Анастасия Бран – Факультет Драконологии, или Любовь в наследство (страница 30)

Стены, отделанные натуральным камнем, были отшлифованы настолько искусно, что даже при искусственном освещении, от них отражался свет, создавая на таком же отполированном полу, потрясающую игру света.

Пока я медленно спускалась, пару раз чуть не упала со ступенек, потому что больше смотрела по сторонам, чем под ноги.

Оказавшись на последней ступеньке, невольно замерла около огромного портрета, на котором была изображена семья… мужчина, с белоснежными волосами до плеч, стоял около кресла, положив руки на плечи красивой женщине, с элегантной причёской и в невероятно красивом старинном платье. Около них, прямо на полу, сидел мальчонка, лет пяти, который увлечённо играл в какие-то кубики, совершенно не обращая внимание на всеобщее занятие. Позирование его совершенно не интересовало, но художник, всё-таки умудрился изобразить шалопая.

Женщина на портрете была просто обворожительна, а её тёплая улыбка, словно согревала через изображение, окутывая тебя каким-то уютным ощущением. Я не могла объяснить свои ощущения, но, казалось, словно я уже была здесь когда-то. Словно это место, можно было назвать домом…

Встряхнув головой, я сбросила наваждение и растерянно посмотрела на Фиру. Выражение её лица было испуганным, но заинтересованным. Проследив за её взглядом, я опустила глаза на свои руки, с удивлением обнаружив тьму, клубящуюся вокруг меня. Она не ранила, не уничтожала ничего вокруг. Она просто… Была.

Глубоко вздохнув, я потянула её обратно, и она послушно впиталась в кожу, слегка щекоча и вызывая толпу мурашек.

— Куда дальше? — спросила я как ни в чём не бывало.

Фира указала рукой на двери справа от картины, так и не произнеся мне больше ни слова. Я зашагала в указанном направлении и едва коснулась ручки, как створки беззвучно распахнулись, являя мне очередное произведение искусства местных дизайнеров.

Столовая также была выполнена в приблизительно том же стиле, что и холл, только здесь не было огромного окна, как и любого другого, впрочем. Вместо этого по периметру всё было уставлено вазонами с цветами и скульптурами из белого камня, изображающими разных эльфов. Если проследить от начала и до конца за каждой, то можно было бы написать неплохую биографию одного конкретного персонажа от рождения и до смерти. Такой занятной инсталляции мне никогда не приходилось видеть.

От внимательного рассматривания меня отвлёк звон разбитого стекла и скрежет отодвигаемого стула. Повернув голову, я столкнулась взглядом с той леди, с портрета, которая рассматривала меня, прижав одну руку к груди, а другой прикрыв рот.

— Д-добрый вечер. — Произнесла я, находясь в замешательстве.

— Наиль… Она же… — Женщина глубоко вздохнула, выпрямилась и стремительно направилась ко мне, громко цокая каблучками.

Прекрасное тёмно-коричневое платье в пол с закрытым декольте было отделано чёрным кружевом и мелкой вышивкой по юбке, мягко обволакивало её фигуру и делало женщину похожей скорее на молодую девушку, чем на взрослую женщину.

Подойдя ко мне, она остановилась настолько близко, что я могла рассмотреть её кристально голубые глаза.

— Мама, не пугай её, прошу тебя. Девочка многое пережила, дай ей просто выдохнуть. — Устало произнёс уже знакомый мне голос, а женщина, словно нехотя, оторвала от меня взгляд и повернулась на лира Афье.

— Ты знал⁇! — чуть ли не срываясь на крик, сказала она.

— Нет. — Поступил твёрдый ответ, который совершенно не устроил лиру.

— Ты не мог не знать!

— Мама! — слегка повысил голос он, мгновенно взяв себя в руки. — Присядьте обе, пожалуйста. — Добавил он уже мягче.

Ослушаться было уже как-то не очень хорошо, хотя у меня жутко чесался язык что-то ляпнуть. Ну не привыкла я к такому приказному тону. Исключительно благодаря тому, что лир Афье спас меня из лап тёмного эльфа, я прикусила свой пресловутый язык и приземлилась на предложенный слугой стул, по левую руку от лира Афье. Его же матушка приземлилась по правую руку, аккурат напротив меня, не сводя с меня взгляд.

До меня внезапно дошло, что не было в её поведении ничего враждебного, скорее сильный интерес и жгучее желание задать миллион вопросов. Они словно снежный ком, нависли над моей головой, рискуя с минуты на минуту, свалиться на меня сугробом.

— Для начала мы все поужинаем. Все разговоры потом. Это ясно?

Мы синхронно кивнули и принялись за ужин. В моей жизни не было более неловкого приёма пищи, чем сейчас. Каждый кусочек, который я доносила до своего рта, провожали взглядами. Чьими, не могла определить, просто потому, что весь ужин смотрела прямо в тарелку, напрочь игнорируя моих новоиспечённых родственников.

Когда же подали чай с пирожными, а я смогла посмотреть на окружающих, градус накала уже был снижен и я перестала чувствовать себя, словно под лупой.

— София, — начал лир Афье, — ты готова поговорить?

