Анастасия Эрн – Землянка на десерт (страница 26)

– А Вейнар знает о предложении своей невесты пошпионить за ним?

– Да, мы столкнулись, у меня выпала ее визитка, и он сразу догадался. Велел соглашаться из-за долгов. Мол, получу компенсацию.

– Надеюсь, ты согласилась?

– Нет. Не могу. Я не хочу шпионить за парнем, который мне нравится, и отчитываться перед полоумной стервой.

– Дело твое. Но я бы согласилась. Вейнар сам одобрил, а значит, это даже нельзя назвать шпионажем.

– Может, и так, только все равно как-то неправильно.

– А откуда Вейнар узнал про твои долги?

Я замерла, бросив расправлять покрывало на кровати. И правда, откуда ангелочек узнал?!

– Авенары с большими возможностями, связями и кошельком несколько пугают. Кажется, он на шаг впереди и знает про тебя все.

– Думаю, Вейнар проводил расследование, собирал доказательства. Поэтому навел обо мне справки, дабы полностью исключить из списка подозреваемых. Мне кажется, это с его подачи руководство пересмотрело мое дело. Так как когда мы беседовали на звездолете, то мне ясно дали понять, что мои слова вообще ничего не значат.

– Если так, то ему просто пора вручать орден милосердия! Понятно, почему ты запала на этого авенара.

– И вовсе не запала!.. – начала отпираться я и отвернулась, чтобы Шелья не увидела моего лица.

– Ага, так я тебе и поверила! Даже со спины видно твои алые щеки.

Я открыла шкаф, вытащила второй комплект формы и подошла к космофону.

– Все, хватит на мне практиковать свою дедукцию, мне пора на пробежку.

– Ок. До встречи! – сдалась Шелья и, подмигнув, отключилась.

Я быстро умылась и поспешила на плац, в последний момент вспомнив о лекарстве, выданном врачом.

Шорн не освободил меня от кросса, но сделал его чуть меньше. И на том спасибо. Хорошо, хоть таблетки и мазь сняли острую боль. Иначе я бы просто не поднялась с кровати. Тело ныло, скрипело, но я не падала от изнеможения. Это давало больше надежд на благоприятный исход и поддерживало оптимистичный настрой. Если сегодня тяжело, завтра будет легче. Теперь я с чистой совестью тыкала всех наглых хамов в то, что все обвинения с меня сняты.

Мне до чертиков нравилось, как они отводили глаза, терялись с ответом. А на второй паре, на основах оказания первой помощи, ко мне подошли несколько курсантов – извинились, предложили дружбу. Мне хотелось показать неприличный жест и послать их в черную дыру, но я сдержалась. Надо ведь налаживать контакт. Как-никак пять лет мучиться буду. И хотелось, чтобы меня не зажимали в раздевалке с целью проучить. Да и не стоит уподобляться хамам! Так всегда говорила бабушка, когда я приходила домой, пуская слезы из-за того, что меня дразнят. Тогда я не особо понимала это. А сейчас доросла. Хотя мысли отплатить им той же монетой не оставила, правда, я мечтала сделать это более изящно.

На историю шла с высоко поднятой головой и победной улыбкой на губах. Уселась за первую парту, начала выкладывать свои принадлежности из рюкзака, а когда подняла глаза, увидела пред собой девушку леамвинийку. Она стояла напротив и прижимала к груди энциклопедию.

– Приветствую тебя среди первокурсников. Наша группа плохо с тобой обошлась. Поэтому я, как староста, приношу извинения от всех курсантов. В знак добрых намерений предлагаю тебе энциклопедию по истории зарождения Альянса.

Девушка положила книгу передо мной и бережно погладила ее.

– Это подарочное издание с иллюстрациями от знаменитого художника Россавели. Исторические справки, которые здесь приведены, достоверны и подробны. Тебе с таким пособием будет легко нагнать группу. Подобного материала в библиотеке не найдешь.

Это действительно меня тронуло. Девушка извинялась от души и решила поделиться безумно дорогой вещью.

– Благодарю и очень ценю, – отозвалась я и внимательно посмотрела на собеседницу.

Снежно-белые волосы, укороченные на затылке, переходили в каре и красиво обрамляли лицо, а длинная челка набок скрывала часть лба. Два белесых слабовидящих глаза леамвинийка выделила черной подводкой и розовыми тенями. Остальные три сомкнутых терялись на общем фоне. Тонкие, плотно сжатые губы, как и скулы, девушка оставила без внимания. Поэтому я решила, что она не хочет выделяться. И все равно ее сложно было не заметить. Хотя бы по той причине, что светловолосые висы встречались не так часто. В довесок к этому она была выше всех одногруппников. Так что форменные брюки были ей коротковаты.

Заметив мой изучающий взгляд, староста поспешно кивнула и ушла.

