Солнце над утренним Вавилоном
Ярче всех звезд его во сто крат.
Как ни хотел бы он стать прощенным —
Но он закован в дремучий ад.
В сумерках дань отдавать безгрешным
Он клялся ей и играл в любовь
И стал бы сам бесхребетно-вечным…
Но только срок безмятежных слов
Короток. И он был бы счастлив,
Став частью той, кому все отдал.
Душу, что так упрямо красил,
Продал бы – и получил привал.
Ну, а она, королева слова,
Та, чей огонь он принял за озноб,
Снова обнимет его, родного,
И поцелует. Контрольным в лоб.
Жизнь понедельников-вторников… (2010)
Жизнь понедельников-вторников
Платит по чьим-то счетам.
Ты лишь считаешь любовников
И посылаешь к чертям.
Сизое утро скалится,
Будто голодный волк.
Ты не сумеешь состариться —
Ты куришь тонкий Vogue,
Спишь до полудня средами,
Любишь гулять по ночам.
Если смеешься – поэмами,
Если грустишь – по плечам
Снова распустишь волосы —
Я, разумеется, твой.
Вовсе не нужно тут голоса —
Просто такси и домой.
Вот и мое одиночество
Стало дряхлее на ночь.
Нет, я не верю в пророчества,
И мне уже не помочь —
Просто все дни – сумасшедшие,
Дорог мне каждый миг.
Мы с книжных страниц сошедшие.
Жаль, что из разных книг.
Баллада о грешнике (2007)
Я в страхе теряюсь на улицах города,
Слыша, как плачет по грешнику колокол.
Кто мне дарует одежду из золота,
Что на поверку окажется оловом?
Я не искал в жизни тех благодетелей,
В церкви не бредил молитвой жестокою.
И, чем я дальше, тем больше бессмысленны
Мысли о праве расстаться с пороками.
Я – только тень, и мой голос – беззвучие,
Забыть и сказать – все одно, словоблудие,
Люди – кто смертный, палач или мученик —
Всем полюбилось играть в правосудие.
Спрятана подлость за светлыми лицами,
Спрятана лживость под благодетелью.
И я не властен над вашими мыслями,
И осужден без судьи и свидетелей.
Я не заплачу по-вашему жалобно,
Я не прощу сам себе непрощенного.
Я упокоюсь под горестным саваном,
Вас оставляя навек обреченными.
Под шуршанье песочных часов… (2008)
Под шуршанье песочных часов
Задремал светлый город – устал. 
