Анастасия Эрн – Айдест. Истинная для альва (страница 24)
Софи мысленно попросила прощения за ложь у богини и начала выдумывать историю:
— Так Шуромский, напарник мой, жалобу накатал мэтру Готье. Сказал, что я с работой не справляюсь. Пап, да ты и сам знаешь, как у нас женщин жалуют на службе…
— Именно поэтому Гженка вчера счастливая бегала и все уши матери прожужжала о том, что тебя повысили, да ты ранг получила? — не поверил в ее брехню отец. Брови на его лице сдвинулись еще чуть-чуть.
— Ну, так вот с новой работой и не справилась! Альвы там в ловушку попали, а я же после смены — выжата до донышка.
— Это что получается, — всхлипнула мать, — мэтр Готье, этот тиран, не дал тебе восстановиться и сразу же на новое задание послал?
— Вот ирод! — поддакнула Ясинка.
— Пожалуй, мне стоит сходить разобраться. Нехорошо получается. Он знал, что ты после дежурства, и все равно послал работать, знал, что резерв на нуле, и толку от тебя, как от козла молока, знал, что ты не можешь должным образом нести службу, а потом еще и наказал?! — вскипел отец.
— Правильно, Вячко. Сгинет ведь она там! — растроганно прошептала мать и схватила мужа за ладонь обеими руками.
— Так, а ну-ка, хватит! — понимая, что сейчас произойдет катастрофа, крикнула Софи. — Все будет хорошо! Что вы на меня смотрите, будто на покойницу? Жива я еще, и еще долго такой останусь!
Мать вытерла набежавшие слезы, а отец продолжал пытливо смотреть, будто не верил ни единому слову. И от этого его взгляда у Софи коленки подгибались. Так и хотелось во всем признаться и покаяться. Но она закусила губу и выпалила:
— Не поладили мы с альвами! Скандал там будет. Вот и отправляет меня мэтр Готье подальше, чтобы жизнь сохранить.
Щеки у нее зарумянились. Может, Софи чуть-чуть перегнула палку, но мать вон уже плакать перестала, сестры с братом вообще разинули рты и желали выведать полную версию событий.
Только отец оставался непоколебим, как скала.
— А ну-ка, иди сюда, негодница! — шикнул он и одним махом схватил Софи за ухо, как маленькую, а затем потащил к себе в кабинет. — Я же за версту чую твое вранье. Вон, даже кончики ушей пылают, как сигнальные флаги. Не умеешь врать, так не берись! А ну, рассказывай все, как есть! Нечего нам с матерью лапшу на уши вешать!
Матушка, словно мышка, скользила за ними следом и сейчас плотно прикрывала дверь, вытолкав любопытные носы младших детей.
— Чего рассказывать — то? — фыркнула Софи, потирая ухо.
— Сначала все давай! Как на повышение попала и что стряслось, почему вдруг на границу едешь, да еще в срочном порядке, — велел отец и уселся в кресло.
Мать согласно кивнула и поджала губы.
Софи потерла лицо ладонями. Видимо, признаваться все же придется. Она зажмурилась и начала говорить все как есть, но про свадьбу и намерения альва язык не повернулся рассказать. Будто ком в горле застрял.
— А альв соблазнить пытался, целоваться лез… Женится обещает… А я… я не хочу! — тут щеки ее еще больше запылали.
Но отец с матерью уже смягчились и, кажется, свалили это все на ее девичье смущение.
— Да уж, нечего с таким связываться! Правильно мэтр Готье отправил тебя на границу, там уж точно целее будешь, — пробурчал отец.
Матушка кинулась обнимать Софи и ласково приговаривать, что главное все обошлось.
— Ну, ничего, попадется он мне, я его уши-то укорочу! — в сердцах сказал отец. Он тоже не выдержал и подошел обнять свою жену и дочь.
— Ладно, нечего слезы лить, иди-ка, мать, собери ребенку еды в дорогу. Нечего ее тут задерживать. А ты давай держись и бей врагов раньше, чем они тебя! — напутствовал отец, а сам продолжал ее обнимать.
Софи чуть не плакала. Родной запах отца успокаивал и напоминал о детстве, в котором она маленькой босоногой девчонкой сидела у него на коленях и слушала разные истории.
И этот же запах бил в самое сердце, так как самого главного она им не сказала. Ведь все самое страшное, то, чего так боялась ее мать, уже произошло.
— Если этот хмырь тут объявится, я ему ничего не скажу! Не переживай! — по-своему понял ее отец. — Да и задержим его, если что!
— Спасибо, — прошептала Софи.
Скоро появилась матушка с увесистым заплечным мешочком.
Софи еще раз всех обняла и поблагодарила за заботу. А едва она выехала на дорогу, татуировка снова запульсировала.
Девушка лихорадочно огляделась, но никого не увидела. Айдест, как назло, почти ничем не выделялся со спины среди темноволосой толпы.
Она быстро подъехала к воротам и спешилась. Подошла к караульным и улыбнулась:
— Светлого дня, рьеры, — она, конечно, льстила. Воины уж точно не были рьерами, но разулыбались от такого обращения.