— О чём, лир Афье? — уточнила я, стараясь не нервничать, хотя поджилки тряслись, словно на экзамене.

— Надо же с чего-то начать… — Замялся он, но потом продолжил. — Твоя бабушка… Кхм. Виктория… Мы были вместе, когда она училась в Дестини.

— Спасибо, это я уже поняла. — Перебила я его, не желая говорить о бабушке.

— София, даже если тебе не нравится эта тема, нам необходимо всё обсудить. — Твёрдо произнёс лир Афье, видимо, устал ходить вокруг да около. — Да, мы были в отношениях. Да, дальше обстоятельства сыграли против нас, и она ушла. Если бы я знал, что она была беременна, я никогда не отпустил бы её никуда!

В сердцах он поднялся со стула и отошёл в сторону к камину, который я не заметила, когда вошла в столовую. В нём весело потрескивали дрова, отапливая помещение и придавая этому ужину ещё больше семейности. Хотя, куда ещё больше… Вот уже и ссоримся.

— Я любил её больше жизни, София. Не представлял своё будущее без неё… Только вот вышло то, что вышло.

— Да что случилось-то??? — не выдержала я, и с громким стуком поставила чашку на стол, которую сжимала в руках, до побелевших костяшек. — Расскажите мне уже, а!

— София, — тихо произнесла лира Афье, — ты уверена, что хочешь услышать историю измены своей бабушки?

Глава 29

— МАМА!! — повысил голос лир Афье и резко развернулся к нам. — не было никакой измены. И мы это уже обсуждали.

— Ага, конечно. — Фыркнула лира Афье и откинулась на спинку стула, поджав губы и скрестив руки на груди. — Только факт остаётся фактом.

— Мама, я попрошу тебя покинуть столовую.

— Но я имею права…

— Мама, оставь нас!

У женщины, на мгновение, лицо покрылось красными пятнами. Бьюсь об заклад, что она многое могла бы сейчас высказать своему сыну, но с учётом магии, клубящейся у его сжатых кулаков, она не рискнула. Грациозно поднявшись и выпрямив спину так, будто проглотила металлический штырь, она поплыла на выход, словно специально не стараясь быть побыстрее.

Пять минут её дефиле создало в комнате неловкую обстановку, хотя, куда ещё более, чем сейчас?

— София… — начал Наиль, присаживаясь напротив меня, аккурат на место, где сидела его матушка. — Ты уверена, что хочешь услышать всю историю?

— Да. — Твёрдо произнесла я, желая уже поскорее поставить точку в этой теме.

— Тогда слушай. — Устало сказал он. — Виктория была просто потрясающей. Она свалилась на меня словно снег на голову. Я никогда не думал, что смогу найти общий язык с этой девчонкой. — На лице лира появилась тёплая улыбка и он на мгновение окунулся в воспоминания. — Она пришла в Дестини так же, как и ты. Попала на факультет артефакторики, где практически сразу очаровала всех парней. Нет, никому она, конечно, благосклонностью не отвечала. Скорее была, как ёжик. Со мной, по классике жанра, отношения у неё не сложились. Мы всё время цепляли друг друга, но нас тянуло друг к другу, словно магнитом.

Помню, как впервые увидел её. Красивая девушка, с самым серьёзным выражением лица, которое я когда-либо видел. Она мгновенно привлекла моё внимание, но когда я рискнул подойти, она меня отшила.

Так, сильно меня никогда не оскорбляли. Ну и пошло-поехало. Взаимным пикировкам не было конца. Мы словно отрывались за всю жизнь. Не было ни дня, чтобы я не задел её, а она меня. Я нападал, а она защищалась, а потом наоборот.

Всё изменилось в один миг. Она поссорилась с преподавателем по физической подготовке и убежала с занятия. В тот день её никто не видел на занятиях, а потом, когда мы с друзьями поехали в город, в таверну, я увидел её…

Твоя бабушка сидела за барной стойкой и ни с кем не разговаривала, печально потягивая коктейль. Мы повели себя, как идиоты. Парни прицепились к ней, начали подшучивать, а она стоически терпела. Даже попыталась пару раз уйти, но куда там…

Потом её сорвало. Всплеск силы был такой силы, что было совершенно непонятно, как устояла таверна. После произошедшего, я не мог оставить её там. Попросил ребят прибраться, а сам забрал её в академию, где мы вместе с лекарем дежурили у её кровати несколько дней. Она практически выгорела. Обилие тренировок, хроническая усталость, нервный стресс и одиночество добили её. Срыв повредил магические каналы, и она могла потерять вовсе свою магию.

Всё изменилось на третью ночь. Я не мог понять, почему меня так тянет к ней, не мог определить, что меня привлекает. А потом, уснув около неё на стуле, я почувствовал некую магию, которая обжигала меня изнутри. Проснуться так и не удалось, а наутро я обнаружил это. — Наиль расстегнул манжету рубашки и продемонстрировал мне узор. Нечто подобное украшало и мою руку. Истинность. — Мы не понимали, что происходит. Не понимали, что с этим делать. Но и оторваться друг от друга больше не смогли.