Анастасия Егорова – Психология экстремальных ситуаций и состояний (страница 2)

Любое событие воспринимается человеком субъективно. Один и тот же факт может получить диаметрально противоположные оценки у разных людей. Поэтому анализ события самого по себе уступает место изучению сложной системы взаимосвязей и взаимовлияний, возникающих между человеком и происходящим. В системе координат личности событие способно выступать в различных качествах: как причина или следствие, как цель или как средство ее достижения.

Событие представляет собой встречу, столкновение различных начал, в результате которого рождается новый порядок вещей, новое бытие. Например, вступление в брак и появление ребенка могут осмысливаться человеком как звенья причинно-следственной цепи: ребенок родился потому, что состоялась женитьба. Эти же события могут связываться отношением цели и средства: брак заключался ради рождения ребенка. Возможно и одновременное существование причинных и целевых связей, как и полное отсутствие какой-либо связи между событиями в сознании человека. Только при условии подлинной значимости события для личности совместное бытие человека и обстоятельств превращается в ситуацию.

Проблема взаимодействия человека и ситуации обсуждается в психологической науке на протяжении многих десятилетий. Однако общепризнанной, целостной теории ситуации не создано ни в западной, ни в отечественной традиции. Принято разграничивать широкий и узкий смыслы этого понятия. В широком значении ситуация отождествляется с общим контекстом жизни человека, его жизненным положением. Близкий смысл вкладывается в понятие жизненной ситуации. В узком значении ситуация связывается с конкретными событиями индивидуальной жизни или с экспериментально создаваемыми моделями. Многочисленные исследования, посвященные влиянию стрессогенных жизненных событий на человека, представляют собой яркий пример именно такого, узкого подхода к пониманию ситуации.

Категория ситуации может быть рассмотрена с различных научных позиций. Анализ основных исследовательских парадигм позволяет выделить несколько подходов, по-разному решающих вопрос о соотношении субъективных и объективных факторов, образующих структуру ситуации.

Исторически первыми систематическое изучение ситуации предприняли представители бихевиоризма. В их экспериментальных работах ситуация задавалась исследователем извне, а предметом изучения становилось наблюдаемое, регистрируемое поведение. Ключевая идея заключалась в том, что определенная форма поведения, однажды приобретенная человеком, закрепляется и начинает существенно влиять на всю его дальнейшую жизнь. Такие закрепившиеся формы поведения получили название привычек.

Основоположник бихевиоризма Дж. Б. Уотсон определял ситуацию как совокупность факторов, выступающих причиной акта, действия в социальной жизни. Он полагал возможным разложить ситуацию на группу стимулов. Определенная стимуляция закономерно приводит к определенному поведению. Источником энергии для поведения служат биологические факторы, а основанием устойчивости выступает биологическая организация личности.

Другой видный представитель этого направления К. Халл рассматривал ситуацию как последовательность событий или условий, которые с течением времени закономерно вытекают из первоначального события или состояния. Халл выделял две группы причин поведения: внешние стимулы, поступающие из окружающего мира, и внутренние стимулы, или потребности. Это привело его к модификации классической бихевиористской схемы «стимул – реакция». В формулу был включен организм, под которым понимались механизмы нервной системы. Именно потребность запускает активность организма в ситуации. От силы потребности зависит сила реакции, обозначенная Халлом как потенциал реакции.

Значимость подхода Халла заключается в том, что он впервые в рамках бихевиористской парадигмы допускает возможность человека регулировать ситуационные процессы.

Человек, по Халлу, представляет собой саморегулирующийся механизм, поскольку для истинно приспособительного действия необходимы как определенное состояние организма, так и соответствующее воздействие среды. Стоит отметить, что термин «саморегулирующийся механизм» понимался Халлом в поведенческом ключе, как характеристика динамических процессов нервной системы.

В русле бихевиоризма выполнено множество интересных исследований, в частности в рамках теории социального научения. Их сторонники описывали ситуацию и ситуационные факторы в объективных категориях. Однако Б. Скиннер отошел от этой традиции и выдвинул предположение о существовании особого вида поведения, названного им оперантным. Суть оперантного поведения заключается в наличии активных проб, в воздействиях организма на окружающий мир. Некоторые из этих проб могут приводить к полезному результату, который закрепляется. Такие закрепившиеся реакции, которые испускаются организмом, Скиннер и назвал оперантными. Он сделал важный вывод: посредством оперантного обусловливания среда конструирует базисный репертуар поведения, благодаря которому человек сохраняет равновесие. Оперантное подкрепление не только структурирует поведенческий репертуар, оно улучшает продуктивность поведения. Для адаптивного поведения человеку необходимо систематизировать внешние подкрепления в соответствии с обстоятельствами. Устойчивость личности в ситуации понимается как соответствие подкрепляющим обстоятельствам среды.

