Анастасия Эльберг – Поиск (страница 44)
Эрфиан почувствовал, как теплые пальцы жены нежно обхватывают его запястья.
— Ты можешь показать мне тот мир с тремя лунами еще раз?
— Могу. Засыпай, мой свет.
— Почему я вижу эти миры без черного вина, которое пьют Сновидцы?
— Путники боятся. Страх не позволяет им увидеть. А со мной тебе нечего бояться.
— Потому, что вампирша обучила тебя магии?
— Потому, что я люблю тебя, мой свет. Что бы ни случилось, я буду рядом.
— Янтарный Жрец Нориэль Мудрый, справедливый и милосердный правитель деревни. Янтарная Жрица Царсина Воительница, супруга янтарного Жреца Нориэля Мудрого, стоящая во главе самой сильной армии в двух мирах. Советник Эрфиан, правая рука янтарного Жреца Нориэля, и его супруга Гриалла. — Слуга перевел дыхание и продолжил. — Такхат и Раффат, жрицы Великой Богини, и их подруги…
— Продолжай, — шепнул слуге Эрфиан. — Их имена можно не называть.
— Вампир Сафдар, глава лесного клана, — закончил слуга, сияя улыбкой, и поклонился королям светлых эльфов. — Я принесу их величествам еще вина?
Ниньяс и Тимир, которых представили самыми первыми, покачали головами. Их жены, сидевшие чуть поодаль, в компании сестер Царсины, оглядывали накрытый к ужину стол — многие блюда они видели впервые.
Нориэль встал, держа в руках кубок.
— Их величество король Ниньяс, их величество король Тимир, Такхат и Раффат, вампир Сафдар, я рад, что мы собрались здесь. Впервые обращенные и необращенные сидят за одним столом. Мы заключили союз, предопределяющий будущее. Придет день — и мой наследник получит обруч Жреца, наследник вампира Сафдара станет главой клана, королями светлых эльфов станут сыновья их величеств, а дочери жриц Такхат и Раффат продолжат служение Великой Богине. Пусть на их землях царит мир. В трудную минуту они смогут обратиться за помощью друг к другу, смогут объединиться для того, чтобы защитить себя от воинственных племен или охотников Следопытов. Пусть и в деревнях, и в кланах будет вдоволь еды и воды, а казна пусть пополняется золотом. И пусть сколько угодно говорят о том, что вампиры и эльфы не найдут общего языка — мы докажем обоим мирам, что это неправда.
— За мир и процветание, — улыбнулась Царсина, сидевшая по левую руку от мужа. По случаю праздника они оба облачились в одежды из темно-синего шелка, ее голову украшал обруч, а волосы были заплетены в традиционную косу. Жрица с трудом переносила шумные пиры, еще хуже дела обстояли с выслушиванием бесконечных речей, но она не изменяла себе и держала лицо.
— За мир и процветание, — хором повторили остальные.
Главным блюдом на столе была рыба, которую в качестве подарка принесли Сафдар и сопровождавшие его вампиры. Угощение пришлось по душе всем, особенно подругам жриц Такхат и Раффат — впрочем, им понравилась и остальная еда. Они уплетали ее за обе щеки, умудряясь при этом поглядывать на всех мужчин, начиная от Нориэля и Эрфиана и заканчивая молодыми эльфами-слугами. Гриалла смотрела на жриц во все глаза — ей еще не приходилось видеть, чтобы кто-то ел так много.
— Они отвратительны, — шепнула молодая жена Аднана своему мужу. Она держала на коленях не так давно родившегося малыша, младшего брата их первенца — он довольно ворковал и тянул крошечные ручки к апельсину, который для него очищал отец. — Они должны есть в лесу в компании оборотней!
— Полно, мой свет, — ответил ей Аднан. — Разве Джагад не рассказывал о том, что все, кроме янтарных Жрецов — дикари?
— Чему они научат детей!..
— У них рождается слишком много детей, чтобы они успевали их воспитывать.
Сафдар взял с блюда пару плодов инжира и отдал один из них Гриалле. Эрфиан уже обратил внимание на то, что вампир неотрывно смотрит на его жену с того момента, как их представили друг другу, хотя гости деревни обычно дивились на Жрецов — чего стоили одни янтарные глаза.
— Подарок пришелся по душе моей госпоже? — поинтересовался он, кивнув на диадему в ее волосах.
— О да, благодарю. Он прекрасен.
Вампир поднял руку и тронул ожерелье из фиалковой бирюзы, которое Гриалла носила, не снимая.
— Не оскорбил ли я тебя такой дешевкой? Женщина, которая носит подобные украшения, смеется в лицо тому, кто дарит ей золото.
Она смущенно улыбнулась, но с ответом не нашлась.
— Фиалковая бирюза идет моей госпоже. Как мало на свете украшений, достойных красивых женщин.
Сафдар снова протянул руку и уже хотел прикоснуться к камням, но поймал взгляд Эрфиана и решил, что этого делать не стоит.
— Ты пришел в сопровождении слуг, — заговорила Царсина. — Где твоя подруга?
— К сожалению, у меня нет подруги, моя Жрица. Но в скором времени все изменится. Согласись, шатер придется по душе не каждой женщине, чего не скажешь о замке.