Я раскрыла энциклопедию и начала завороженно смотреть на оформление и картинки. А потом наклонилась и понюхала. Ох, этот неповторимый запах бумаги вызывал восторг и благоговение! Красивые завитушки, рамочки, уникальный шрифт и божественные иллюстрации. Казалось, герои, изображенные на них, смотрят тебе прямо в душу, вот-вот заговорят или сойдут со страниц. Такая книга наверняка стоила целое состояние. И как староста вообще доверила ее мне?! Я аккуратно закрыла энциклопедию, сверилась со временем. Убедилась, что его достаточно, и подошла к третьей парте соседнего ряда, где сидела леамвинийка.

– Ты уверена, что хочешь отдать столь ценный экземпляр мне? Тут есть какой-то подвох?

Девушка вздохнула, перелистнула станицу на головизоре и сердито ответила:

– Не хочешь, не бери.

– Извини, если обидела. Просто слишком много гадостей получила, поэтому ко всем подаркам отношусь настороженно, – объяснилась я, так как чувствовала некоторую неловкость.

Девушка кивнула.

– Буду беречь ее, а как прочитаю, отдам.

Я развернулась и уже хотела уйти.

– Меня зовут Элоши, – вдруг представилась староста.

– Очень приятно, а меня Кера! – ответила я и поняла, что улыбаюсь.

Кажется, с этой немногословной девчонкой мы сможем сдружиться, тем более что среди набросившихся на меня курсантов я ее не видела.

– Оглобля и помойная кошка решили спеться! – хохотнул тот самый парень, который начал дразнить меня на физкультуре.

– Странно слышать это от неудачника, который больше всех подтягивался и отжимался на физподготовке, – парировала я.

Толпа сокурсников захихикала. Настроение массы оказалось весьма переменчивым.

– Хеннай, кажется, ты слишком полагаешься на защиту своего покровителя, – заметила Элоши, все так же не отрывая взгляд от учебника, который читала.

Парень помрачнел и занервничал. Я догадывалась, отчего. Старосту назначали не просто так. Она должна иметь максимальный балл при поступлении. То есть сдать на высокие оценки как письменные предметы, так и практические экзамены. И этот парень рисковал нажить себе страшного врага. А я, наоборот, заручиться поддержкой. Элоши, скорее всего, на спарринге обязательно припомнит Хеннаю эти слова. Да и одногруппники на этот раз его не поддержали. Староста сделала замечание, заставив сомневаться в силе покровителя.

– Все по местам, – велел преподаватель, входя в аудиторию и прекращая все разговоры.

Я еле успела добежать до своего места и уже оттуда рассматривала профессора. Им оказался идеально красивый вис, как и все авенары, правда вместо обычных рук из-под черной формы виднелись металлические ладони. Хотя, может, и из другого материала, имеющего подобный цвет. Он пугал своей стремительностью, и я не понимала, чего ожидать. Будет ли он таким же здравомыслящим, как вчерашние профессора, или окажется вредным и дотошным? Я хотела, чтобы он был добряком.

– Тема сегодняшнего семинара – леамвины. Становление и первый выход в космос. Кто готов отвечать? – поинтересовался профессор и начал рассматривать курсантов.

Но отчего-то все молчали, косили глаза и вжимали головы в плечи, напоминая мне двоечников. Даже Элоши не поднимала руку.

– Староста отвечала на прошлом занятии, поэтому на этом спрашивать ее буду. Уверен, материал по истории своей расы она знает на отлично. Так кто же будет жертвой сегодня?

Мужчина лукаво улыбнулся и забарабанил искусственными пальцами по кафедре.

– О, новенькая! Как там тебя… Рукериа?

Я поморщилась от неправильного звучания своего исковерканного имени, но встала и ответила:

– Курсант Лукерья Анисимова. К сожалению, я не знала, что сегодня необходимо готовить эту тему. Выучила только первые параграфы в учебнике.

– Вы хотите сказать, что не готовы? – уточнил профессор с той же легкой улыбкой.

– Да, – не стала я отнекиваться.

– Два балла. То, что вы пропустили целый семестр, никак не освобождает вас от подготовки к семинару по текущей теме. За неуд отработка – наряд на кухне.

Я в шоке опустилась на свое место. Что за ужас, какой еще наряд на кухне?! У меня и так полный ворох проблем.

– Так, кто следующий? Может быть, вы, Хеннай? Помнится, перед практикой и сдачей зачета вы получили неуд, воспользуетесь шансом открыть новый семестр хорошей отметкой в своем табеле?

Парень побледнел, нервно тряхнул темной шевелюрой, поднялся с места и начал рассказывать. Он растягивал слова, делал длинные паузы и часто экал, заполняя промежутки раздумья. Препод слушал, серфил в космофоне, а когда Хеннай закончил, сказал:

– Молодец, два балла.

Меня так и подмывало спросить, какая муха его укусила. Конечно, парень козел, но он же рассказал. Явно читал, готовился, так почему же такая низкая отметка?

Далее профессор спросил еще троих, также поставил им два балла и ушел, не дождавшись окончания, заметив, что делать ему тут больше нечего, ибо курсанты все равно ничего не знают. Он просто дал задание готовиться и учить следующую тему.