Другие представители американского бихевиоризма Дж. Миллер, К. Прибрам и Ю. Галантер обратили внимание на роль символических процессов в поведении человека.

Предлагая свое видение взаимодействия внешних факторов и человека, они опирались на два ключевых понятия.

Первое понятие – План, характеризующий всякий иерархически построенный процесс организма, способный контролировать порядок выполнения последовательности операций.

Второе понятие – Образ, представляющий собой все накопленные и организованные знания организма о себе самом и о мире, в котором он существует. План определяет алгоритм поведения, тогда как Образ предоставляет человеку информацию о ситуации, обращаясь к предыдущему опыту. И План, и Образ существуют у человека в виде символов, поэтому поведение человека, по мнению авторов, можно описывать на языке счетно-решающих устройств. Авторы отдавали себе отчет в том, что их представления могут восприниматься как механистическое описание, однако считали свою позицию обоснованной. В этой работе представители бихевиоризма, как и прежде, достаточно упрощенно трактуют поведение человека в ситуации.

Решение бихевиористов игнорировать субъективный опыт человека и сосредоточиться исключительно на объективно наблюдаемых фактах привело к кризису в психологии. Даже у двух опытных наблюдателей-экспертов могло сложиться разное впечатление об одном и том же явлении. Главная проблема заключалась в том, что бихевиоризм оказался не в состоянии ответить на вопрос о причинах различных, иногда противоположных реакций людей на один и тот же стимул.

Иной подход к пониманию ситуации сложился в психоанализе. З. Фрейд указывал на необходимость воздерживаться от объяснения человеческой деятельности сиюминутными требованиями реальности, от апелляции к так называемому здравому смыслу. Он призывал к своего рода подозрительности при интерпретации внешне простых поступков человека. Будучи студентом Венского университета, Фрейд усвоил главный принцип естественнонаучного изучения человека: нет действия без причины. Для Фрейда-ученого справедливы также представления о том, что человек всегда находится в определенной ситуации и сам является ее частью. В своих знаменитых гипнотических экспериментах Фрейд постоянно сталкивался с парадоксом: пациент говорил одно, а двигало им, побуждало к действию нечто иное. Физиология не могла объяснить этот феномен. Психология же того времени учила, что человек способен мыслить и подчинять свои проявления сознанию как прямому знанию о происходящем во внутреннем мире.

Фрейд обратил внимание на два существенных обстоятельства.

С одной стороны, человек может быть настолько увлечен происходящим, что часто не осознает своих подлинных переживаний, не понимает, что ситуация для него значит.

С другой стороны, ситуация может представать перед человеком как искаженная реальность. Это искажение определяется глубинными личностными конфликтами, формирующимися вследствие фрустрированных потребностей или фантастических фиксаций. Потребности человека, существенно влияющие на его отношения с миром, представляют собой определенное количество личностной энергии, направленной на их осуществление. Эта энергия изначально имперсональна и отделена от сознательного Я. Однако Сверх-Я пытается переориентировать энергию в русло, разрешенное или одобряемое конкретной культурой. В результате этого процесса у человека возникают личностные, прижизненно сформированные, видоизмененные инстинктивные импульсы, которые и выступают как потребности.

Динамические особенности взаимодействия человека и ситуации, с позиции Фрейда, заключаются в следующем. Отношения человека и ситуации как внешнего по отношению к нему мира являются биологически детерминированными. Любая биологическая потребность пробуждает восприятие. Организм ищет пути удовлетворения этой потребности. При этом устанавливается направленность на объект, являющийся частью ситуации и вызвавший потребность. Если поведение организма не приводит к удовлетворению потребности, остается неиспользованное количество энергии, что проявляется через напряжение и тревогу. Это напряжение может разрешиться двумя способами: сублимацией или репрессией. При сублимации происходит смена объекта, при репрессии неизрасходованная энергия возвращается обратно в подсознание, в Оно, что приводит к формированию невротических моделей поведения. В психоанализе, так же как и в бихевиоризме, поведение человека в ситуации объясняется с позиций некоторого базового механизма или системы.