Анастасия Боровик – Раскрытие клубничного кекса (страница 27)

— Марина, тебя заинтересовала Анжела? Мы с тобой виделись с ней недавно, а это рядом с ней жених, наверно. Как ты думаешь?

Малышка почувствовала напряжение и отвела взгляд от мужчины, которого так хотела обнять и поцеловать. Вместо этого она обратила внимание на суровое лицо Гурьева, который не сводил глаз с Аркаши. В его взгляде Марина ощутила угрозу.

Егор, с любопытством взглянув на Львова, спросил:

— Максим, может быть, ты знаешь, почему этот мужчина сидит рядом с Павлом Сергеевичем?

— Возможно, это его сын, — произнёс Львов спокойно, неторопливо перемешивая вилкой содержимое тарелки.

— Удивительно, что именно сегодня он решил заявить о себе, — задумчиво произнёс Егор.

Гурьев пристально смотрел на Аркадия, и его тревога нарастала с каждой секундой. Красивый блондин повернул голову и столкнулся с глубоким взглядом голубых глаз, который словно проник в самую душу, заставив его забыть обо всем на свете. Такой взгляд был у Анны, когда она пыталась скрыть свои отношения с возлюбленным. И теперь Егора охватил неистовый интерес. Его предчувствие не подвело: что-то происходило, и он пока не мог понять, что именно, но уже начинал беспокоиться. Виола, наблюдая за ситуацией со стороны, не смогла сдержать эмоций и написала сообщение Аркаше на мобильный телефон. «Хватит смотреть на неё, Гурьев уже начал что-то подозревать. Если ты не остановишься, то попадёшься и подведешь всех».

Аркадий, прочитав сообщение, вместо того чтобы проявить понимание, посмотрел на Виолу и подмигнул ей. Это вызвало у девушки шок. Она подумала: «Совсем парень с ума сошёл от любви». Мужчине было весело, и он смеялся беззвучно. Его отец наклонился к нему и спросил с хитрой улыбкой:

— Не та ли маленькая блондинка является твоей улыбкой?

Котт Аркадий повернул голову и пристально посмотрел на отца. Тот не смутился, а решил подшутить над своим любимым сыном:

— Она так похожа на твою мать, такая же молодая, яркая и желанная для многих. Смотри, как бы она не разбила тебе сердце, а то влюбился уже без памяти.

Аркадий, едва сдерживая раздражение, тихо произнес:

— Она не такая, как моя мама. Маму интересовали только деньги.

Глаза отца, полные мудрости, прищурились, и он деловито сказал:

— Значит, эта женщина выбрала тебя по любви. Я всегда знал, что ты способен найти достойную спутницу жизни. И, похлопав сына по плечу, добавил: — Но, кажется, не только ты сделал выбор в её пользу. Почему же она тогда сидит за одним столом с Гурьевым?

— Отец…

Аркадий не знал, как ответить на этот вопрос. Почему он до сих пор не завершил эту игру? Она так просила дать ей шанс прорекламировать свои сладости, и он не смог ей отказать. К тому же, нужно было поймать Гурьева на чём-то неблаговидном, чтобы начать шантажировать его. Вдруг он решит преследовать её или придумать что-то низкое, лишь бы получить желаемое. Сегодня Аркадий впервые нарушил своё молчание и заявил о себе как о сыне своего отца. Он хотел, чтобы Егор понял, что и у него есть власть решать вопросы. Если они будут сражаться, то на равных, как люди, рождённые в одной среде и играющие по одним правилам.

— Ты знаешь, я уж не думал, что увижу тебя таким… — произнёс Павел Сергеевич. — Она так похожа на Анну Львову, только немного круглее, а нижняя часть лица просто копия…

Отец Аркадия не успел закончить фразу, как раздался громкий звук, возвещающий о начале мероприятия.

Гости уже собрались, и торжественная часть началась. Егор, как обычно, приветствовал всех приглашённых, спонсоров, подвёл итоги и рассказал о новых идеях, которые планирует реализовать. Затем он подошёл к Марине и протянул ей руку. Она сначала смутилась и покачала головой, но он был непреклонен.

— Сегодня я хочу познакомить вас с очаровательной дамой моего сердца, Мариной, — произнёс он. Девушка была ошеломлена таким заявлением. Её взгляд устремился к Аркадию, и она впервые увидела в его глазах злобу, которая никогда раньше не проявлялась. Это были глаза человека, готового убивать, не жалея никого. Марина очень боялась, что он может встать и что-то сделать, поэтому она убрала свою руку и поклонилась гостям.

Павел Сергеевич видя такое выступление, прошептал сыну на ухо:

— Девочка-бриллиантик явно выбирает тебя, и это даёт ей преимущество в моих глазах. — Аркадий с недовольством взглянул на отца, а тот лишь усмехнулся и тихо произнёс:

— А ты думал, я зря растил своего единственного сына-ягодку?

Мужчины улыбнулись друг другу, и Аркадий, не желая продолжать разговор, легонько толкнул отца в бок. Однако это лишь раззадорило взрослого мужчину: не каждый день ему выпадает возможность увидеть смущение собственного сына, да ещё и из-за девушки. Прищурив глаза, он хитро произнёс:

— Вот, ты уже готов драться с отцом из-за неё. Запутала моего мальчика.

