будет невыносимо больно? Или первый раз это всегда ужасно?
Я снова зажимаюсь, возбуждение опять уходит, и Зак видит это.
– Что такое, малыш? – неожиданно нежно спрашивает он.
– Я боюсь, – шепчу ему я, зажмурившись. – Говорят, что это жутко больно…
– Нет, – он целует меня в губы. – Тебе будет хорошо. Я сделаю все идеально. Ты мне веришь?
Мы встречаемся взглядами, и я завороженно смотрю в эти два зеленых омута с черными провалами зрачков. Захар Громов – непостоянный, циничный эгоист, бабник и манипулятор. Но я ему верю. Верю безоговорочно, сама не зная почему.
– Да. Да…
– Я постараюсь не торопиться, малыш… Но ты бы знала, как это непросто, когда ты такая…
Он задирает мою футболку и целует меня прямо под грудью, обжигая касанием губ, а потом ведет влажную дорожку языком к пупку, заставляя меня дрожать от того, как это безумно приятно ощущается.
Моя кожа словно стала в сотни раз чувствительнее, и теперь каждое касание – это как микроудар током, только вместо боли – наслаждение.
Его руки властно раздевают меня: стягивают с меня футболку, щелкают застежкой лифчика, и я на мгновение чувствую желание прикрыться.
– Давай закроем жалюзи, – прошу я стыдливо. – Я просто…
– Ты охуенная, – хрипит Зак, не отрываясь от меня и лаская мои соски попеременно то горячей влажностью рта, то умелыми пальцами. – О-ху-ен-на-я…
И от этого грубого, но такого искреннего комплимента у меня вдруг что-то расслабляется внутри. Как будто исчезает то, что держало меня в напряжении, и я отдаюсь на волю своему телу и своим желаниям.
А их у меня много! Очень много!
Я с жаром притягиваю Зака к себе и дергаю вверх его футболку. Я тоже хочу его увидеть без одежды… Тоже! Но он не поддается, потому что целует и ласкает меня и не хочет отрываться даже для того, чтобы раздеться. Тогда я просто заезжаю ладонями под его футболку и поглаживаю сильные мышцы спины – гладкие, горячие. А потом тянусь к Заку, к той самой серебряной серьге в виде дракона, и втягиваю ее в рот, облизывая.
В ответ он стонет так низко и хрипло, что у меня самой срывает тормоза. Как мне хочется делать ему хорошо! Как хочется быть к нему ближе! Еще ближе!
– Лия, не трогай меня, – сорванным голосом хрипит Зак. – Пожалуйста! Я же не выдержу… Я слишком… Блядь!
Потому что я не прислушиваюсь к этой просьбе и прикусываю его шею. Такую крепкую, смуглую и вкусно пахнущую, что у меня мутится в голове от желания.
И в этот момент Зака срывает с катушек. Он сдергивает с меня юбку, одним движением стягивает трусики и швыряет их куда-то в сторону. А потом бесцеремонно вклинивает колено между моих ног, заставляя их раздвинуть пошире, и проводит пальцами прямо там, где я влажная и горячая.
– Все еще мокрая после моего языка, – пошло шепчет он. – Или это ты уже сейчас потекла, когда я тебя ласкал, мое солнце? Ты такая горячая, такая похотливая девочка, что я готов драть тебя не вынимая. Ты ведь примешь меня?