Анастасия Елисеева – Жемчужные страницы (страница 2)

Но что мне делать с памятью о вас —

О тех, кто дышит по-другому – и другим?

Я забываю голоса и выраженья глаз,

За истеченьем лет, за исключеньем зим,

Не различаю вас я в темноте теней,

Встречаю будто – изредка, во сне,

И не становятся от опыта острей

Ни это зрение мое, ни образы извне.

Но что же делать мне, когда за горизонт

Вам вслед срывается очередная жизнь

И дополняет невесомый сонм,

А я не знаю, вниз летит или, быть может, ввысь

Взмывает дух. Мне надо знать – все или ничего,

Но ветерок нездешний вновь приводит в колыханье

Вершины леса, воду, лепестки цветов,

И память мирит с болью полузнанья.

Вторит волне арифметическая чистота…

Вторит волне арифметическая чистота

Твоей сердечной частоты,

Стучит и просит: выпусти из тесноты,

Вдохни и сосчитай до ста,

Достань до дна холодными ногами

И оттолкнись, и выплыви из пены дней,

Забвения или бессмертия не пей

И не ищи того, кто там, за облаками,

Смотрит, как фильму, всю твою судьбу:

Раскручивает черную бобину

Золотокудрый ангел, прядь со лба откинув,

И двадцать пятый кадр – на когда-нибудь…

А мы, как дети, снова удивимся и поспорим, —

Как будто нам предвиденье дано! —

Что обязательно под музыку в конце кино

Нежно блеснет закат над морем.

Вена

трамвай от Нуссдорфа и до Введенского кладби́ща

Рингштрассе и Бульварное кольцо

на картах что только не ищут

я например ищу твоё лицо

Москвы текучесть плавность Вены

эта венозная речная боль

Китайгородские фантомы-стены

и в башне царская не-ложа антресоль

трамвай летит на Комиссариатский

чтоб выкатить к Шлосс-Бельведер

крылатый лучник отдыхает в штатском

заслушиваясь музыкою сфер

и замыкает круг моих исканий

натягивая ловко тетиву

стрела пронзает воздух ранит

меня близ Покрова на Рву

и всяко лучше на трамвае

что в прошлое что просто в сон

в последнюю неделю мая

запрыгнуть как в пустой вагон

Душа

Я линий легкотканых плен,

Я лилия шпалерных рек,

Я твой последний белый день

И первый серебристый снег

Тех мест, где твой забытый лен

Шиповником зарос,

Нерукотворный гобелен

Из карт, планет и звёзд.

Я сон о твоих смутных снах

И тень из тех теней,