Анастасия Эрн – Землянка на десерт (страница 22)

– Рейко, что это было? – оказавшись в комнате, уточнила я.

Я сама не понимала, то ли радоваться такому защитнику, то ли бояться излишней самостоятельности от машины. Иногда казалось, что Рейко живой! И как Рырков сделал это чудо?!

Мой помощник смущенно покрутился.

– А что, я должен терпеть, когда мою хозяйку оскорбляют? Совершенно незаслуженно! Ведь хозяюшка лучшая на свете.

Ну, и как такого бояться? Я подхватила Рейко, покружила и чмокнула.

– Да нет, ты просто поразителен! Бесценный ты мой!

Робот замурлыкал. А я, закончив с нежностями, поспешила переодеться в форму.

На уроке нас встречал строгий и зевающий Сайшен Фушигос.

– Некоторое время вашего преподавателя Фатума Мьйолна буду заменять я. Всем построиться!

Занятия проходили в зале, который располагался в отдельном здании. Оказалось, это целый спорткомплекс с тренажерами, бассейном и даже саунами.

Сайшен всех расставил по парам, дал задание, а меня отвел в сторону.

– У тебя будет отдельный курс. Видоизмененный. Я все согласовал с ректором. Так как ты землянка и гораздо более хрупкая… Да и вообще женщина.

Я закатила глаза. Вроде и понимала, что профессор прав, и все же это коробило.

– Вот только не надо мне тут концертов закатывать, – уловил Сайшен мой посыл. – Научно доказано, женщина слабее мужчин в физическом плане. При равных нагрузках и тренировках победит мужик. Но не буду вдаваться в демагогию. По названным мной причинам тебе нужно делать упор не на силу, а на гибкость, быстроту и знания слабостей соперника, болевых точек. Поэтому армейские основы ближнего боя тебе не подойдут. Будешь сразу изучать гохеко. Это техника управления силой, как своей, так и противника. При нападении сила врага перехватывается и направляется против него самого. Конечно, этот стиль боя не назовешь честным. Скорее подлым. Но ты мелкая. Не сможешь заблокировать даже один удар. Пропустишь и на месяц окажешься в госпитале. В первую очередь я научу тебя гасить удары, отклонять их. Потом будем тренироваться направлять их против противника, учиться падать и маневрировать. Этот вид боя второй курс проходит факультативом по вечерам. Будешь прибегать на допы и заниматься с ними. Эта техника считается смертоносной. Но подходит не всем. Твоя задача – развить в себе скорость, маневренность и силу. Дабы убивать врага одним ударом. Затянешь бой, и ты труп.

Я кивнула. Подход Сайшена Фушигоса к моему обучению мне определенно нравился!

– Перемещайся на мат, становись напротив меня. Буду показывать быстро и медленно. Запоминай. Гальес, ко мне! Придется тебе, парень, побыть учебным пособием.

Сайшен подозвал томотерианца и за доли секунды уложил того мордой в пол. Мы вместе с ним даже понять не успели, как профессор это провернул. Курсант вроде только пытался ударить леамвина, а через мгновение орал и бил пол, прося пощады.

Сайшен Фушигос был неповторим. Его движения казались похожими на танец.

– А теперь медленно. Смотри. У большинства висов болевые точки совпадают. И тебе нужно их все запомнить! Я перехватываю ладонь, нажимая на точку, заламываю, и он сам падает. Видишь? Потом ты просто добиваешь врага тем, что есть под рукой. Нет, бьешь ребром ладони, сюда, ломая шею.

А дальше Фушигос начал заставлять меня повторять все это. Показывать болевые точки и укладывать курсанта на маты. Поначалу выходило плохо, но к концу занятия вышло идеально. Фушигос меня похвалил. А вот курсанта, которой был моим учебным пособием, нет. Тот кривился от боли и злился, видимо оттого, что приходится заниматься с презираемой им девчонкой.

– Гальес, не ной! Ты же мужик и помогаешь даме в беде, на следующем уроке покажу тебе уникальный прием. Будешь отрабатывать. А мы найдем новую жертву.

Томотерианец с медвежьими ушками сразу выпятил грудь и засиял. Я же подумала, как он легко сдался. Всего один новый прием, за который парень целый час терпел издевательства над собой. Можно было попросить награду и побольше.

Я умылась водой в раздевалке, смыла пот и пошла на обед. Сытно поев, минут пять медитировала на компот. Идти на физподготовку не хотелось. Но все борцы поднялись и пошли на полосу препятствий за спортивным комплексом.

Там среди высоких деревьев пролегала дорожка для камикадзе. Именно так я ее про себя назвала. Сначала предлагалась бежать по песку, потом ухватиться за перекладины и перебраться через ров, снова песок, ров с водой и грязью, какие-то узкие дорожки, канаты, тарзанки, столбы с веревками, стенки. Преодолеть такой очень непросто.

Пока я глазела на полосу препятствий, пришел физрук.

– Все вкусно пообедали? Теперь пора поработать и подкачать ваши мышцы, – заявил Таргольн Шорн. – Пятый и четвертый курс – три круга, второй и третий – два круга, первый – один. Анисимова – разминка и кружок около спорткомплекса.