— И вам, рисса!
— Не подскажите ли вы, не проезжал тут остроухий с темными волосами? — еще раз улыбнулась Софи и вытащила золотую монетку.
— Да вот, недавно пронесся! Злющий! А тебе чего от него надо, сестрица? — приветливо улыбнулся воин.
— Да работать нормально не дает! Не могли бы вы сделать вид, что меня не видели и задержать остроухого, хоть немного! — Софи отдала золотой, а потом достала еще несколько. — Помогите, все-таки мы стражи, должны друг друга выручать?
Воины улыбнулись, согласно кивнули и забрали монетки. Те быстро исчезли в их карманах.
Софи лихо вскочила на Йошку, пришпорила коня и понеслась прочь, к границам Зирдании.
Ну-ну! Попробуй догнать, остроухий! Она приложила пальца к губам и зашептала заклинание.
Через секунду на ее руках стал образовываться маленький вихрь. Софи подула и бросила его под ноги Йошке. Тот моментально раскрылся, подхватил их. Теперь кусты и деревья буквально мелькали перед глазами, а уж перемахнуть развалившийся мост и вовсе не составило труда. Глядишь, к ночи они будут на месте, если у Софи хватит сил! А остроухий пусть кусает локти, да едет в объезд!
Глава 12
Хоть погода с утра и стояла необычайно солнечная и теплая, совсем как в родном Тирандоле, все остальное шло наперекосяк. Жена сбежала, с отцом повздорил, и вот теперь… Айдест стоял посреди широкой улицы и пытался с помощью татуировки найти Софи.
Он закатал рукав рубашки, обнажив ее, прикоснулся и послал небольшой импульс магии. Тоненькие зеленые призрачные ручейки заструились по замысловатому узору, оживляя его и создавая ощущение движения. Но связь между Айдестом и Софи еще толком не установилась, и он едва улавливал отголоски: легкую пульсацию, как свидетельство жизни и близкого присутствия. Не более. Да даже это у Айдеста получилось не сразу.
Капельки пота выступили на его лбу. Такое простое с виду действие отнимало много сил. Потому что Софи не хотела быть найденной, именно это значительно усложняло взаимодействие.
Он выругался сквозь зубы. Раз не получается так, придется по старинке. Айдест снова взлетел в седло, на миг замер, пережидая легкое головокружение, и лишь потом поехал к начальнику стражи. Тряхнул головой и решительно поджал губы. Айдест намеревался перевернуть вверх дном весь город, и дошел бы даже до короля, если бы это помогло найти и вернуть Софи.
Если, конечно, он доживет.
Несмотря на помощь братьев и стороннего мага, чувствовал он себя отвратно. От резких движений перед глазами порой темнело, и мир начинал раскачиваться так, будто он надрался в дрова. Ничего не скажешь, хорошо он треснулся. По-хорошему, ему бы отлежаться пару дней, но тогда шансы найти Софи сведутся к нулю, а Айдест не хотел упускать свою радость.
Он хотел снова держать ее в своих объятьях, вдыхая ее неповторимый аромат, как самый желанный дурман на свете. Хотел целовать ее сладкие уста, забывая обо всем на свете. Хотел снова слышать ее жаркий шепот в ночи, зовущий его… А значит, придется терпеть.
Айдест хорошо помнил дорогу до административного здания, а дальше просто спросил, где обитает капитан. На него косились, но не препятствовали. Разве что секретарь попытался остановить его, однако одного взгляда и слова «Сгинь» оказалось достаточным, чтобы парень упал в обморок и больше не приставал.
Айдест распахнул дверь и застыл.
Мужчина стоял между двумя обнаженными стройными женскими ножками, а по кабинету растекался странный шепот.
— Ох, любимый, я так соскучилась…
— Кхм, — кашлянул Айдест.
— А-а-а! — завизжала дамочка, и в Айдеста, ни много ни мало, полетела молния.
Она сверкала, искрила и пугала. Айдест едва успел отклониться.
Молния с шипением врезалась в место, где совсем недавно стоял альв. Красивым морозным узором она раскрашивала стену в черный.
— Какого Темного! — зарычал хозяин кабинета, поправляя сюртук.
— Это я у вас должен спросить, — грациозно поднимаясь с пола и откидывая упавшие на глаза пряди, заметил Айдест.
— Что происходит, Роланд! Почему нам опять мешают! — закричала, кажется, жена.
По крайней мере, именно так подумал Айдест, глядя на обручальные кольца на их безымянных пальцах.
— Прошу прощения, но мне казалось, сейчас рабочее время! — постарался быть мягче Айдест и не выпроводить даму вон. Портить отношения с начальником стражи, который мог дать адрес Софи или указать иные места, где могла скрываться девчонка, он не хотел.
— У Роланда никогда нет времени! А я уже несколько дней не вижу его дома! А всё ваша проклятая делегация. А я, между прочим, детей хочу! — вскипела женщина.
Она с грозным видом наступала на альва.