Анастасия Эрн – Игрушка для злодея (страница 30)
Схватила Лиззи за руку и почти побежала к себе в комнату.
Когда дверь за нашими спинами закрылась и мы остались с подругой наедине. Я обняла её.
– Прости! Я честно собиралась всё испортить, но и подумать не могла, что Владыка посчитает мои ответы достойными. Но ты не расстраивайся, ты же сейчас на пятой позиции! И если не выиграешь отбор, то тебя непременно заметит какой-нибудь приятный оборотень или фейри!
– Продолжаешь лгать? – Лиззи выпуталась из моих рук. – Я не слепая, я видела, как ты черкала в своём листке. Я сидела рядом с тобой! И то, что ты сейчас держишь в руках не твои ответы!
Кровь отлила от моего лица. Кажется, Лиззи обо всём догадалась.
Девушка потёрла виски руками и продолжила:
– Я видела, как ты побледнела, и удивилась, когда тебе сообщили, что у тебя лучшие набранные баллы. Всего на секунду, но ты потеряла самообладание. Никто не заметил, но я поняла, потому что общаюсь с тобой чаще других. И как подруга я думала, что между нами не будет тайн. Думала, ты поделишься со мной важными вещами… А ты… Ты мне постоянно врёшь! – из глаз Лиззи потекли слёзы. – Ты беспрестанно уходишь по надуманным предлогам, притворяешься спящей или просто умалчиваешь о важных вещах. Вначале я полагала, что ты сбегаешь к возлюбленному. И не торопила тебя с признанием. Надеялась, ты мне расскажешь потом. Но сегодня… После сегодняшнего экзамена даже не знаю, что и думать! Признайся честно, Элли, ты спишь с Владыкой? Он уже тебя выбрал и этот отбор просто фикция?
Я обмерла. Да как такое глупое предположение вообще пришло в голову Лиззи. Впрочем, это не важно. Главное, я не могла рассказать ей правду. Потому что, если она проболтается мне конец…
О, Святая Матерь и что мне делать?! На кону была и моя жизнь, и жизнь сестры, и отца, и подлеца Заккари… От меня зависело столько людей, что я просто не могла проговориться.
– Да, я сплю с императором, – выдавила из себя. – Я не хотела побеждать на третьем этапе отбора, но Владыка решил иначе. Подменил листок. Лиам - сильный мужчина, а такие всегда добиваются своего любой ценой. Он выбрал меня и теперь творит что вздумается.
Внутри всё переворачивалось от этой лжи и отвращения к самой себе. О, Святая Матерь, да как я после этого вообще буду общаться с Лиззи? Как смотреть ей в глаза? Как жить-то дальше?
– Прости! – добавила я и метнулась в ванную комнату. Захотелось спрятаться, убежать, пережить этот позор в одиночестве.
Но Лиззи удержала меня:
– Могла бы и раньше признаться. Я бы просто не рассчитывала, что могу хоть как-то понравиться Владыке, ведь у него уже есть ты.
Злость подруги сменилась сочувствием.
– А тебе самой-то он нравится? Или у вас это не обоюдно? – с тревогой уточнила она.
Я сглотнула, как же мне не хотелось врать. От этого я покраснела ещё больше.
– Ну, не то чтобы... Всё же Владыка весьма хорош собой… И фигура у него красивая, – перед глазами тут же всплыли воспоминания о голом Лиаме, а затем о его ягодицах. – И он целуется так, что обо всём забываешь, – пожалуй, единственный момент, о котором лгать не было необходимости.
Естественно, стоило мне это сказать, как пальцы сами невольно коснулись губ, а в животе запорхали бабочки.
– О-о-о, значит, он тебе нравится. Для начала уже неплохо! – улыбнулась подруга, заметив мою реакцию, и обняла меня. – А ты пьёшь отвар? А то вдруг понесёшь до конца отбора… а Владыка возьмёт да выберет другую. Мужчины не всегда женятся на любовницах, – Лиззи сочувственно похлопала меня по руке и вдруг метнулась к своей сумке и вытащила оттуда флакон из тёмного стекла.
– Вот держи. Я себе привезла её на всякий случай, но поделюсь с тобой. Это проверенная настойка от беременности моей мамы. Пить надо начинать с началом лунных дней по пять капель! – наставительно произнесла подруга.
А я просто не знала, куда глаза девать от неловкости, стыда и признательности к, казалось бы, чужому человеку.
– Спасибо Лиззи! Я обязательно тебя отблагодарю! Ты очень добрая!
Лиззи просто махнула рукой.
– Да ладно! Мы же друзья! Только больше не скрывай и не лги мне. Обещаю, я твой секрет никому не выдам. Умру, но не выдам!