Раздался громкий свист. Все борцы сорвались с места и возобновили утренний марафон. Никто не спорил. Я сглотнула от ужаса. Вот же монстры! Пятнадцать километров пробежать. А после этого продолжить заниматься дальше.

– Что, страшно стало? – хохотнул физрук.

Я кивнула и поправила футболку. Начала делать стандартную разминку под чутким руководством Шорна. Вис, видимо, решил прислушаться к советам коллеги и начать мою подготовку с постепенной нагрузки.

Кружок вокруг спорткомплекса я пробежала с трудом, стала мокрой, запыхалась. Однако силы еще оставались. Рейко летел рядом, напевал веселый мотив и подбадривал меня.

Когда проползла свою дистанцию, первый курс уже вернулся и разминался.

– Желторотики на полосу, кто падает – делает тридцать отжиманий и тридцать подтягиваний. Задача – пройти полосу минимум два раза до конца пары. Анисимова, просто ползи. Ничего не жду. Посмотрим, что можешь, какие группы мышц прорабатывать будем.

Я кивнула. Это я могу. По песку пробежала, хоть ноги и вязли. Даже преодолела половину перекладин надо рвом. А потом упала в жижу.

– Слабые руки, – констатировал Шорн и сделал пометку в гаджете.

– Конечно слабые, моя хозяюшка нежная и женственная, – не выдержал Рейко.

Он постоянно метался из стороны в сторону.

– А ну, цыц! Нянькам слова не давали. Будешь выступать, запрещу на занятия приходить.

Рейко испуганно отлетел и спрятался за сосну, а я пошла дальше. Песок, ров с водой, ползание под сеткой, упражнение на равновесие – бег по бревну – я преодолела на отлично. А потом надо было с помощью каната забраться на высокий забор. Старшекурсники перемахивали через него на раз. Я же как корова, только с помощью Шорна подтянулась и перевалилась. А вместо изящного кувырка плюхнулась вниз. Дальше шла альпинистская стена, кольца над дурнопахнущей жижей, раскачивающиеся мешки. Я даже не видела смысла пробовать. Знала, что не вытяну себя.

– М-да. Работа предстоит сложная, – резюмировал Таргольн. – Ноги еще куда ни шло, но руки, спина, пресс… Ты как изнеженная варгайка.

Я пожала плечами. Кто такие варгийки, знать не знала. Но наверняка какая-нибудь рафинированная красотка-лежебока. А я пусть и не лентяйка, но действительно слабая.

– Буду тренировать тебя как детеныша. Давай, упор лежа с колен и тридцать отжиманий. Потом на турник.

Я кивнула, спорить не стала. Примостилась на траве и отжалась. Руки, естественно, подрагивали в конце.

– Молодец, дальше пошла, – похвалил Шорн.

Я встала, отряхнула ладони и пошла подтягиваться. А физрук не такой уж и плохой, сработаемся. Я запрыгнула на турник и повисла. Ручонки дрожали, чуть-чуть сгибались и снова разгибались, так и не вытягивая мой вес наверх.

– Вот же помойная кошка! – прошипел курсант, подтягивающийся рядом. – Позорище, которое ничего не может. Как только такая вообще в программу «Переселение» попала?..

Слышала, естественно, это только я, так как Рейко и преподаватель были далеко. Эти обидные слова резанули прямо по больному. Так меня дразнили на Земле. И, кажется, он об этом знал.

Я закусила губу и попыталась снова, но ладошки соскользнули. Я бухнулась на ноги. Руки обожгло. Сорвала кожу. Нервно подула на них.

Шорн покачала головой.

– Нет, так дело не пойдет!.. – Авенар осмотрел мои ладони, поцокал языком. – Да кожа у тебя и впрямь нежная, как цейанаре.

Профессор вытащил из кармана бутылек, побрызгал на ладони, а потом замотал их пластырем. Ухватил меня за ребра, поднял и закинул на турник. Так, с его страховкой и помощью, я подтянулась тридцать раз. Было тяжело, больно, но я смогла. Кто-то из курсантов не удержался от смешков.

– А ну, молчать. Забыли, как сами кровавые сопли подтирали? – зарычал Шорн. – Напомнить?!

Все злопыхатели мигом прикусили языки.

– Анисимова, отставить слезы, – обратился Шорн ко мне, хотя я и не думала реветь. Потом, в комнате, в уголке, возможно. Но не здесь. – Дело сложное, но поправимое. Здоровое питание, нагрузки, и будешь через пару месяцев летать вместе с одногруппниками, – приободрил он.

Я улыбнулась и кивнула, как болванчик. Пока все работающие здесь висы демонстрировали искреннее дружелюбие. Может быть, где-то и в чем-то они были жесткими. Но не узколобыми. А самое интересное, никто из них меня не укорил в повешенном на меня преступлении. Словно они догадывались обо всей подноготной – или настолько толерантные?

– Помощник, проводи-ка подопечную в душ. На сегодня все!

Я поблагодарила физкультурника и направила свои стопы в общежитие. Но услышала в спину презрительное: