Анастасия Боровик – Клюква в сахаре (страница 27)

— Привет, Зоя! Давно не виделись, соскучилась?

Глава 16

Светлые волосы мужчины развевались на ветру, пока он стоял у памятника, на котором были изображены улыбающаяся блондинка с круглым лицом и большими глазами, а также серьезный мужчина с волевыми чертами лица и квадратным подбородком. Надпись на постаменте гласила: «Анна и Виктор Гурьевы».

Егор глубоко вздохнул и произнес: «Как же мне вас не хватает! Не только Ани, но и тебя, Витя, двоих не хватает».

— Я пришёл сказать, что влюбился. Вы все ждали, когда это произойдёт, наверное, устали от меня и моей одержимости. Но вот что странно, Анна, я так ни разу и не сказал тебе, что люблю тебя… Будто это не имело смысла, а сегодня это вырвалось так легко, как будто это истина, совершенная и правильная. Я люблю Зою. Она бы вам точно понравилась, маленькая дикарка… А ещё у меня есть сын Рома… — По лицу Егора скатилась слезинка, он вытер её и продолжил:

— Из-за своей несдержанности я могу их потерять, а я очень этого не хочу, потому что без них мне будет очень тяжело… С ними чувствую себя живым.

Егор посмотрел на памятник и тихо произнёс:

— Витя, я помню, как ты просил прощения за то, что не смог противостоять своим чувствам. Ты сказал, что впервые почувствовал себя человеком, а не просто инструментом для достижения целей отца. Ты утверждал, что если бы не ты, Анна давно была бы со мной, потому что любила меня и доверяла только мне. Но произошло то, что произошло: вы встретились и поняли, что это ваша судьба. И ты, Анечка, просила прощения, говоря, что чувствуешь к нему то, чего не испытываешь ко мне — желание обладать и быть рядом. Сейчас я так хорошо понимаю вас… Ну что ж, дорогие мои, я обнимаю вас мысленно, но пока не стремлюсь к вам, — усмехнулся мужчина.

Его переполняло чувство грусти от того, насколько молодыми были его друзья и как рано они ушли из жизни. Внезапно он осознал, что сильно переживает за Зою и Рому. «Я должен вернуться к ним и поговорить. Пусть они смирятся с тем, что теперь я буду рядом с ними», — думал блондин, покидая кладбище и садясь в машину. По пути ему позвонил адвокат, который занимался его делом об установлении отцовства.

— Здравствуйте, Егор Романович! Мы получили соску ребенка с биологическим материалом и теперь можем провести ДНК-тест, чтобы установить родственные связи. После этого нам останется только официально признать ваше отцовство.

— Не стоит проводить тест ДНК. Я поговорю с мамой ребёнка, и она даст согласие на установление отцовства. В таком случае они получат все мои сбережения, квартиры, дом.

— Вы уверены в своём решении?

— Да, не хочу начинать наши отношения с обмана. Я обязательно уговорю её, и мы скоро придем для подтверждения.

— До свидания, Егор Романович. Это мудрое решение, я верю в вас.

Попрощавшись с адвокатом, мужчина позвонил своему человеку, который с недавнего времени следил за Зоей.

— Как дела? — спросил он.

— Пока никто не выходил, мы следим. Если что-то изменится, мы сообщим, — сообщил грубым голосом мужчина.

— Хорошо, я думаю, что сегодня они вряд ли выйдут в ближайшее время. Если заметите что-то подозрительное, сразу сообщайте.

— Босс, можно мне ненадолго отлучиться в магазин? Сегодня я один, а у меня нет воды, и на улице очень жарко, — произнёс мужчина, понизив голос.

— Иди, только быстро возвращайся, — сказал Егор, отпуская подчиненного.

Егор выехал на главную дорогу и помчался вперёд, стремясь как можно скорее оказаться рядом с Зоей и их малышом. Егор не сомневался, что они с любимой женщиной смогут преодолеть любые трудности ради будущего ребёнка, которого они создали. Все его прежние мысли о том, чтобы не жениться и не иметь детей, рассеялись. Он понял, что наказывал не свою мать, а только себя, был несчастным и пустым. Настоящая любовь — это прекрасно, и быть рядом с теми, кого любишь, — это то, что ему на самом деле всегда хотелось. Его охватило желание защищать их, заботиться о них, отдать им всё, что у него есть, потому что без возможности разделить свой мир с кем-то, кто делает его счастливым, всё теряет смысл.

Подъехав к дому, он быстро выскочил из машины и поспешил в подъезд. Поднявшись на последний этаж, он заметил, что дверь открыта. Осторожно войдя внутрь, он услышал всхлип и, направившись на звук, увидел ужасную картину. Его девочка сидела на полу, над её бровью была кровь, одежда испачкана, и она держалась за свою левую руку.

— Зоя! — воскликнул мужчина, подбегая к ней. — Иди ко мне, тихо… тихо.

Она не могла оторвать от него взгляда, словно не верила, что самый важный для неё мужчина пришел, и что теперь она не одна.

— Егор? Это действительно ты? — спросила она, вцепившись в него одной рукой. От этого движения её вторая рука слегка дёрнулась, а лицо исказилось в мучительной гримасе.

