Анастасия Гор – Ковен тысячи костей (страница 89)
– Славно. Вот и поговорили. – Джефферсон завязал свой оружейный мешок и снова перекинул его через плечо. Фальката, вернувшись в ножны, раскачивалась над полом и почти чиркнула меня по ногам, когда он проходил мимо. – Пойду в фургон. Позовешь, когда решите выдвигаться.
– Не думаю, что это будет скоро, – поделилась я, сползая вниз по дверному косяку от усталости. – Мы до сих пор не придумали, как выманить Паука.
– Неудивительно. Маленькая царица до чертиков его напугала! После той трепки в «Арлингтоне» я бы и сам держался от нее подальше, – усмехнулся Джефферсон, остановившись на пороге и придержав открытую дверь рукой. Из-за него сквозняк вновь принялся разводить бардак в коридоре, загоняя внутрь посеревшие кленовые листья. – Даже не знаю… Попробуй поговорить с ним, с этим Пауком.
– Ты предлагаешь мне позвонить ему по сотовому? – огрызнулась я.
– Кольцо тебе на что?
– Это вообще-то не так работает…
– Хм, разве? Какая-то скучная у вас магия!
Я ощетинилась, готовая язвительно поведать, что настоящая скука – это быть хилым смертным и умереть от какой-нибудь подагры в шестьдесят, но осеклась. Слова, брошенные случайно, бывают искрами, что разжигают костер, – так и во мне от слов Джефферсона разожглась идея. Повезло, что он уже хлопнул дверью и ушел на улицу, иначе я бы расцеловала его от радости!
– Диего!
Я влетела в чайный зал и едва не сбила с ног Морган, несущую грязные чашки из-под какао на кухню. Сэм и Ферн, кажется, дрались, замерев напротив друг друга со вскинутыми кулаками. Аврора тем временем зевала, тоскливо поглядывая в окно, а Коул снова зарылся в бумаги за письменным столом, напялив на нос очки. Тюльпана же молча наблюдала за Зои, которая по-прежнему не двигалась, глядя на окуренную травами шкатулку янтарными глазами без зрачков. Вместо дыхания из ее приоткрытых губ вился молочный дым. Боясь помешать ей, я осторожно обошла гору подушек и распихала Ферн и Сэма по своим местам. Мне было жутко интересно, что успело произойти между ними, но не было времени это выяснять.
– Диего! Посмотри.
Я протянула ему, занявшему место Морган возле камина, свой раскрытый на сто двенадцатой странице гримуар. Рядом с чернильным рисунком цепей, тянущихся через весь разворот, было выведено изящным маминым почерком «
– Ты сказал, в каждом гримуаре есть такое заклятие. Я действительно нашла его, – протараторила я, пока Диего рассеянно вычесывал пальцами перья Баби, пялящегося на меня пустой глазницей. – Здесь сказано, это заклятие использовалось ведьмами для выслеживания предателей ковена…
– Да, в Санта-Муэрте оно использовалось для того же, только называлось иначе, – кивнул Диего.
Я сдвинула ноготь чуть левее, указывая на самый нижний абзац с лаконичным подзаголовком «
– И для допросов использовалось тоже. Если усилить
– Ты хочешь поговорить с Пауком при помощи
– Так в этом весь смысл! – воскликнула я, и Коул, наблюдающий за мной со стула, недовольно приподнялся. Я же указала пальцем на дверь – туда, где гремела посуда и откуда тек запах тающего шоколада, который готовила Морган на пару с Исааком. – Я хочу это использовать. Джефф подал мне умную мысль: Паук боится не меня, а Морган. Я ведь рассказывала, что она сделала с ним? Он не покажется, пока она будет рядом, не имея возможности противостоять ей. Но что, если бы Морган умерла? Если бы мы, ослабленные этим, решились на план Хоакина – предложили бы Пауку перемирие на его условиях, как это сделали ведьмы во времена Анхеля…
Брови Диего взметнулись вверх, как и у большинства присутствующих. Лишь одна Ферн как всегда усмехнулась.
– Ты хочешь обмануть Паука, сказав, что Морган умерла и что поэтому нам придется капитулировать? – поняла Тюльпана и, вопреки моим ожиданиям услышать, какая это никчемная и сырая идея, просияла: – Паук почувствует ложь… Но ведь Одри не соврет – Морган действительно умирала!
