Анастасия Дубас – Любовь, песок и правда (страница 8)

– Сколько ему?

– Двадцать пять? Тридцать?

– И он ни разу не был на войне.

– Двадцать. Одна рука у него металлическая.

– Жестянки, они и есть жестянки.

– Не могут принять свою судьбу, всё норовят поиграть в Бога. Может у них и внутри ничего живого не осталось.

– Нелюди.

– Простите Ваши Величества и Высочества, – вмешивается совсем опьяневший солдат, – у принца Эликарда ещё одно требование, он хочет переговоры только с невоюющим членом семьи.

– С кем же он собирается вести переговоры? Сам с собой? Ну удачи ему, – возмущается королева.

– С принцессой Близард, Ваше Величество, – отвечает ей солдат.

– Участвовать в войне – это признак зрелости и ума, – возмущается король, – но тут же спохватывается и обращается к Близард, – извини, дорогая, но это правда, через войну должны пройти все уважающие себя борландцы.

Отцу Близард семьдесят лет, и он считает, что только люди достигшие этого возраста имеют право править страной. «Молодёжь совсем не та. Ни воевать толком не умеют, ни работать по плану», – часто говорит он. Все в семье ему подыгрывают, поддерживая его авторитет.

– Если ты будешь вести переговоры, Близард, ты станешь героиней, – дружелюбно замечает старший брат Листер младший, – даже не вступая на поле боя, тебе удастся проявить себя перед отцом, ты рада?

– Переговоры с врагом – это не героизм, это ловушка, – перебивает его Эрида. – Эликард просто хочет нас унизить, заставив её представлять нашу семью.

– Близард слишком наивна для такой задачи. Эликард просто играет с нами, – протягивает подошедший Фаэр.

– Значит война продолжится? – интересуется Близард.

– В войне всё понятно, девочка моя, враг определён и не скрывает своего лица. А вот заключение мира означает долгие переговоры, манипуляции и шантаж, – комментирует Оргона, – которые, всегда заканчивались новой войной. Кстати, Близард, ты пьёшь с нами? Смотри какая взрослая стала, переговоры с тобой вести хотят.

Близард слушает и замирает. Неужели судьба подкидывает ей шанс проявить себя. Впервые в жизни, ни братья и сёстры, ни родители должны совершить что-то важное, а она сама. Почему принц киборгов выбрал её? Что если он тоже видел её портрет? Близард вспоминает как неохотно позировала художникам. Что если её портрет не понравился Эликарду? Или он решил, что она слишком глупа и слаба, что нужно выбрать именно её? Принцесса рассматривает портрет Эликарда. Принц кажется надменным, но Близард сразу же придумывает, что и она его также встретит с надменным лицом.

– Близард другая, это да, и у неё нет опыта войны, – влезает в спор Мерлида, – Но, возможно, она может добиться успеха там, где мы терпим поражение.

– Может выдадим её замуж? Прервём запрет на смешение рас, сделаем исключение ради заключения мира, – выступает неожиданно Фаэр, – А что, Эрида не может иметь детей, Мерлиду вряд ли возьмёт кто-то с её выводком. Близард как тебе Эликард как мужчина?

Близард чувствует, что стыд прожигает кожу. На долю секунды ей хочется исчезнуть. Пальцы врезаются в ладони, ногти – в кожу. Принцесса вгрызается взглядом в Фаэра и размышляет как же ему ответить.

Королева мать Оргона подходит ближе и вдруг продолжает его мысль:

– Я поздно узнала о беременности, когда Близард была во мне и не принимала траву Чудун из-за этого. Поэтому Близард не приобрела в полной мере внешность ящеров и похожа на древних людей больше всех нас. Эликарду она может понравиться, и эту карту можно разыграть.

Отношения с матерью не были близкими у Близард, но всё же принцесса в своих фантазиях могла надеяться на её защиту. Близард представляла как принесёт голову короля Эрнандии именно своей матери. Заслужить похвалу от отца казалось совсем невозможным, но мать чаще всего отстранённая казалось чего-то ждала. Сейчас же оказывается мать просто готова сторговаться, используя дочь.

– А может, это и есть цель Эликарда, породниться с нами? – подхватывает Фаэр.

Лицо Близард краснеет, ей становилось невероятно душно. Все так невозмутимо перешли к обсуждению войны и ужасных киборгов к желанию отдать им её. Герд покорно сидит рядом с ней, опустив глаза, и лишь иногда поглядывает на принцессу. Видя, как Близард становится плохо, Эрида говорит ей громко, чтобы слышали все остальные:

– Не бойся, сестрёнка, если родители решатся выдать тебя замуж за это ничтожество, ты прирежешь его в первую брачную ночь и вернёшься к нам!

– Ваше Величество, простите, что прерываю размышления о возможной дипломатии, мы считаем, что борландцы должны готовиться к любому исходу, – добавляет один из советников. – Если переговоры не увенчаются успехом, мы должны быть готовы к новой войне.

