Анастасия Борзенко – Зеро. 40. Антиутопия (страница 2)

На ней нет кнопок, но она отлично знает команды по моему режиму и предупреждает о начале важных этапов распорядка моего гребаного дня, сама я ей ничего сказать не могу, оно слушает только Совет и прислуживает ему и следит, чтобы я не тратила свое время зря.

Время есть только на Совет и его чертову миссию по Очищению населения и развитие новой Цивилизации.

Совета «Очищение 40» не касается, все его члены – неприкосновенны. Я не отношусь к Совету, и в этом вся безнадежность моего положения. Это будут жуткие 24 часа моей жизни. Хотя, не уверена, что то, во что она превратилась за последние 20 лет, можно назвать жизнью.

Надебошириться бы как следует и снять этот чертов стресс, но слова «дебоширить» больше не существует, выпивку достать негде, магазинов же нет. Правда, до сих пор есть те, кто пользуется «запретными местами», и берет на них выпивку и наркотики и нарушает покой и порядок. Лучше не знать, что с ними за это делают. Но ходят слухи, что им приходится совсем не сладко.

Уже ни для кого не секрет, что лишение части мозга и без наркоза не приносит боли, это и не было никогда большим секретом. Удаляют лобную часть и оставляют человека без воли и эмоций, вот что касается памяти, так и остается черной дырой в «разумных» объяснениях Совета. Я уверена, что память продолжает жить. Только нет возможности как-то выразить свое отношение к воспоминаниям, все равно, что тебя привязали к столбу и заставили слушать как капли воды стекают на железо. Или стеклом водят по стеклу. Ужасно, ужасно…

Совет говорит, что человек ничего не помнит, и что он не мучается, и все слушают и не спорят. Не то, чтобы все безропотно подчинились, вовсе нет! Революций никто не устраивает и не протестует над новым режимом, потому что никто не знает как жить без Совета. Совет дал людям все необходимое – еду, воду, одежду, он дал им возможность жить и все, что Совет исследовал и разработал очень ценно. Без всего этого все умрут от голода сразу же после революции, никто не знает, как выживать среди искусственно созданной среды.

Нельзя убежать в лес и спрятаться, потому что лесов больше нет. Нельзя укрыться в полях, потому что пшеницу и кукурузу больше не выращивают, острова? Островов тоже нет, земли нет. Вода и асфальт. Везде этот черный асфальт. Разве что улететь на Марс или Венеру, только вот как, если ты все время под наблюдением. Да и что там на них, неизвестно, нам не рассказывают. В пищу и одежду употребляется только синтезированные вещества из природных материалов, вода в молекулах, что касается выделений по природной нужде, в этом помогают искусственные помощники со своими гребаными Сферами.

Единственное, что известно наверняка – те, кто скоро отметит дату 40 и был занят при Совете важными разработками, послужившими на благо развития Новой цивилизации, получают право жить дальше, своего рода вытягивают «счастливый билет» – их отвозят в какое-то место, поговаривают, что как раз на Марс. Своего рода Дом для престарелых, куда ссылаются те, на кого нет времени, но кто был очень важен… Ян, наверное, спит и видит этот Марс со своими генами веры, Богослов чертов, Иуда чертов. По сути, только это не изменилось с моей прошлой жизни, старики все также никому не нужны.

Всем остальным остается проживать время так, как позволяют его проживать… Самое интересное, что новое поколение совсем не думает, насколько это тяжело, они родились во всем этом и для них это и есть жизнь.

В нашем обществе нельзя пить алкоголь и курить, принимать наркотики. Потому что это расслабляет и отнимает время, это я уже говорила, но есть одна официальная «радость».

Травку дозированно выдают всем, достигшим 12 лет, по мнению Совета это тот возраст, когда подросток находится в самом уязвимом состоянии и может направить все свои врожденные навыки «не на то», а травка помогает не переживать привычный для людей до последней глобальной экологической катастрофы «переходный возраст». Чистая травка, без всяких примесей, и курят ее в Сферах, чтобы не загрязнять воздух… Сфера, эта чертова Сфера.

Больше не существует «переходного возраста», на него просто нет времени, как и нет времени на остальные возрастные кризисы. Понятия «климакс» уже не существует, до него мало кто доживает, а те, кто доживают и получают этот диагноз, считаются достигшими «возраста Зеро» раньше времени.

Переходный возраст просто стерли, как ненужную закорючку на бумаге ластиком. Совет провел много исследований и пришел к мнению, что марихуана не убивает клетки головного мозга, она помогает стимулировать мозговую активность и подавлять ненужный эмоциональный фон. Такие исследования были и раньше, но их никто не признавал, и продавали траву лишь в медицинских целях, больше в этом нет надобности, потому что у времени появилась совсем иная ценность.

