Анастасия Деева – Реалити «Фаворитка» (страница 3)

Именно с этими синелицыми обезьянами и путали Челгаана. Это злило, но бороться с предрассудками невозможно. Человечество этой планеты, забывшее о космических корнях, жило на стадии перехода от рабовладельческого строя к монархическому феодализму. Местное население понятия не имело, что помимо их мира в Галактике существует какая-то другая жизнь.

Настоящее имя хозяина планеты было Чел-г`анн. Так как местном диалекте это выговаривалось с трудом, он давно уже привык, что его звали Челгааном, с протяжной последней «а». У алданаанцев такое сдваивание гласной в последнем слоге подчеркивало древность рода, восходившего к первым поселенцам, которых давно причислили к лику богов. При этом вряд ли хоть кто-то из жителей планеты считал его аристократом хотя бы в одном колене.

Сиадара Хелиин туда же. Он почти физически ощущал её робость и страх, но в ней чувствовалось глубоко укоренившееся презрение к нему за низкий рост и цвет кожи.

– У меня – тепло, можешь снять своё… оперенье.

Челгаан коснулся кистью плеча, словно бы показывая, что от плаща гостья может избавиться. Он провёл рукой по сенсорной поверхности подлокотника и вызвал дроида. После подумал, и добавил подсветки на фигуру гостьи. Челгаан считал себя эстетом, и ему хотелось, чтобы всё было максимально красиво и эффектно.

Приём происходил в кабинете. Помещение было небольшое, но выглядело внушительным, почти громадным из-за того, что он заменил графику потолка на звездное небо с двумя лунами Алданаана. Изображение было снято из космоса, поэтому и звезд было больше, и сами спутники планеты выглядели ярче и внушительнее. Гостья, за пределами «замка» видевшая лишь затянутое облаками небо, похоже, испытывала некоторый трепет, так как периодически бросала удивлённые взгляды на потолок. Наверное, задавалась вопросом: как колдуну удалось так быстро изменить погоду?

Челгаан мысленно похвалил себя за решение. Он мог выбрать любой виртуальный облик помещения, но понимал, что надо показывать что-то привычное для мировоззрения жительницы Алданаана. «Развеять облака» в один клик было самым простым визуальным эффектом.

Похоже, Хейлиин стало немного не по себе, когда стеклопластиковый человекоподобный дроид подкатил к ней и почтительно замер, готовясь принять плащ. Безликое, белое существо, выполнявшее функцию лакея, имело тело, похожее на очертания человека. Его псевдо-кожа, ровная, гладкая, как поверхность мебели, не имела ни изъянов, ни заломов.

Хейлиин не понимала, что за жуткая тварь к ней приблизилась. Где у него лицо, нос и глаза? В нежно-лиловых глазах сиадары мелькнул страх. Она на шаг отступила от дроида и плотнее закуталась в плащ.

Челгаан, заметив, что аппетитная ямочка скрылась в перьях, снова усмехнулся и одним движением пальца прибавил температуру воздуха в помещении. Ему хотелось, чтобы красавица сняла свои дурацкие перья, обилие которых в нарядах местных феодалов считалось признаком высокого статуса. Сам он подключил внутреннее кондиционирование комбинезона, чтобы не испытывать дискомфорта.

– Так зачем ты пришла, влиятельная Хейлиин, сиадара Аве-Ада-Ара? – спросил он, стараясь придать своему голосу чуть больше таинственности. – Погоди, не отвечай. Ты пришла, потому что царь Эдгаар выгнал тебя из своей спальни в преддверии свадьбы с юной Мариин? Твой сиадарат, ради которого ты спала с убийцей мужа столько лет, становится подарком юной невесте? Кажется, твой сын теперь останется ни с чем?

Щеки Хейлиин полыхнули румянцем, благородная спесь слетела с лица. Челгаан почувствовал легкое удовольствие, поняв, что задел красавицу за живое.

– Это… неправда… Я не… – сиадара была в замешательстве.

Откуда колдун узнал то, что царь сообщил ей пару ночей назад? Кто успел донести?

Она невольно подалась вперёд. Полы перьевого плаща распахнулись, и к удовольствию Челгаана великолепное декольте сверкнуло в прорези.

– Царь выдаёт тебя замуж, – ехидно улыбнулся Челгаан.

Челгаан заставил нажатием кнопки на сенсорном браслете опустится с потолка огромный экран Сферы Алданаана.

Это было устройство, способное моделировать трехмерное виртуальное изображение с любой из камер наблюдения, которые были установлены по единственному континенту планеты. Внутрь виртуального пространства сферы можно было даже войти для незримого присутствия в месте, откуда велась трансляция. При желании можно было из Сферы послать собственную проекцию в любую точку где размещалась соответствующая аппаратура.

Сфера зависла между Челгааном и Хейлиин, чуть выше их голов.

