Анастасия Градцева – Бывшие. Сын для чемпиона (страница 10)
Даня говорит это так гордо, что у меня сердце сжимается.
Да знаю я, знаю, что ему не хватает мужского влияния в жизни. Поэтому я в целом и согласилась на этот футбол. Но кто же знал, что все так неудачно сложится?
— Мам, а мы можем позвать Вадима в гости? — прыгает на сиденье сын. — Я ему свои карточки покажу футбольные. И свои мягкие игрушки.
— Дань, он твой тренер, — твердо пресекаю я этот восторженный поток. — Это то же самое, что учитель. С ними так не общаются. Ты же вашу Марину Евгеньевну не зовешь к себе в гости?
У Дани на мордашке отражается настоящий ужас, и он быстро начинает мотать головой.
— Кстати, о школе. Как ты оттуда умудрился уйти? — спрашиваю я. — Тебя же не должны были отпускать с продленки.
— Я сказал, что нам пора к врачу и что ты меня ждешь на улице, — объясняет сын.
— Врать нехорошо.
— Я знаю. Но если бы я не соврал, я бы не попал на тренировку.
— И что? Это конец света?
— Да, — очень серьезно говорит Даня.
И я даже не нахожусь, что ответить.
В голове сами собой всплывают слова Ардовского: «Твой сын влюблен в футбол. Запрещать бесполезно. Он все равно найдет способ, как попасть на поле».
Хочу ли я, чтобы мой ребенок мне врал?
Или лучше встать на его сторону, рискуя тем, что Даня привяжется к тому, кого вообще не должен знать?
Мои размышления прерывает Ардовский.
— Вот! — кричит он издалека и демонстрирует на вытянутой руке детское кресло.
— О господи, — бормочу я. — Все-таки нашел где-то.
Может, внешне Даня с Вадимом и непохожи, но ослиное упрямство в достижении целей — это определенно то, что их объединяет.
Не знаю даже, плакать от этого или радоваться.
— Мама, мама, смотри! — дергает меня Даня. — Кресло! Значит, мы поедем? Поедем с Вадимом? Можно, да? Мам! Ну мам!
— Можно, — сдаюсь я.
Как будто у меня был выбор.
— Ура! Ты самая лучшая мама!
— А ты сегодня лишен мультиков, — мрачно говорю я. — За побег из школы и за мой почти инфаркт.
— Ну и ладно, — совсем не огорчается Даня.
— Где ты это взял? — не выдерживаю я, когда сияющий Ардовский подходит к нам с этим дурацким креслом.
— Купил у таксиста, которого тормознул на дороге.
— И что? Он просто так взял и продал тебе его?
— Я много предложил, — усмехается Вадим.
— Стоило так стараться ради нас… — бормочу я.
— Мне не сложно, — пожимает он плечами.
Ардовский наклоняется, чтобы поставить кресло в машину. Его белая футболка задирается, открывая полоску голой кожи над поясом спортивных штанов, и я резко отворачиваюсь, потому что кровь бросается мне в лицо.
Ужас. Мне что, все еще восемнадцать? С каких пор меня смущает вид обнаженной мужской спины?
Тем более что именно эту спину я трогала и гладила. И до сих пор помню, какое чувствительное место сразу у позвоночника, если провести по нему ногтями. И как ощущается на вкус плотная гладкая кожа…
Боже!
О чем я только думаю?!
Перестань, Полина. Срочно перестань.
Не поднимая взгляда, я помогаю Дане залезть в кресло, пристегиваю его, а сама иду на заднее сиденье.
Это не самый плохой вариант, потому что здесь хотя бы мне не придется разговаривать с Ардовским.
Но очень быстро я понимаю, как сильно была не права.
Потому что чертов Ардовский начинает разговаривать с Даней! И это гораздо. Гораздо хуже.
Глава 6.
Данил смотрит на приборную панель с таким восторгом, как будто первый раз видит машину.
— Будешь мне дорогу показывать? — спрашиваю у него. — Я помню, куда ехать, но могу запутаться. Или лучше навигатор включить?
— Я сам покажу! — Данил едва не выпрыгивает из штанов. — Я знаю! Вот здесь прямо надо! А потом направо.
Он предлагает мне довольно длинный путь. Наверное, так едет автобус, на котором его возит сюда Поля.
И хотя я уверен, что можно где-то срезать через дворы и доехать быстрее, я киваю.
Все равно никуда не тороплюсь.
— Здесь направо? — спрашиваю я, подъезжая к перекрестку.
— Здесь, — солидно кивает Данил.
Забавный.
От кого она его родила?
В первую секунду когда я их встретил и вдруг осознал, что это может быть мой сын, меня накрыло жесткой паникой. А потом после резкого ответа Поли пришло облегчение.
Облегчение… и еще что-то.
Глухое раздражение, переходящее в злость.
Да, тупо злиться, что девчонка, с который я весело провел пару недель, почти сразу прыгнула в постель к кому-то другому. Тупо. Я ведь и сам, пока с ней гулял, был по факту в отношениях.
Но я все равно бешусь.
Потому что Поля… Это Поля.
Когда я уехал и оставил ее в слезах, таким мудаком себя чувствовал. Вроде и не планировал ничего с ней продолжать, но вернулся в Краснодар и понял: не получается закончить. Все равно думаю про то, как с ней было классно.
Ленка, с который мы тогда официально были парой, меня в аэропорту встречает, целует, на шею вешается, а я не могу. С души воротит. Расстался с ней на следующий день.
Впереди была неделя жестких тренировок, потом не менее жесткие матчи за выход в плей-офф, но даже когда я подыхал от усталости, перед глазами стояла Поля. Светловолосая, с робкой улыбкой и тонкой талией, на которой так хорошо смотрелись мои руки.
Меня никогда не привлекали хорошие девочки, они обычно были слишком скучными для тех развлечений, которые мне нравятся. Но вот Поля зацепила. К ней тянуло так, что внутри аж все сворачивалось от желания.
Плей-офф и травма плеча помогли мне успокоиться и прочистить голову, но когда я летом приехал в родной город, не смог удержаться. Пошел к знакомому дому и подъезду и позвонил в дверь. Решил, что если откроет не Поля, а ее мама, наболтаю что-нибудь. Но никто не открыл.