Анастасия Енодина – Любовь по наследству, или Сундук неизвестного (страница 32)
Со мной мало знакомый парень, его хотят убить, но он достаточно уверен, спокоен и обучен борьбе, чтобы я не сильно за него боялась. Его машина на том берегу, и как он получит её обратно - неясно.
- Эта твоя машина - она действительно твоя? - спросила я у парня, прищурившись.
Он посмотрел на меня, и глаза его смеялись:
- Сама же говоришь "твоя машина" - чья ж она может быть, если не моя?
- Ну, а взял ты её где? - хотела добиться толкового ответа, но парень снова мне его не предоставил:
- Где я мог её взять, Ксюш? Купил-нашёл, едва ушёл, хотел вернуть, да не догнали!
Я тихо рассмеялась. Занятная присказка, я давно не слышала, чтобы так отвечали! Хотя... Передо мной детский аниматор - в его голове должно храниться несметное множество разных народных шуточек на любой повод.
Эрик был доволен, что повеселил меня и, подождав немного, сказал:
- Да моя это машина, моя. Застрахованная от всего, что только можно. Не переживай за неё.
- Ладно, - покладисто согласилась я, и Эрику могло показаться, что на этом мои вопросы иссякли, но у меня было ещё, что сказать: - Знаешь, ты реально ненормальный! Тебя убить пытались! Два раза!
- Два? - удивлённо переспросил Эрик.
- Да. Тракторист... - напомнила я.
- Не, тот бы меня не убил... Да и эти, думаю, тоже... Они хотели бы это сделать, это я понял, но не убили бы... Мне показалось, я интересен им живым... Может, думают, я друг Константина и знаю, где он что-то спрятал?
Я не ответила, неожиданно осознав ещё одну непонятность: мы куда-то шли, и явно направлялись не к берегу. Помнится мне, Эрик намеревался попасть к доктору... Только вот как, если мы не знаем туда дороги?
- Откуда ты знаешь, куда идти?
Эрика вопрос врасплох не застал:
- Николаич рассказал, когда самогон пытался продать помимо вина, - пояснил он. - Сказал: "Не боись, парень, если хреново будет поутру - к фельдшеру нашему зайди, он намешает тебе снадобий. Он недалеко тут...", ну и рассказал, где найти. Я и запомнил на всякий случай...
- Хм... - сказала я задумчиво.
Всё сходилось... Вроде бы...
Но ни к какому врачу после нападения идти мне не хотелось. Я придирчиво оглядела Эрика. Ему помощь медперсонала не нужна - идёт бодро, дыхание уже выровнялось, синяки на лице не проявились, да и повреждений особенных он в драке не получил. Идти к фельдшеру из-за попытки понять Константина - не заманчиво. Да и теория моя со сменой пола не вписывалась в Эриковскую версию про то, что Константин что-то скрывал от напавших на нас ребят.
- Давай просто по-тихому свалим, а? Пожалуйста! - взмолилась я и даже взяла руку Эрика в свои, для убедительности.
Он жест оценил, погладил второй рукой мои пальцы и сказал уверенно, заглядывая в глаза:
- Я никому не позволю обидеть тебя, Ксюша... Напугать - это да, этого я не могу предотвратить. Но будь уверена, что тебе ничего не угрожает, пока я рядом...
Наверно, каждая девушка в душе мечтает о таком самоотверженном защитнике, каким сейчас показался Эрик. Но я не могла понять, отчего он столь самоуверен.
- Ты боевой маг?
- Не знаю, - усмехнулся он. - Вроде файерболами пока не кидаюсь... Но, знаешь... Только что, пока дрался, я понял, что это даётся мне легко... И я легко предугадываю, что предпримет противник... Может, и правда, я маг... и именно это помогло мне. Ксюш, поверь, со мной ты в безопасности - теперь я это точно знаю... я чувствую в себе силы навалять и десятерым, если потребуется...
- Навалять десятерым... - задумчиво пробормотала я, мысленно представляя, как это будет выглядеть, в случае чего, и каким стрессом для меня обернётся. - Надеюсь, до этого не дойдёт...
- Я тоже! - бодро ответил Эрик, из чего тало ясно, что у него нет воиственного настроя, а он просто действительно готов постоять за нас обоих. - Так что пойдём узнаем у врача, что там с Константином было. Он нам, конечно, не скажет правды, но я постараюсь прочесть его мысли и всё понять... А потом романтично прогуляемся по лесу до автобусной остановки в городке...
Он говорил, при этом продолжая гладить мои пальцы. Я смотрела на него и поражалась: вот никогда бы не подумала, что смогу так вляпаться в какую-то мутную историю! Казалось бы: и так всё закрутилось с этим Эриком и сундуком, ну куда ещё хлеще-то? Я ведь не киношный персонаж, а живой человек, с меня и так достаточно! Но нет, теперь какие-то люди явились препятствием для переправки на тот берег! Да ещё и тащиться надо с Эриком через лес куда-то....
Но в парне на этот раз я была уверена больше, чем в самой себе! Этот - не пристанет, не воспользуется уединённостью здешних мест и совершенно точно не причинит мне зла. Неужели и правда влюбился? Или он со всеми и всегда такой?
Наверно, влюбился всё же... Просто я, как обычно, не могу поверить, что на меня кто-то может вот так запасть... Скептик во мне говорит: не бывает так. Сама не влюблялась с первого взгляда, вот и не верю, что это возможно. Допустим, внешне я могла ему приглянуться, но влюблённый в мою внешность человек не нужен... А был ли шанс у Эрика узнать меня настоящую за это время?
- Ты влюблён? - задала я предельно прямой вопрос.
Да, было глупо это спрашивать, но почему-то очень хотелось услышать ответ.
Эрик замер, не ожидав, что его об этом спросят, но быстро сориентировался и ответил:
- Да, конечно. В тебя.
- Хм... - призадумалась я, высвобождая свои руки и пристально глядя на Эрика.
Ну вот что за несправедливость! Он мои мысли прочесть может, а я его - нет!
- Не веришь. - Констатировал парень, не обидевшись на моё недоверие.
- Давно влюблён? - решила разобраться с этой темой до конца прямо сейчас.
- Не знаю... - задумался он. - Это сложно... Ты мне сразу понравилась и показалась знакомой... родной, может быть... Но не думаю, что тогда я влюбился. Заинтересовался просто. Потом пообщался, и... к концу свадьбы Михаила я действительно хотел быть с тобой...
- Хотеть быть со мной и влюбиться - не одно и то же.
- Я хотел "быть с тобой", а не "переспать с тобой", хотя второе подразумевалось... но только как следствие первого...
Я картинно закатила глаза и фыркнула для пущего эффекта.
Эрик в ответ засмеялся. Его забавляло, как я теряюсь от его шуток и намёков.
- Нам сюда, - он указал на поворот - тропинку, ведущую к обветшалому домику с покосившейся надписью "Медпункт". Вернее, там была лишь часть надписи, сделанная путём прибивания к стене вырезанных из дерева букв и гласившая "пункт". Видимо, буквы "м", "е", "д" кто-то умыкнул, и теперь на их месте была не окрашенная стена, так что силуэты букв прекрасно угадывались. Возможно, буквы просто отвалились, но моё воображение нарисовало себе вора-пасечника, который прибрал к рукам необходимые для рекламы мёда буковки.
Мы дошли до крылечка, и Эрик постучал в дверь.
Я замерла в ожидании. Что, если там засада? И сейчас случится какой-нибудь решающий бой? А у меня из оружия лишь кулаки и газовый баллончик - то есть, практически ничего в противовес людям, которые захотят убить или похитить Эрика.
За него почему-то стало страшнее, чем за себя. Я им не нужна, но как свидетеля, убрать могут. А Эрик...
Дверь со скрипом отворилась и на пороге появился тщедушного вида молодой человек с взъерошенными кудрями на голове. Его карие глаза выдавали растерянность. Не то не ожидал столь ранних посетителей, не то просто удивился не знакомым лицам.
Парень на врача в чём-то походил, хоть и не был одет в белое.
- Добрый день, - улыбнулся Эрик.
Парень кивнул, сторонясь и пропуская нас в дом.
- Вопрос какой или жалоба? - спросил он деловито. - Редко ко мне кто трезвый поутру заглядывает, - усмехнулся он и спросил сам, помогая нам начать нужный разговор: - Вы что ли, к Константину приехали?
- Ага, - ответила я мрачно, чтобы сразу стало ясно, что я ничуть не рада этому всему.
Но, как и обычно, мой скорбный вид был неверно понят.
- Соболезную, конечно... - сказал фельдшер, замявшись.
Я ждала, что он продолжит, скажет: "соболезную, конечно, но..." и перечень причин, почему скорбеть по Константину не стоит. И в списке этих причин, желательно, ответы на все мои вопросы. Как-то, например, так: "Но не стоит так расстраиваться, ведь он был не в себе, мечтал переселить свою душу в тело молодой симпатичной девушки и для этого украл у клана старообрядцев древнюю реликвию, которую потом потерял или пропил, и оттого покончил с собой". Меня бы это устроило.
Но фельдшер молчал.
Прода 15.10-1
Надо бы узнать его имя, но он явно не из тех, кто считает нужным представляться или вызнавать имя собеседника.
Мне на помощь пришёл Эрик. Наверно, тоже не дождался продолжения с "но", и решил, что уместно самому спросить:
- Почему он так распорядился своей жизнью?
- Вы не в курсе? - удивился фельдшер.
Мельком глянув на Эрика, я решила врать напропалую.
- Дядя всегда был скрытен и загадочен... - посетовала я. - Не любил обременять близких своими проблемами... Для меня стало неожиданностью его решение уйти из жизни и, хоть все настаивают на версии самоубийства... мне кажется, он бы никогда не поступил так с собой...