Анастасия Дракула – Ведьмины истории. Рассказы с моралью (страница 1)

Анастасия Дракула

Ведьмины истории. Рассказы с моралью

Рассказ первый. «Кровь, которую не выжечь.»

Жил-был один король. Его корона сияла тяжестью власти, а сердце страхом. Он боялся магии, потому что не понимал её. В его глазах магия была угрозой порядку, таинством, что ускользает от контроля. Он видел в ней хаос, опасность, пламя, что может сжечь трон, если не затушить вовремя.

Когда королю сообщили, что его юная дочь родилась с отметиной в виде полумесяца на ключице, как у древних магических родов, он встревожился. В детстве она играла с ветром, и ветер отзывался. Она рисовала на стенах символы, которые никогда не учила. Она задавала слишком много вопросов про сны, звёзды и «почему у людей в глазах иногда видно прошлое».

Король испугался. И из страха издал указ: «все книги по магии сжечь, всех ведьм изгнать, а кто ослушается, того ждет плахa. Магии не будет в этом королевстве,» – сказал он. «Даже в крови моей дочери не будет.»

Девочка росла, и вместе с ней росло её любопытство. Запреты, как дождь на камень, только точили её интерес. Она чувствовала магию, как другие чувствуют голод: тихо, но постоянно. Она видела вещи, которые другие не замечали. И всё чаще, глядя в глаза отцу, спрашивала:

– А почему я знаю то, чему меня не учили?

– Потому что в тебе заблуждение, – отвечал он, – и я вылечу его.

Он призвал учёных, алхимиков, аптекарей и даже чародеев втайне от народа, чтобы те нашли лекарство от магии.

Им приказали создать эликсир, что очищает кровь от тайных знаний.

Ему не нужна была ведьма в семье. Ему нужна была наследница, послушная и простая.

Девочке давали отвары, капали зелья на язык, читали заклинания-обратители, сжигали её куклы и книги, заставляли молиться. Но каждый раз, когда ночь становилась особенно тёмной, и все засыпали, в ней просыпалось то, что не могло быть уничтожено.

Она начинала видеть сны. Во снах к ней приходили женщины в одеждах из дыма, с глазами, в которых отражались тысячелетия. Они пели, учили, указывали путь. Однажды одна из них древняя прародительница, как она поняла, сказала ей: «Магия – это не то, что можно дать или отнять. Это то, чем ты являешься. И если тебя от неё отделяют, то ты сама найдёшь путь назад».

И она нашла. Она стала слушать тишину. Училась у звёзд, у луж, у кошек, у собственной тени.

Она плела травы, и те начинали светиться. Она шептала, и боль уходила. Она тронула руку отца, и он впервые увидел сон, который не контролировал. И в том сне он увидел свою мать, которая была ведьмой, и его сердце впервые дрогнуло.

Король не смог уничтожить магию. Потому, что магия – это не книга, не слово, не ритуал. Это дыхание, которое не остановишь.

Он увидел, что дочь стала сильной. Не злой, не опасной, а цельной. И впервые он понял: он боролся не с тьмой, а со своей тенью.

Он опустился на колени перед дочерью, как человек перед истиной. Она коснулась его лба и сказала:

– Я прощаю тебе твой страх. Он научил меня быть стойкой. Но я не отдам тебе свою природу. Я дочь ведьм. Я – живая магия.

Вывод для ведьмы:

Истинная сила не нуждается в разрешении. Она не подчиняется приказам и не гаснет в изгнании. Её не выжечь, не вытравить, не отговорить. Её можно только принять. И тогда она становится не оружием, а исцелением.

Вывод для отца:

Контроль не сильнее любви. А страх перед тем, чего ты не понимаешь, делает тебя не правителем, а пленником. Истинная власть – в принятии разного. В том числе и магии.

Рассказ второй. «Огонь, что сжигает изнутри»

Жила одна ведьма. Имя её было Луна, но в деревне её звали просто Лу. Родилась она в ночи без звёзд, и уже тогда повитуха прошептала: «В этой девочке будет сила, но за силу придётся платить».

Детство Лу было непростым. Её мать – из изгнанного рода травниц умерла рано. Отец отвернулся, а соседи сторонились. Её не звали играть, отводили взгляды, когда она проходила мимо. Учителя говорили, что у неё тяжёлый характер, но никто не спрашивал, что у неё внутри.

А внутри жила обида. Она копилась, как холодная вода в глиняной чаше: капля за каплей, день за днём. Каждый взгляд со страхом. Каждое слово «чужая». Каждый шёпот за спиной. Она хранила это в себе. Не показывала. Но всё запоминала.

Когда Лу впервые почувствовала магию, она не испугалась – она обрадовалась. Потому что сила наконец пришла к ней. Не к тем, кто был красив, любим и понятен, а к той, кого забывали.

Огонь в ладонях. Слова, что согревают или режут. Способность видеть в людях то, что они скрывают. Это была не просто магия. Это была месть.