Затем Павел Сергеевич снова наклонился к сыну и с серьёзным отцовским настроем произнес:

— Сынок, если она та самая, то должна сидеть только у тебя на коленях. Не стоит давать ей возможность выбирать, иначе есть риск, что она выберет не тебя.

Аркадий медленно выдохнул и, взглянув на очаровательную Малышку с её вьющимися, слегка закрученными золотистыми локонами, стоящую в полном смятении, пока все аплодировали, прошептал:

— А как же любовь, папа, и свобода выбора?

— Сделай так, чтобы она выбрала и полюбила только тебя. Доказывай ей каждый день, что она создана для одного-единственного мужчины, и этот мужчина — ты.

Пока отец с сыном вели этот разговор, Егор продолжал хвалить Марину.

— Все эти десерты были созданы и воплощены в жизнь этим очаровательным человеком. Сегодня мы предлагаем вам оценить их и выбрать те, которые вам больше всего понравились. Самые лучшие из них мы обязательно включим в наше производство. Я, например, очень люблю клубничные кексы, но, к сожалению, не все могут их попробовать. Я был счастлив иметь такую возможность, и знаю, что и остальные сладости будут так же восхитительны.

Гурьев захлопал в ладоши. Он делал это так громко и настойчиво, словно наказывал Марину за то, что она скрывала от него какую-то тайну, и, судя по всему, это была тайна, связанная с другим мужчиной. Зал горячо поддержал его, и девушка ощутила, как атмосфера наполняется напряжением. Когда представление завершилось, гости продолжили общаться и дегустировать сладости кондитера. На сцену выходили люди, чтобы рассказать о своих достижениях: кто-то гордился своими успехами, а кто-то, наоборот, просил о помощи в открытии собственного дела. Марине было очень скучно, и все её мысли были об Аркадии. Когда она получила сообщение с текстом: «Жду тебя в кабинете дальше по коридору, четвертая дверь», она сразу же схватила свою сумочку и, извинившись перед окружающими, поспешила в уборную. Виола хотела было предложить пойти вместе с ней, но Марина посмотрела на неё таким грозным взглядом, что Лисичка передумала, а когда оглядела зал и не увидела Аркадия, то всё стало на свои места. Девушка сказала Марине:

— Не задерживайся надолго.

Блондинка вышла из зала и быстро направилась к кабинету. Громко, постучав, она не успела дождаться ответа, как дверь открылась, и её втащили внутрь большие мужские руки.

Аркадий не стал медлить и сразу же прильнул к её пухлым губам. Он целовал её с безумной страстью, сжимая и гладя. Она отвечала ему тем же, их языки переплетались, исследуя, кусая, облизывая, наслаждаясь прикосновениями. Времени было мало, что придавало их ласкам особую остроту, ведь в любой момент кто-то мог войти и увидеть, как эти двое растворяются друг в друге. Он подхватил её под бёдра и, не переставая целовать, усадил на стол. Быстрым движением руки проскользнул под платье, задирая юбку, и, когда понял, что его ждёт, отстранился и хриплым голосом произнёс:

— Чулки! Я так и знал! С первой нашей встречи мечтал увидеть их на тебе.

Он с восхищением вглядывался в лицо Марины, которое опухло от его поцелуев и стало ещё прекраснее. Девушка, словно зачарованная, взяла его за лацканы пиджака и, притянув к себе, снова начала пылко целовать. Аркадий трогал её бёдра, слегка сжимая их и оставляя на нежной коже едва заметные красные следы. Его поцелуи переместились на шею, где он обнаружил пульсирующую венку и с наслаждением прикусил её. Марина тихо стонала, моля его не останавливаться в этом упоительном безумии. Мужчина продолжал нежно целовать её плечи, губами проводя по ключице. В ответ девушка аккуратно покусывала его ухо. Весь мир вокруг перестал существовать, остались только они. Широкоплечий шатен нежно гладил спину блондинки, постепенно спускаясь ниже. Нащупав молнию корсетного лифа, он осторожно расстегнул её. Затем его руки медленно поднялись к оголённым плечам, где чувствительные пальцы коснулись бретельки и сняли её, обнажив грудь. Глаза Аркадия потемнели от страсти. Надавив пальцем на сосок, он услышал, как Марина издала глухой стон. Мужчина с неистовой силой впился в её губы поцелуем, сжигая её в своем желании обладать ею. Оторвавшись от сладкого рта, он спустился ниже и припал к её розовому соску, вынуждая девушку выгнуться навстречу его пылким прикосновениям губ. Марина с наслаждением изогнулась, пока Аркадий нежно ласкал её грудь, покусывая и посасывая её. Блондинка вцепилась в его сильные, мускулистые плечи. Её маленькие пальчики сжимали их, словно пытаясь удержать то, что происходило внутри неё. Ведь её низ живота был наполнен тугим узлом, который она мечтала, чтобы Аркадий развязал. Его сильные руки мягко раздвинули её ноги, и горячие пальцы начали гладить внутреннюю поверхность бёдер. Марина, словно в забытьи, шептала: