Анастасия Энковская – Черный камень и белые косы (страница 3)

– А тебе ничего не надо? – спросила я в пустоту. – Может, ковер там или занавески? – Подождала немного и махнула рукой. – На свой выбор возьму, буду умасливать тебя подарками, – хмыкнула я весело и, быстренько спустившись с крыльца, заперев дом большими тяжелыми ключами, отправилась на разведку.

Идти оказалось недолго. Уже минут через десять я зашла в обычный деревенский магазинчик с большой вывеской «Продукты».

– Здрасьте, – сказала я, входя в прохладное помещение. Полная женщина лет тридцати, а может и больше – не знаю, не разбираюсь в этом – подняла на меня взгляд от газеты, которую читала (ух ты, газеты!), недовольно осмотрела меня и кратко бросила:

– Чего тебе, Аглая? Опять сладкого?

Хм, похоже, прежняя владелица тела любила сладкое. Я его тоже люблю, но сейчас не до этого.

– Молоко, хлеб, кефир, сметана, творог, – начала перечислять я, осматривая прилавок. – Да, немного тут продуктов, но основное есть, и ладно. – Масло… А чего не собираем корзинку-то, а тёть? – хитро посмотрела я на неё, видя, что почему-то удивлённая женщина не спешит класть в пакет или корзину названные продукты.

– Сейчас, сейчас, – вдруг залебезила она. Чего это она? Прошлая Аглая за продуктами что ли не ходила? Или покупала только сладкое?

– Пирожков двадцать штук, этих и этих, – продолжала перечислять я, тыкая в продукты. – Печенье, мешочек… нет, два… Это что за мясо? – спросила я, показывая добротный отрезок мяса. По виду, килограмма три…

– Так свинина же, – снова удивилась продавщица.

– Вот его и давайте, чай, сахар… оооо, это табак?! – радостно воскликнула я, указав на большую странную пачку на полке, на которой было написано «Табак». Знаю, знаю: зачем спрашивать, если написано, но я так обрадовалась, что в этом мире есть табак, что просто не удержала эмоций.

– Аглая… а с тобой всё в порядке? – тихо спросила продавщица.

– А чего не так? – я оторвала взгляд от желанной пачки и с сомнением посмотрела на продавщицу.

– Ты ж никогда раньше даже за забор не выходила… – промолвила тётка.

– Прям никогда? – ехидно уточнила я.

– Ну за сладким только приходила раз в месяц же – пожала плечами продавщица и снова вперила в меня взгляд, горящий любопытством. Смешная тетка: говорит никогда, а получается хоть раз в месяц, так приходила все же. И что такого удивительного, что я сейчас пришла..

– Тёть, ты не отвлекайся, я не вижу корзинки в твоих руках, – быстро сменила тему я. Почему я должна отчитываться перед незнакомым человеком?

– Какая я тебе тёть?! – возмутилась женщина.

– Ну не дядь же, – отмахнулась я. – Давайте ускоримся, у меня дел ещё куча. – я решила, что на ты переходить некрасиво, лишнего хватанула тут я, да..

Женщина послушно стала складывать продукты в плетёную корзину.

– Табак, – напомнила я.

– Да зачем тебе табак?! Да даже дед твой…

– Женщина, – повысила я голос, – не забывайтесь, положите мне перечисленные продукты! – Может, и не стоило особо отсвечивать, но меня бесят люди, которые почему-то думают, что могут влезать в мою жизнь и совать свой любопытный нос куда не следует.

Продавщица фыркнула и сложила табак в корзину.

– Что-то ещё? – процедила она.

– Вот ту пачку печенья ещё, – поразмыслила я.

Когда корзинка была собрана, я рассчиталась (всего три серебряные монеты за всё это богатство? Дааа, цены в деревне радуют! Или есть подвох?), взяла тяжеленную корзину и вышла на улицу, сопровождаемая то ли удивлённым, то ли недовольным взглядом продавщицы. Мне было плевать.

Я стояла и искала глазами пацана в ветхой одежде, который здесь мелькал, когда я шла в магазин. Беспризорника узнаю сразу – по взгляду, по плавности движений: они готовы сорваться, убежать в любую минуту. Сама из детдома часто сбегала… О, а вот и он! Я громко свистнула.

– Пацан, заработать хочешь? – крикнула я парню, выглядывающему из-за дерева. Да, одежда плохонькая, взгляд испуганный, грязный весь и такой чумазый. Даже ботинок нет. Плохо дело, эх. Паренёк, однако, идти не спешил. Сплюнув на землю, я пошла сама, таща тяжёлую корзину в левой руке.

А вечер переставал быть томным…