Она начала с малого. В одном доме сгнила еда. В другом – засохли цветы. На базаре сломались весы. Женщине, что назвала её дурным семенем, начали сниться кошмары. И Лу чувствовала облегчение.

«Теперь они почувствуют», – шептала она себе. – «Теперь они поймут, каково это – быть беспомощной».

С каждым новым проклятием она становилась всё более могущественной. Но внутри… не становилось легче. Удовлетворение было мимолётным, как дым. А за ним приходила пустота. Даже сильнее, чем раньше.

Однажды ночью, когда она наливала воск в фигурку для заклятия, у неё задрожали руки. Что-то в ней треснуло. Она посмотрела на своё отражение – и не узнала себя.

В её глазах не было света. Только злость, уставшая злость. Та, что ест изнутри.

В ту ночь к ней пришла старая ведьма. Не призванная, нет. Та, что приходит, когда за зовом нет слов, но есть боль.

– Что ты творишь, дитя? – спросила она.

– Они заслужили, – ответила Лу. – Они не любили меня. Не принимали. Пусть теперь знают.

Старая ведьма долго молчала. Потом села напротив и зажгла свечу.

– Огонь – сильная магия, – сказала она. – Но если направишь его не наружу, а внутрь… ты превратишься в пепел.

– А если мне больно? – прошептала Лу. – Что тогда?

– Тогда ты лечишь. Не их – себя. Ты не обязана прощать. Но обязана выбрать: ты хочешь продолжать жить в ране? Или хочешь стать той, кем была рождена – проводницей силы, а не её рабыней?

Лу молчала. Слёзы бежали по её щекам, в которые давно не касалась доброта. Впервые она поняла: её сила – не о том, чтобы наказывать. А о том, чтобы не позволить боли разрушить её до основания.

С тех пор Лу больше не творила зла. Но и не стала мягкой. Она осталась собой – прямой, сильной, острой. Но её магия стала другой. Она стала – мудрой.

Она не забыла. Но научилась не ожесточаться. Она открыла лавку. Стала лечить. Но тех, кто однажды её отверг, принимала молча – и спокойно. И никто из них уже не смел произносить «дурное семя».

Вывод для ведьмы:

Обида – это память о боли. Но если питать её магией, она становится отравой, которая разъедает тебя изнутри. Сила ведьмы не в мести, а в умении не дать боли диктовать свою судьбу.

Вывод для мира:

Каждая отвергнутая душа – это костёр, который либо согреет, либо сожжёт. И то, каким он станет, зависит не только от неё… но и от того, как к ней отнеслись.

Рассказ третий. «Возврат за порог»

Жила одна ведьма по имени Элисса. Она была мудрой и спокойной, но внутри неё хранился огонь справедливости. Она всегда старалась быть честной и доброй, помогала тем, кто в ней нуждался, но была тверда в защите своих границ. Однако, как и в жизни любого человека, её терпение было испытано.

В один тёмный вечер, когда Элисса собиралась отдыхать после долгого дня, её сосед, по имени Аристос, в очередной раз подошел к её дому. Он был богат, самодоволен и не особо заботился о других. В этот день он решил подмести свой двор и, собрав весь мусор, просто выбросил его под её забор, с гордостью покинув её территорию, считая, что её дом – это «помойка» для его отходов.

Элисса, заметив это, не почувствовала гнева, но её сердце наполнилось решимостью. Она не намеревалась оставаться безучастной. Мусор под её порогом был символом неуважения. Она не собиралась терпеть такие действия. Это не было местью, а восстановлением справедливости. И она знала, что если бы оставила это так, то послала бы миру сигнал, что с ней можно обращаться, как угодно.

Она взяла метлу и, не спеша, собрала весь мусор, который подбросил ей Аристос. Затем она направилась к его двери. В её руках была полная корзина с мусором – символ того, что он оставил у её дома. Подойдя к его дверям, Элисса тихо поставила корзину у порога и с тем же спокойствием вернулась домой.

На следующий день Аристос вышел на утреннюю прогулку и заметил, что перед его дверью стоит та же корзина с тем же мусором, который он подбросил Элиссе. Он ошарашенно стоял на месте, глядя на это. Он понял, что его действия не остались незамеченными. Но что было более важным – он почувствовал не только неловкость, но и осознание того, что он сам подмёл себе под ноги, а не чужим людям.

Элисса не требовала от него извинений, не стремилась заставить его страдать. Она просто вернула то, что ей не принадлежало. Её сила не в том, чтобы мстить, а в том, чтобы дать понять: «Не думай, что ты можешь поступать с другими, как хочешь, не получив в ответ того, что ты послал».

Аристос, хотя и был горд, начал понимать важный урок. Он осознал, что за каждое действие есть ответ. И тот, кто послал зло, обязательно получит его обратно, потому что у всего есть своя мера.

С тех пор он больше не подбрасывал мусор под чужие заборы, потому что понял: поступая так, он не уважает не только других, но и себя.