Анастасия Болдинини – По осколкам мести (страница 7)
Тот парень. Незнакомый мне парень, от которого я не могла отвести взгляд. Его образ стоял перед глазами так чётко, будто он здесь рядом со мной. Какого этого было бы лежать с ним в моей постели? Я до сих пор кожей чувствовала тот момент, когда оступилась и случайно упала прямо в его руки. В эти чертовски сильные, крепкие руки, которые удержали меня на краю, не дав рухнуть на грязный мокрый пол. Его хватка была такой уверенной, почти властной. Но тут же в памяти всплыла другая картина, от которой внутри всё болезненно сжалось: блондинка сопровождающая его весь вечер. Я отчётливо вспомнила, как он по-хозяйски взял её за талию и как они вместе, не оборачиваясь, ушли из клуба.
Хотелось залечь обратно в постель, зарыться в подушки и вообще оттуда не вылазить до вечера. Было жарко, голова казалась тяжелее свинцового шара. Я уложила её на свёрнутое белое одеяло и свернулась калачиком, пытаясь найти покой.
Снаружи квартал потихоньку просыпался. Я услышала, как поблизости припарковался автомобиль. Похоже это мои соседи , мистер и миссис Родос. Ровесники моей мамы, прожившие всю жизнь вдвоём. У них нет детей и мама часто вспоминает как они в молодости все вместе и с моим папой тоже выходили в море порыбачить. А теперь они – тихая гавань нашего района, всегда готовые угостить нас с дочерью домашней выпечкой или сладостями.
Но идиллия моего утра была прервана. В мою дверь постучались.
Я вздрогнула и тут же схватила телефон. Сердце заколотилось о рёбра. Быстро проверила уведомления, но экран был пуст – ни звонков, ни сообщений.
Стук повторился. Более настойчивый.
Стараясь не делать резких движений, я сползла с кровати и босиком направилась к лестнице.
– Иду! – Крикнула я, спускаясь на первый этаж.
– Джин?
Открыв дверь, я меньше всего ожидала увидеть на пороге её. Она выглядела ужасно: бледная, растрёпанная, с лихорадочным блеском в глазах.
– Есть что-нибудь холодное выпить? – Вместо приветствия бросила она, переступая порог. – Голова просто раскалывается.
Мы прошли на кухню. Я молча достала из холодильника две банки колы. Жестянка приятно холодила ладонь, но внутри у меня всё сжалось от нехорошего предчувствия. Джин не из тех, кто проедет полгорода ради газировки.
– Ты одна? – Спросила она, жадно сделав первый глоток.
– Да, Оливия у мамы. Что случилось Джин?
Она поставила банку на стол с глухим стуком.
– Эшли пропала.
Мир на мгновение замер. Я уставилась на неё, не в силах осознать услышанное.
– Что? Как это могло произойти?
– Я не знаю! – Джин почти выкрикнула это, вцепившись в край столешницы. – Она не пришла домой.
– Но мы вместе ехали в такси, всё было нормально. Водитель высадил её возле дома. Куда она могла пойти? Может к своей тёте? – Я попыталась найти логичное объяснение, но голос дрогнул.
– Её парень в бешенстве, – Джин покачала головой, – Эшли писала ему, что подъезжает домой. Он ждал её. Но она не пришла. Ни домой, ни к тёте Стелле. Она просто…исчезла. Телефон выключен. На связь не выходит.– Подруга подняла на меня глаза, полные отчаяния. – Вот я и подумала…вдруг она с тобой.
Я медленно покачала головой. В кухне повисла тяжёлая, звенящая тишина. Мы смотрели друг на друга и в глазах Джин я видела собственное отражение – растерянное и напуганное.
Подруга дрожащими пальцами достала телефон. Она не стала печатать, сразу зажала иконку микрофона.
– Бен, это Джин. – Её голос сорвался, но она быстро взяла себя в руки. – Я сейчас у Кейти. Эшли здесь нет. Мы всё еще пытаемся сообразить, что случилось. Эшли вышла из такси прямо возле вашего дома. Это всё, что мы знаем на данный момент. Если что-то прояснится – сразу маякни.
Она отпустила кнопку и короткий звук отправленного сообщения прозвучал как выстрел в этой тишине. Я стояла как вкопанная, просто ошеломлённая такими новостями с самого утра. Мысли путались – как человек может испариться на коротком отрезке пути от такси до собственного дома?
Телефон подруги ожил, экран мигнул, высвечивая новое сообщение от парня Эшли. Мы вместе пробежали глазами по строчкам:
Джин порывисто выдохнула, убирая телефон в сумку.
– Мне надо ехать, – бросила она направляясь к выходу.– Не могу просто сидеть на месте.
Она уехала оставив меня одну в пустом доме в полном недоумении. Перед уходом мы договорились – любые новости, любая зацепка – сразу сообщаем друг другу.
Я осталась стоять посреди кухни с нетронутой банкой колы, которая уже перестала быть холодной. В голове стучала только одна мысль – где сейчас Эшли и почему её телефон молчит?
