Анастасия Глазунова – Мяуш и Элли (страница 2)

– Мяуш, вставай! Смотри, что у меня есть! – Элли держала в зубах грязный мяч, тот самый, с помойки.

– Существо, прошу, дай коту поспать. Кто вообще вас придумал?

– Никто нас не придумывал, мы всегда были. Меня зовут Элли. Ты опять играть не хочешь?

А я хотел только спать и смотреть телевизор. И тут в голову пришла гениальная идея…

– Иди во двор, там с тобой Злой поиграет.

– Кто?

– Пёс, как раз из твоих. Только большой.

– И злой? – не унималась Элли.

– Да нормальный он.

Это просто имя такое.

– Странно. Не просто так его назвали…

– Да говорю же, набор букв. Никакой опасности!

Существо вышло. Стало так хорошо. Я переключал каналы и наслаждался одиночеством, как в старые добрые времена.

Прошло больше часа, но до сих пор не было слышно ни визга, ни лая. От Элли уже должны были клочки лететь! Может, Злой её молча съел?

Выглянул в окно и от удивления чуть не свалился вниз, на газон. Злой и Элли мирно играли во дворе с рваным мячиком. Неужели подружились? Вот ведь собаки! Не понимаю я их, честное слово.

7. Тухлая рыба

Сегодня я вволю выспался и незаметно улизнул из дома так, чтобы существо не увязалось. Иду, но иногда оглядываюсь. Отлично, слежки нет.

На улице безветренно и солнечно. Мурлычу песню себе под нос. А нос в свою очередь ведёт меня на запах чего-то испорченного и невероятно вкусного. Раз – и я уже в ящике с отходами. Какая удача – ни одного конкурента поблизости! Вот он, источник манящего аромата тухлой рыбы. Такое счастье случается только по четвергам. После обеда рабочий магазина выносит нераспроданный с начала недели товар. Мм! Обожаю рыбный день!

Повязал салфетку, выпустил когти, собрался вкусить яства, дарованные судьбой… или рабочим магазина – неважно. Пожалуй, только торжественной музыки не хватает. Но что я слышу?! Не марш, не гимн, не мелодия телефона, на худой конец, – это лай!

– Мяуш! Гав! Вот ты где! – радостно голосила Элли. – Так и знала, что найду тебя на какой-нибудь помойке. Ты опять пытался от меня скрыться?

– Вот именно! От тебя! Пытался скрыться! Поэтому марш отсюда и не мешай!

– Прости, я знаю, ты не любишь играть со мной. Но можно хотя бы рядышком посидеть? Дома одной совсем скучно…

Вы бы знали, какие она сделала жалобные глаза.

– Сиди, только тихо.

– Угу… Обещаю… А что это у тебя такое?

– Вкуснятина-тухлятина! Четверг – рыбный день! Только хотел насладиться, а тут ты!..

– А можно мне тоже? «Тухлятина» – как же аппетитно звучит! Никогда в жизни не пробовала.

– Ладно. А то ешь только сухой корм, ничего полезного, одни химикаты да ГМО. Вот, натурпродукт! – И отломил для Элли половину рыбины. А потом с жадностью принялся за свою часть.

Вечер выдался спокойным и непривычно тихим. Элли почему-то сникла и совсем не приставала с играми.

8. Отравление

Сегодня мелкого существа с утра не было слышно. Может, Элли всё-таки всем надоела и её прогнали?

Потягиваюсь, умываюсь, не спеша переворачиваюсь на бок, встаю. Как же хорошо! Мурчу от удовольствия.

Но почему же всё-таки тихо? Иду в коридор, на кухню, в другую комнату – существа нигде нет. Вроде бы нужно радоваться, но что-то здесь не так. Не думайте, мне не нужна собака. Я просто любопытный кот!

Почему-то беспокоюсь. Говоря по правде, не нахожу себе места.

А вот и хозяева… с Элли на руках. У неё был совершенно безжизненный вид. Голова болталась, а не лаяла. Глаза закрыты, а не светились, как обычно, озорными огоньками. Лапы свисали, а не бегали, прыгали или кружились вокруг меня.

– Как она могла отравиться? Самый дорогой корм ей покупаем, – вздыхала хозяйка.

– Дорогой не значит хороший. Даже человеческая еда из магазина не внушает доверия, что говорить про собачью, – рассуждал хозяин.

«Отравление… собачья еда… Да это же рыба! Тухлая! Элли ест только свой корм и ничего больше. Ей такую пищу нельзя – не привыкла к деликатесам с помойки. Они не для каждого, согласен. Вот у меня желудок ого-го какой выносливый. Стоп! Так это же я с Элли рыбой поделился. Получается, что своими собственными лапами собаку отравил? Беда…»

– Да, отдадим, а что делать? Ты же слышал, доктор предлагает положить Элли на несколько дней в больницу. Мы же целый день на работе, а ей нужно давать лекарства по часам. Да и вообще, они с Мяушем не ладят, а собаке сейчас нужен покой, – хозяйка грустно вздохнула.

Сказать, что я негодовал – ничего не сказать! Отдать мелкое существо! Как можно? А вдруг над ней будут проводить опыты? Она хоть и шумная, и глупая, и… Неважно! Это наша собака, МОЯ!

Я подошёл к Элли:

– Эй, ты как?

Она не отвечала, только тяжело дышала. Я растянулся рядом, прижался. Собака была вся горячая и лежала не шевелясь. Как будто это не Элли вовсе! Как я ни пытался держать себя в лапах, ничего не выходило. У меня даже подступили слёзы. Только сейчас понял: она мой самый настоящий друг. Не то что я – так хотел от неё избавиться…

Я сердился на себя, на несправедливый мир, и всё время лизал Элли своим шершавым языком.

Ночью так и не смог уснуть – тревожные мысли не покидали ни на минуту. Как же я буду без неё? Кто будет приставать ко мне с драным мячиком? Делиться невкусным собачьим кормом?

Утром Элли должны были отвезти к доктору. Вот если бы её можно было вылечить дома… Я попросил:

– Элли, пей лекарство!

– Мяуш, милый, ты запомнил моё имя! Я понюхала то, что мне налили в миску. Фу!

– Раз так, то я никогда не буду с тобой играть! Ни за что на свете! Тебе ясно, существо?

– Ладно, – Элли, кривясь, лизнула противную микстуру.

– Смотри, дорогой, наш Мяуш от Элли ни на шаг не отходит, – заметила хозяйка.

– Точно, а ты говорила, не ладят. Может, полечить собаку дома?

Я действительно всё время был рядом с Элли, даже хозяев не подпускал, разве что позволял поставить лекарство. Со всей ответственностью проверял, чтобы она всё выпила. А самое главное – следил, чтобы её никуда не увезли!

Хозяйке ничего не оставалось, как отпроситься с работы на несколько дней, и этого вполне хватило.

9. Элли выздоравливает

Элли исправно пила микстуру и воду, потом понемногу начала есть свой корм и пошла на поправку. Она уже походила на ту прежнюю Элли, которую я так лю… любезно терплю.

В доме снова стало шумно! Если честно, я этому даже рад. Нет жизни там, где слишком тихо и одиноко. А Элли – она, знаете ли, счастье. Только я ей об этом не скажу, боюсь, совсем не оставит мне личного времени. И вы не говорите. Тсс!

– Мелкое существо! – крикнул я из другой комнаты. – Так и быть, согласен немного поиграть.

– Мяуш, ты неисправим! – Элли уже бежала, держа в зубах свой любимый мяч с помойки. – Так и быть, прощаю тебя.