Взрослым травки не достать, ее контролируют и выдают строго по порциям, а искусственные помощники фиксируют количество в своих Сферах. Купить тем более невозможно! Денег же тоже нет. Все валюты официально изъяли из обращения, а в качестве мотивации людям оставили право на выбор процедуры Очищения. То есть, если ты открыл что-то на самом деле значимое для общества, отправишься проводить остаток жизни в «Доме престарелых» на Марс, где тебя всем обеспечат и не лишат воли. Если ничего не открыл, но усердно работал и результаты твоих трудов не вызывали вопросов и нареканий, все пройдет стандартно по процедуре обнуления мозга.

Но меньше всего везет тем, кто получал травку и другие блага и не принес никакой пользы, никакой жалкой идеи, в которой можно было бы найти мельчайший электрон здравого смысла, для них все просто: браслеты на руки и шею и удаление лобной доли.

В качестве единицы измерения этого усердия используют «коэффициент вовлеченности», его рассчитывают исходя из количества прожитых лет по отношению к количеству сделанных открытий, учитывая важность для общества. Я не знаю точно, как они выводят эту самую важность, да и не хочу знать… Даже если и буду знать, это ничего не изменит.

Недавно стандартная процедура Очищения досталась одному ученому, который сумел синтезировать нити шелка из сои нового поколения. А до него тому ученому, кто вывел этот вид сои нового поколения… Он так радовался, словно ему подарили поднос шоколадной халвы.

Теперь это только название, никакой халвы у нас нет и быть не может, сахар. Если повезет, можно получить синтетический сахар. А теперь тот ученый, открывший шелк, бродит под моими окнами, с кольцами на руках, ногах и шее и смотрит в никуда. А я смотрю на него и думаю, интересно, он сейчас кричит где-то внутри себя или правда не осознает кто он и чем стал? Может быть, ему что-то вкололи прямо в мозг, и он думает, что совсем в другом месте?

Перед процедурой Очищения тем, у кого процедура стандартная, как у того ученого, дозволяется многое, как во времена Инквизиции – последнее желание на плахе.

Словно это последнее желание как-то в силах приукрасить действительность. Поганую действительность безысходности. Никто точно не знает, но говорят, что можно провести 24 часа так, как многим и не снилось. Без ограничений.

Для кого-то это «Джек пот» – прожить сутки так, как не мечтал все свои 40 лет до этого. Мне не предложили стандартной процедуры, я в числе безнадежных членов Новой Цивилизации, отщепенцев, на которые Совет потратил ресурсы, а я не оправдала их надежд в использовании времени. Ни одной идеи, ни одной за прошедшие 20 лет. А теперь придется как-то жить эти оставшиеся 24 часа.

Глава 1

24 часа до Зеро

Скоро полночь. Покой и тишина, никто не шумит, я только слышу Железяку, оно никак не уймется и чистит дверь. Я сегодня испинала дверь в приступе ярости, если в доме были ножи, наверное, вскрыла бы себе вены. Но в моем доме ничего такого нет. Сложно назвать это домом, похоже на номер в отеле, где все делают за тебя, даже для номера скуповато. Кровать и несколько горшков с персиками, еще небольшая кухня, в ней стол и несколько тарелок, в кухне тоже горшок с персиками. Терпеть не могу эти долбанные персики.

Железяка все время следит за мной, чтобы я соблюдала прием инъекций от голода по расписанию и по хорошим дням делает мне салаты из синтетических овощей, иногда варит синтетический кофе, по мнению Совета, это дает нам ощущение «нормальной жизни» и постепенно помогает адаптироваться к режиму Новой Цивилизации. Разговаривать Железяка не умеет, но мне не хочется разговаривать, даже если бы и умела, она – никто, она – не человек. Она – оно.

Мой сосед постоянно разговаривает со своим искусственным помощником, я даже слышу его голос, когда он поет. А поет он часто, ему хочется петь, потому что у него все получается. Уже не один проект и миллион идей с зачатками рациональности и пользы. Черт, тут не знаешь, что делать с собой, чтобы выдавить хоть одно предложение, а он поет, так и хочется заткнуть ему глотку. Поцелуем… Безумная мысль, и почему я раньше себе в этом не признавалась? И как же зовут его, интересно, обязательно спрошу в следующий раз. Хотя, о чем это я. Больше нет времени, раньше надо было спрашивать. Он, наверное, сейчас спит, как и все, до рассвета. Искусственного рассвета от искусственного Солнца.