— Пусть в твоем замке будет большая комната для казны с мешками, до отказа набитыми золотом. Ты будешь считать монеты и покупать достойные украшения достойным женщинам. Скоро твой клан станет самым большим на наших землях. Негоже его главе смотреть на эльфиек. Особенно если они принадлежат не тебе, а моему советнику.
Гриалла ахнула и прижала ладонь к губам. Нориэль бросил суровый взгляд на жену. Кто-то из сестер Царсины рассмеялся. Но вампир не смутился.
— Моя Жрица не бывала в вампирских кланах и не знает наших обычаев. Если женщина красива, мы говорим ей об этом и не видим в подобных словах ничего дурного. А жена твоего советника прекрасна, как предрассветное небо. Посмотри, как очаровательно она краснеет! Она похожа на самую скромную из лунных дев.
— Между тем, вампир Сафдар, мы приготовили тебе подарок, — обратился к гостю Нориэль. — Ее высочество Эльда, дочь их величества короля Тимира. Она встретила шестнадцатую весну. Мы надеемся, что ты найдешь ее приятной собеседницей.
Эльфийка в простом белом платье подошла к вампиру и остановилась в паре шагов от него, сложив руки на животе. Он приподнял ее голову за подбородок и заглянул в лицо.
— Их величество очень щедры.
— Не стоит благодарности, вампир Сафдар, — закивал Тимир. — Жрец Нориэль рад видеть тебя среди гостей, а мы рады сидеть с тобой за одним столом.
— Если так, первый танец принадлежит нам.
Сафдар встал и подал эльфийке руку. Она вложила тонкие пальчики в его ладонь с такой готовностью, словно мечтала о встрече с вампиром с самого рождения. Нориэль сделал знак музыкантам, сидевшим у костра, и они начали играть знакомую всем — помимо обращенного гостя, который на пирах у эльфов еще не бывал — мелодию.
— Не смотри на него так, словно хочешь отравить, — шепнула Царсина Эрфиану.
— Что ты, моя Жрица. Я не испорчу ее высочеству вечер.
— Бедная девочка, — вздохнула Гриалла. — Неужели короли так хотят заключить союз с вампирами, что отдают им дочерей?..
— Все мы чего-то хотим, мой свет, — ответил ей Эрфиан. — Кому-то нужна защита, кому-то — золото и замок.
— Все к лучшему, — утешила всех Царсина. — Он будет предан нам до конца своих дней. — Она взяла кубок и кивнула Гриалле, предлагая сделать то же самое. — Мужчины привыкли думать, что они могут использовать женщин в своих целях. Но мы с тобой знаем правду.
Жрица весело подмигнула собеседнице.
— До дна.
— До дна, — с улыбкой отозвалась та.
Глава третья. Эрфиан
— … прекрасный молодой эльф и воительница Кохаба сыграли пышную свадьбу, на которую съехались гости из обоих миров. Все пили вино и гуляли три дня и три ночи. На вторую ночь эльф украсил голову Кохабы обручем Жрицы, и они правили нашими землями мудро и справедливо.
Маленькие Надир и Нития, сын и дочь Айши, недавно встретившие пятую весну, родились от одного лика луны. Они были похожи друг на друга — кудрявые черные волосы, черные же глаза и грубоватые черты лица Тавина, мужа сестры. Дети любили шумные игры, но с не меньшим удовольствием проводили вечера у костра, слушая легенды Джагада. Сегодня Надиру и Нитии выйти к костру не разрешили. Вчера брат и сестра убежали от матери и отправились в лес на поиски меда. Вернулись они утром следующего дня, без угощения и в слезах: дикие пчелы решили защищаться до последнего и покусали обидчиков. Испробовав все травы, Айша отчаялась и обратилась за помощью к Эрфиану. Гриалла пришла вместе с мужем — пока тот готовил мази и отвары, она развлекала Надира и Нитию сказками.
— А у эльфийки Кохабы были янтарные глаза? — спросил мальчик.
— Конечно, — ответила Гриалла.
— А у прекрасного молодого эльфа? — поинтересовалась девочка.
— Янтарные, — снова кивнула жена.
— Значит, Жрица Эдна и Жрец Оден были их сыном и дочерью? — задал очередной вопрос Надир.
Эрфиан забрал с невысокого табурета деревянные плошки из-под мазей.
— Должно быть, правнуками, дитя, — ответил он мальчику.
Надир собрался задать следующий вопрос, но Айша не позволила. Она подошла к сыну и потрепала его по волосам.
— Тебе давно пора спать, — сказала она. — Вам обоим. Эрфиан хочет, чтобы вы поправились. А Гриалла не сможет рассказать сказку, если завтра вы будете плохо себя чувствовать. Я оставлю пару масляных ламп.
По возвращении в шатер жена отказалась от ужина.
— Что с тобой, мой свет? — встревожился Эрфиан. — Ты бледна, не завтракала и почти не выходила из шатра.
Гриалла вздохнула и опустилась на кровать.
— Ужасно устаю вот уже который день. И ноги как деревянные. А сегодня еще и живот… кусок в горло не лезет. Может, я съела что-то не то? — Она медленно подняла глаза. — Или… может, у нас будет ребенок?