– Именно, – кивнула я. – Паук был так уверен в своем могуществе, пока в «Арлингтоне» не появилась Морган, что без труда поверит в него снова. Пусть думает, что он сильнее, что он победил… Главное, заставить его сидеть на месте, пока мы не придем. Возможно, придется пообещать, что я приду одна, но это к лучшему: Коул сказал, пятеро детей пропали без вести. Если они еще живы, их можно будет вытащить. А Морган ведь у нас мастер телепортации, так? Когда прибудем на место, я просто дам знать, куда и когда…
– Раз уж мы заговорили о Морган, – вдруг подала голос Аврора. Прежде безучастно пялившаяся в окно, она стрельнула глазами на дверь, за которой слышался звонкий девчачий смех, и с подозрительной собранностью отчеканила: – Учтите, она все еще не владеет собой в должной мере. Избыток силы – это опасность, а не преимущество. Чтобы убить Паука, нужно слишком много силы – Морган может потерять контроль, и тогда со всеми, кто окажется поблизости в этот момент, произойдет то, что произошло с теми несчастными животными в лесу. Еще ей нужно постоянно сосредотачиваться на чем-то одном. Если внимание Морган слишком рассеется…
– Да-да, я поняла, опять произойдет то же, что и тогда в лесу. К счастью, Паук один, – сказала я. – Морган сможет сосредоточиться на том, чтобы просто держать его под контролем, не более. Все будет в порядке.
– Мое дело предупредить. – Аврора пожала плечами и снова отвернулась, утратив интерес к разговору.
– Это все равно паршивый план, – в своем репертуаре прокомментировал Коул. – Почему нам просто не использовать Джефферсона, чтобы подобраться к Пауку? Ведь когда он рядом, ваша связь не работает…
– Да, и магия тоже, – напомнила я. – Слишком рискованно.
– А лезть в пасть Пауку не рискованно?!
– Ты хочешь спасти детей или нет?
– Откуда ты знаешь, что они еще живы?
– Паук любит играть с добычей, а после похищения прошло меньше суток. Шанс есть, и я не хочу потерять его, устроив бойню. Как не раз доказывала моя жизнь, быть хитрой лучше, чем сильной, – прошептала я и серьезно посмотрела на Диего.
Тот явно пребывал в замешательстве и не знал, что ему делать, поэтому я подсказала: шагнула вперед и протянула палец с надетым кольцом. Он колебался всего секунду, и волосы его напоминали волны Тихого океана, накатывающие на берег: сапфировая синева собралась у корней, расходясь лазурными прожилками по локонам, а к кончикам волосы практически выцветали до белого.
Вздохнув, Диего послушно взял мою руку в свою и, царапая перстнями ладонь, погладил подушечкой пальца розовую жемчужину в кольце.
–
– А если ляпнешь случайно что-то не то и проговоришься? – нахмурился Сэм, подтянувшись с дивана к нам, чтобы посмотреть на таинство магии поближе. Ритуалы всегда завораживали его, отражаясь проблесками изумления и восхищения в болотных глазах.
– Одри? Проговорится? – насмешливо переспросил Коул, и это была его лучшая похвала. – Да она даже Дьявола заболтает!
Я бы поблагодарила его за это, но мне пришлось стиснуть зубы: металл кольца раскалился, оставляя ожог. Благо длилось это пару секунд – всего лишь вспышка, и то, что должно было произойти, произошло.
– Все, – сообщил Диего, отпуская мою руку. – Теперь Паук услышит тебя. Нужно только позвать.
Я уже и так знала это. Точнее, чувствовала – эту мерзость, эту гниль, кислый запах которой повис вокруг меня ореолом.
– Ждите здесь, – сказала я, остановив жестом и Коула, подорвавшегося следом, и Тюльпану, цокнувшую каблуками в знак недовольства.
Я точно знала, что делаю. Я точно знала, что покончу с этим.
Стук. Стук. Стук.
– Снова ремонтируешь что-то, Гидеон? – спросила я с напускным весельем в голосе, бодро взбираясь мимо него по лестнице.
Он сидел в коридоре, сгорбившись над ножками покосившейся тумбы, и упорно работал молотком, даже не обратив на меня внимания. Мы не могли оставить его на ферме одного без присмотра, поэтому приняли решение временно перевезти в Шамплейн и поселить в одной из гостевых комнат. Несмотря на то что Гидеон на все реагировал одинаково (то есть никак), я кожей чувствовала, что переезд пришелся ему не по вкусу. Благо в таком огромном особняке всегда было чем заняться: стоит починить одно, как ломается другое.
Радуясь, что хоть кто-то из нас занимается любимым делом, я оставила Гидеона наедине с молотком и поднялась наверх.
Мне не хотелось осквернять нашу с Коулом спальню, но это было самое подходящее место – тихое, в конце этажа, и освещенное еще накануне Йоля белладонной и морской солью. Круг, вырезанный на деревянном паркете, обещал мне защиту – и пускай сейчас физически мне ничего не угрожало, было бы глупо пренебрегать правилами осторожности. Я задернула шторы, чтобы спальня погрузилась во мрак, передвинула зеркало и заняла место напротив него – в центре круга. Теперь я прекрасно видела свое отражение – расплетенные волосы, мятая мужская рубашка, джинсы в заплатках, которые я откопала на ферме, и серые глаза, полные решимости. Но вот-вот вместо меня появится кое-кто другой…