И я почему-то поверила ей. От этого прямо во рту стало горько.
– Так, хватит разводить сопли, – решительно заявила я и сменила тему. – Мне нужно в больничное крыло! Пойдёшь со мной?
– Зачем? У тебя что-то болит?
– Нет, Лиззи. Необходимо выяснить, кто хотел убить меня, и кто отравил эльфийку. А ещё я узнала, что яд регулярно подсыпают и Дакоте. Надо вывести злодея или злодейку на чистую воду! Кстати, это не моя личная инициатива, а поручение от Владыки. Хочешь поучаствовать?
У подруги загорелись глаза.
– То есть ты содействуешь расследованию как настоящий шпион?! А мне какие-то бонусы будут?
– Будут! – улыбнулась я.
– Тогда я в деле! – Лиззи хлопнула в ладоши и подхватила корзинку с рукоделием.
– А это зачем? – удивилась я.
– Скажем, что решили эльфийке тоже перешить платье в знак дружбы и доброй воли. Или может сделать какой-нибудь подарок.
– Хитро! – поддержала идею подруги.
Заподозрить в небольшом флигеле за садом больничное крыло, мог лишь самый прозорливый человек. Я предполагала, что это домик садовника, или охраны. Но нет. Это оказалось полноценное больничное крыло с тремя палатами. Просто магические существа сами по себе болели крайне редко и обладали высокой регенерацией. А если такое случалось, то обращались в городскую больницу. Во дворце оно существовало на всякий случай и большую часть времени пустовало. У входа нас встретила красивая рыжая оборотница, воркующая с моими телохранителями Дрейком и Геворгом.
– Здравствуйте, мы бы хотели навестить эльфийку! – обратилась я к девушке.
– Конечно, сиера Латорейдуме, вам будет рада. Правда, она всё ещё плохо себя чувствует. Яд оказался слишком токсичным. Проходите в палату номер два.
Мы поблагодарили девушку и пошли в указанном направлении. Лиззи громко постучалась в палату, а затем через несколько секунд, не дождавшись ответа, вошла.
Эльфийка лежала в кровати, бледная, с повязкой на глазах.
– Здравствуйте, Эйроуанна! Меня зовут Лиззи.
– А меня Эллира. Мы пришли вас навестить и принесли вам рукоделие. Думали, вам уже стало лучше, и вы сможете скрасить свои дни вышиванием.
– Раз убедились, что нет, можете убираться! – весьма грубо ответила эльфийка. – Сперва отравили меня, почти лишили зрения, а теперь пришли насмехаться? Или желаете завершить начатое?
Она подхватила с тумбочки книгу и бросила в меня. Весьма метко. Мне еле-еле удалось увернуться.
Мы с Лиззи не стали дожидаться, когда нас окончательно выпроводят, и выскочили из палаты сами.
– Я думала, эльфы добрые и миролюбивые, – ошарашенно заключила Лиззи и пригладила волосы на голове.
В дверь за нашими спинами влетело ещё что-то. Мы отскочили и переглянулись.
– Я тоже так думала. Но видимо, они могут быть очень злыми. Или эта принимает зелье озверина.
Мимо нас в палату пробежала медсестра и начала успокаивать рыдающую эльфийку, а нам велела убираться и не нервировать пациентку.
Мы и не планировали сопротивляться. Однако я всё же подошла к оборотням.
– Спасибо, что защитили меня тогда! – я присела в реверансе. – Извините за столь быстрое исчезновение. Сработал защитный артефакт. Он перенёс меня к Владыке. А потом я и не знала, где вас искать. Как ваши раны? Вы уже поправились?
– Сиера, – в один голос поприветствовали меня оборотни.
– Всё в порядке. Мы только обрадовались вашему перемещению в безопасное место и смогли разобраться с нападавшими. А раны – пустяки! Мы оборотни, царапины заживляем на раз два! – оскалился более разговорчивый Дрейк и стрельнул глазами на мою соседку. – Не подскажете, как зовут вашу спутницу?
– Лиззи Хьюс, – я пихнула в бок подругу.
Девушка застыла, пожирая глазами красавчиков.
– Лиззи – чудесное имя! – подмигнул соседке Дрейк.
– Благодарю! – алея ответила Лиззи.
– Скажите, а после отбора у вас какие планы? – не стал ходить вокруг да около волчище.
– Пока никаких.
– Тогда имейте в виду, я буду рад показать вам город! – с ходу предложил Дрейк.
Подруга кивнула и кокетливо заправила за ухо прядь волос.
– Нам пора, господа! – я подхватила Лиззи под локоть и потащила прочь.
– Эй, очнись! – я помахала ладонью перед глазами подруги.
Девушка, очарованная оборотнем совсем, замечталась и улетела в облака.