– Мы всегда готовы к войне, – с усмешкой замечает прежде молчаливый Крэксор, – Даже если и заключим мир, кто нам помешает начать войну снова?

Близард ищет глазами профессора Угундия, но его давно уже нет в зале. Принцесса не выдерживает и уходит, оставшись незамеченной. Три поворота направо, мимо лимонных деревьев и вниз по лестнице по знакомой дороге она прибегает снова к профессору Угундию.

Подарок Угундия

Руки принцессы неестественно распахнуты в стороны. Экзоскелет не позволяет их опустить. Хвост Близард нервно дергается, стуча по полу. Профессор в это время поправляет крепления, чтобы подогнать конструкцию под худое тело принцессы.

– При всё уважении к Вашей семье, принцесса, напомню, что Вы королевская особа. Такие, как Вы, всегда торгуют своими детьми ради политической выгоды. Только в этот раз продают Вас. Это неприятно, понимаю.

– Не помню предмета, на котором мы это проходили, профессор. Получается у меня прав меньше чем у сапожника.

Угундий подключает коробочку с кристаллами и спрашивает принцессу:

– У каждого положения свои преимущества. Теперь попробуйте подвигаться, Ваше Высочество.

– Странно, – ответила Близард, пробуя опустить руку.

Металлический корпус откликается мгновенно, усиливая её движение.

– Словно я одновременно сильнее и тяжелее.

Принцесса делает пару шагов вперёд и резко поворачивается к профессору, снося рукой стопку книг.

– Осторожней, пожалуйста, принцесса. Снимайте костюм, а то разнесёте мне лабораторию.

– Но я не виновата. Вы бы прибрались здесь. Может попробуем экзоскелет наверху? А что если я выйду встречать Эликарда в этом? Вот он испугается.

– Вот ещё, принцесса. Я дал Вам его примерить, потому что мне неудобно его было подключать. Это мой костюм, я старый, мне ходить скоро будет сложно, а Вы молодая, побегаете ещё сами.

– Разве он нужен не для войны?

– Вас вообще кроме войны что-то интересует? Мне старику ходить тяжело, на лошади ездить сложно. Думал пойду в нём в Ветролесье. У меня там рассада осталась.

– Жаль, я думала, что это подарок мне.

– Подарок? Да, у меня есть подарок для Вас, принцесса. Сейчас, подождите.

Покопавшись в ящике, Угундий достаёт маленькую прозрачную амфору на золотой цепочке. Специально огранённый изумруд закрывает стеклянный сосуд, внутри которого лежит зелёный песок.

– С Днём Рождения, Ваше Высочество, – говорит Угундий, кланяясь.

– Как мило, профессор, спасибо! Я буду это носить на шее. Только придётся прятать, он же запрещен.

– Это удивительный природный материал. Я знаю, что в детстве Вы часто брали его у меня без спроса и держали горстку в кармане платья. Почему Вы думаете, его запрещают использовать как и Борландии, так и в Эрнандии?

– Песок показывает правду, которую люди скрывают. Стражи его используют, чтобы проникнуть в наши мысли. Песка все боятся, а я нет.

– Чушь для верующих, но Вы им этого не говорите. А почему Вы не боитесь, принцесса?

– Нет ничего такого в моих мыслях, что следовало бы скрывать от других.

– О, это Вы ещё слишком молоды, принцесса. Когда больше начнёте понимать, сразу захотите скрывать свои мысли.

Близард любуется песком, который переливался различными цветами. Потом она смотрит на неуклюжего Угундия, собирающего книги с пола и начинает ему помогать. Для Близард Угундий древний, как сама Борландия, и столь же мудрый. Лаборатория для него весь мир. Здесь Угундий творит. И хоть большинство его открытий оказываются неудачными, заслуги высоки. Часто он повторяет, что спешка – враг открытий, и требуется время, чтобы материя раскрыла своё истинное предназначение. Профессор встаёт и смотрит на свой подарок, который уже висит на шее принцессы.

– Послушайте, Ваше Высочество. Когда Вы вбежали ко мне и рассказывали, что Вас планируют сосватать Эликарду, я видел, что песок был красным, а сейчас он розовый. Вот это по-настоящему интересно. Если бы люди научились понимать, связывать такие вещи, мне кажется, людям было бы не до войн.

Они оба пристально смотрят на амфору пока песок снова не становится бесцветным.

– Прозвучит безумно, Близард, но Вы послушайте. Мне всегда нравилось, что песок рядом с Вами часто становился розовым. Цвет редкий, и ни с кем другим мне не удавалось его получить. Я думал, что это Ваша особенность, Ваше воздействие на материал. Я решил добавлять его, когда варю траву Чудун для беременных и к лекарственным снадобьям, чтобы посмотреть, какую трансформацию он запустит.

– А что если всё не так, профессор. Тётушки мне твердили, что наши внутренние переживания, всё что мы думаем о себе и о других должно быть в тайне. О таком не разговаривают благопристойные люди. Что если песок правды помогает узнать не то, что думают люди, а что они чувствуют? Давайте попробуем, подумайте сейчас о чём-нибудь.