– Будущий жених – Дуэзде́е, сиадар Дол-А-Туэна, кажется, очень родовит… Дол-А-Туэн, правда, совсем далеко от столицы… Самое место для опальной любовницы. Как можно дальше от двора, в объятия беззубого, старого мужа… Ходят слухи, что он – любитель извращений…

На экране Сферы Алданаан появился сиадар Дэуздее – высокий, сутулый старик без штанов. Перед ним к столбу была привязана молодая обнаженная девушка с кровавыми подтеками на теле. Это было настолько натуралистично и омерзительно, что Хейлиин резко отвернулась. Она никогда не видела трехмерных проекций, поэтому испытывала потрясение.

– Что это?

– Твоё будущее, – цинично ответил Челгаан.

Гостья перевела на него полный ужаса взгляд. Это что, предсказание?

Слухи о сиадаре Дуэздее ползли не самые добрые, но многие говорили, что это – всего лишь сплетни зложелателей. Оказывается, в реальности всё хуже.

– Эдгаар занимал у Дуэздее денег на войну против твоего мужа… Казна, как обычно, пуста, и долги до сих пор не отданы. Старичку, деньги, быть может и не так нужны, но оседлать самую красивую женщину царского двора он не прочь. Кажется, кто-то когда-то чуть не лишил его кинжалом мужского достоинства? Он не забыл… Будет шанс отыграться…

Хейлиин была в ужасе. Откуда колдун знает, как она отбивалась от Дуэздее? В то время она как раз постигала искусство метания ножей. Будь у неё чуть больше опыта, напавший на неё сиадар тогда точно бы раз и навсегда забыл о том, что его интересуют женщины. Но в тот день она бездарно промазала, пусть ей и удалось сбежать.

Она тряхнула головой, глаза сверкнули гневом:

– Не забывайся, колдун!

Дело было не в том, что он сказал. Задрать ей юбки мечтал каждый при дворе, и Хейлиин это знала. Но какое право имел синелицый сын примата говорить с ней таким тоном?

Ей было жарко. Температура в помещении росла. Сиадара расстегнула застежки плаща, и откинула полы чуть сильнее. Плащ не удержался, свалился с одного плеча, открыв взору Челгаана обнаженную руку. На фоне двух лун Алданаана кожа красавицы почти светилась призрачным светом, и эстетичность момента была на высоте.

– Царь женится на молоденькой. Старик, которому тебя сватают, обязательно отыграется за прошлое, – Челгаан взглянул на декольте Хейлиин и невольно сжал кисть, словно бы пытаясь незримо обхватить пальцами великолепную пышную грудь.

Хейлиин этого даже не заметила. Ей внезапно стало жарко. Высокая грудь в разрезе платья тяжело и соблазнительно поднималась. Челгаан наслаждался бурей эмоций на лице царской фаворитки. Это в ней было самым прекрасным, так как у сиадары Хейлиин был очень подвижный, нервический тип лица. Она жила каждой жилкой, глазами, уголками губ. На её реакции можно было смотреть бесконечно. Возможно, именно поэтому Челгаан был до фанатизма увлечён этой женщиной.

Сиадара была не единственной наложницей в спальне царя. Только по сравнению с ней остальные придворные дамы и служанки были «пустышками», настоящими куклами. Смотреть, как Эдгаар задирает им юбки, было интересно только в первые разы. Дальше быстро надоедало.

«Какие же они нудные и деревянные! Эй вы, расслабьтесь хоть немного! Где страсть, где стоны, дуры бездарные?» – порой думал он.

Только повлиять на положение дел не мог. Религиозная мораль диктовала женщине полную покорность и отсутствие инициативности. Челгаан был еще не настолько силен, чтобы изменить религиозные догматы планеты.

Что касается Хейлиин, за ней можно было наблюдать круглые сутки. Она была не только изобретательна в постели, но и умна. Честно говоря, не очень хорошо разбираясь в местной политике и интригах двора, о многом происходящем во дворце Челгаан судил по мнению этой женщины. Та часто выслушивала Эдгаара, и выносила умные суждения.

В какой-то мере Челгаан был в даже влюблён в Хейлиин, но это не было реальным отношением к конкретной женщине. Так фанатично обожают звезд, обладающих удивительной, магнетической харизмой.

– Ты же пришла ко мне, как к колдуну, не так ли? – Челгаан перевёл взгляд с её груди на лиловые глаза. – Что ты хочешь? Избавиться от мужа после свадьбы? Завести молодого, крепкого любовника или даже нескольких?

Ему казалось, что сиадара едва держится на ногах. Только врождённая гордость не позволяла ей рухнуть на колени перед его «могущественным ясновидением».

– Вы всё знаете, – она склонила голову. – Я преклоняюсь перед вашими обширными знаниями.

Челгаана возбуждал её страх и ощущение власти. Сколько же он ждал этого момента. Хейлиин начинала верить в то, что он – великий колдун.… Он сам начинал верить, что является всемогущим. То, что речь идет лишь об устаревших технологиях, предпочитал не задумываться.

– Мне хотелось верить, что король Эдгаар вернёт мне мой сиадарат, ведь я его… любила, была верна ему все эти годы. Более преданной подданной у него не было…