— Милый, прошу, забудь всё, что я говорила. Мы должны спасти Таю и Рому. Помоги мне встать, мы найдём их. Я убью его, а ты заберёшь мою сестру и сына. Он твой сын, Егор. Пожалуйста, заботься о нём. Я пока посижу в тюрьме, мне это привычно, зато больше он не будет нас беспокоить. Нам нужно торопиться, помоги мне встать, — начала быстро говорить девушка, словно заводная. Её глаза горели странным блеском, и мужчина понял, что она сейчас не в себе.

— Зоя, тихо, тихо… Успокойся, я знаю, что малыш — мой, я никогда в этом не сомневался. Мы обязательно его найдём… Что произошло? — Егор пытался успокоить девушку, но она, казалось, не слышала его. Её трясло, и она тяжело дышала, будто ей не хватало воздуха. Егор гладил её по спине, просил дышать глубоко и медленно, но Зоя не обращала на него внимания, погружаясь в своё горе. Он не знал, как реагировать. Ему хотелось кричать, но он понимал, что не может себе этого позволить. Кто-то должен был сохранять спокойствие, чтобы разобраться во всём, что произошло.

— Он забрал их! — с дрожью в голосе воскликнула она. — Я убью его! Я просто пойду и убью его! Я знаю, что теперь Рома будет не один! — повторяла она с каждой фразой, схватив Егора за руку.

— Мы поедем сейчас, я убью его и сяду в тюрьму, а ты вырастишь нашего сына и присмотришь за Таей, слышишь? — Она трясла Егора и плакала, повторяя одни и те же слова: — Егор, пожалуйста, не оставляй их…

Мужчина бережно поднял её на руки и осторожно усадил на кровать. Внимательно осмотрев её, он с тихим волнением произнёс:

— Зоя, милая, посиди немного, я принесу тебе воды. Судя по всему, у тебя перелом. Пожалуйста, соберись, мне нужно, чтобы ты всё рассказала. Я сейчас же соберу команду, мы найдем их.

Он взял её голову в свои ладони и нежно поцеловал в щеку:

— Мы обязательно найдём их, я рядом с тобой…

Девушка посмотрела на Егора красными заплаканными глазами, в которых словно царила пустота, и тихо всхлипнула. Егор встал и пошел за водой, а в голове у девушки всплыли недавние события, и она схватилась за голову, вспоминая их.

Зоя вошла в комнату и увидела крепкого мужчину, который сильно похудел, но в размерах не изменился. Его лицо осунулось, и на морщинистом лице появилась злобная усмешка. Он оценивающе посмотрел на девушку и сказал:

— А я вот соскучился по тебе, мне очень тебя не хватало. Ты же не думала, что я тебя оставлю…

Рядом с кроватью сидела испуганная Таисия, держа на руках мирно спавшего маленького Рому. Она осторожно покачивала его, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить. Зоя с сожалением посмотрела на сестру, понимая, что та допустила ошибку, открыв дверь, не проверив, кто стоит за ней. Теперь Иван Павлович был в их квартире.

— Зачем ты пришёл? — спросила Зоя, пытаясь набраться храбрости и думая, как вывести ребёнка и сестру из дома. Мужчина подошёл ближе, его пальцы коснулись щеки Клюквы, а затем скользнули к шее, слегка надавив на её середину. Девушка стояла неподвижно, не зная, что он задумал, и не желая его раздражать. Она подумала, что если бы была одна, то обязательно убрала бы его руку, но сейчас ей приходилось терпеть эти прикосновения.

Иван Павлович наклонился к ней и прошептал на ухо:

— За тобой, моя ягодка, кажется, ты мне кое-что задолжала… — произнес мужчина, и Зоя внимательно посмотрела на него. В его глазах она увидела нечто, чего раньше не замечала. Если её интуиция не подводила, то это было не выражение ненависти, а желание. Она открыла рот от недоумения и спросила:

— Кто? Какая я тебе ягодка, ублюдок! Ты совсем, что ли, из ума вышел?! — крикнула Зоя, а рука на ее шее сомкнулась, и девушке стало тяжело дышать, он наклонился и грозно прошептал:

— Будь аккуратней со словами, всё-таки тут дети. Почему ты не дождалась меня, Зоя? Я должен был стать твоим первым мужчиной, а ты нагуляла на стороне ребенка. За это я тебя прощу, только если ты одумалась по отношению ко мне, так что не ломайся и будь уже хорошей девочкой.

Иван Павлович убрал руку с шеи Зои, и она тяжело задышала. Он подошел к Тае, которая дрожала, и прошептал:

— Таюша, не бойся, я не причиню тебе зла. В прошлый раз я был не прав, прости. Но ты сама решила, что можешь помочь мне, — сказал он, и Тая, сверкнув глазами, взглянула на Зою. Мужчина продолжил:

— Ягодка, ты, вероятно, не в курсе, но в тот день Тая пришла поговорить со мной. Она просила, чтобы я перестал донимать тебя, и даже предложила помощь психолога. Ты ведь говорила что-то про психолога, Тая? Ну а я тогда подумал, что она станет отличной приманкой для тебя, Зоя. Таечка, прости, это было необходимо, чтобы твоя сестричка поняла: если она не будет послушной, я исполню свои угрозы. Я бы никогда не причинил тебе зла, даже не переживай, моя принцесса, — сказал мужчина, аккуратно погладив ее по голове. Затем он посмотрел на спящего младенца, и его лицо скривилось. Он отвернулся и снова обратил свой взгляд на Зою, которая стояла, словно завороженная, испуганная и молчаливая.