Сон улетучился окончательно. Теперь я уже не могла вернуться в теплую, пахнущую покоем кровать. Я плеснула в лицо ледяной водой, стараясь смыть остатки тревожного забытья и короткими, резкими движениями расчесала спутанные волосы.
Остаток утра я решила провести в саду. Мне казалось, что только там, среди живой зелени я смогу унять гул в висках. Свежий, ещё по-утреннему колкий воздух мягко обдувал лицо, постепенно утихомиривая похмельную тяжесть в голове. Становилось капельку легче – по крайне мере, на физическом уровне.
Я устроилась в тени широкого навеса садовых качелей, поджав ноги под себя и укутавшись в лёгкий уют домашней одежды. Лёгкий ветерок приносил с собой густые дурманящие ароматы: сладковатый, пудровый запах распустившихся пионов перемешивался с более тонким, благородным шлейфом камелий. Мой маленький рай, который всегда был местом силы, сегодня казался декорацией к чьей-то чужой трагедии.
Рядом, на низком кованом столике, ждал чистый холст и россыпь тюбиков с краской. Я взяла палитру, пытаясь сделать хотя бы набросок, занять руки и чтобы собрать разлетающиеся мысли в кучу. Но кисть не слушалась. Вместо изящных линий выходили рваные, грязные мазки. В голове заварилась настоящая каша, сквозь которую проступал один и тот же немой вопрос.
Где Эшли? Что с ней случилось?
Я обвела взглядом наш район – этот сонный, благополучный пригород Риверсайда с его подстриженными газонами и белыми заборами. Здесь самым громким событием обычно была ссора соседей из-за лающей собаки. Что могло произойти в этом тихом, безопасном местечке, где все знают друг друга в лицо? Тишина сада, которая раньше баюкала, теперь казалась зловещей, словно она что-то скрывала за шелестом листвы и ароматом цветов.
Я отложила кисть. Краска на холсте расплылась некрасивым бурым пятном, в точности отражая моё состояние. Сидеть на месте, гипнотизируя кусты пионов стало невыносимо. Стены собственного сада, казавшиеся защитой, теперь давили, превращаясь в клетку.
– Прогуляюсь, – прошептала я сама себе, натягивая кроссовки.– Дойду до Food Shop, куплю чего-нибудь..неважно чего.
Наш местный круглосуточный гипермаркет был единственным ярким пятном в этом дне. Дорога к нему пролегала через идеально ровные тротуары, мимо одинаковых аккуратных домиков. Обычно этот путь успокаивал, но сейчас каждый встречный прохожий казался подозрительным, а за каждым живым забором чудился чей-то пристальный взгляд. Ветер стал холоднее, он больше не пах цветами – теперь он нёс запах мокрого асфальта и бензина.
Я толкнула тяжёлую стеклянную дверь и в лицо ударил поток холодного воздуха из кондиционеров, смешанный со специфическим запахом свежего хлеба и моющих средств. Внутри "Food Shop" жил своей жизнью: гудели холодильники, где-то вдалеке позвякивали тележки, а бесконечные ряды стеллажей уходили вглубь, создавая лабиринт из коробок и этикеток.
Я побрела вдоль полок, стараясь сосредоточиться хоть на чём-то приземлённом. Взгляд упал на отдел сладостей. Оливия. Нужно взять что-то для дочки, чтобы хоть как-то загладить свою внутреннюю тревогу, когда она вернётся от бабушки. Я закинула в корзинку пачку мармеладных мишек – её любимых, и большую коробку печенья в жестяной банке. Себе я взяла лишь бутылку ледяной воды и пачку крепких мятных жвачек.
Ноги сами привели меня к кассе. Очередь была небольшой, но время тянулось мучительно медленно. Я приложила банковскую карту к терминалу и короткий писк подтвердил оплату. Руки слегка подрагивали когда я начала быстро складывать покупки в бумажный пакет – мармелад для Оливии, печенье, ледяную воду. В этот момент я кожей почувствовала чужое присутствие. Следующий покупатель стоял слишком близко, нарушая все границы личного пространства, почти дыша мне в затылок.
Я резко обернулась, готовая возмутиться и едва не выронила пакет. Сердце ухнуло куда-то в район желудка от шока и неожиданности.
Это был он.
Каким-то чудом мне удалось сохранить остатки самообладания и не отшатнуться. Под неоновыми лампами магазина он казался еще внушительнее – на целую голову выше меня, с широкими плечами, затянутыми в темную кофту.
– Привет, – произёс он. Голос у него был твёрдый, решительный с лёгкой хрипотцой, которая заставляла вибрировать воздух вокруг. – Похоже, нам уже пора познакомиться, раз я постоянно встречаю тебя в самых разных местах города.
Он едва заметно улыбнулся и эта улыбка на мгновение смягчила его черты лица. Он выложил на лепту свои покупки – упаковку крепкого экспрессо в зёрнах и плитку дорого тёмного шоколада с морской солью. Ничего лишнего. Расплатившись в одно касание, он посмотрел мне прямо в глаза.
– Меня зовут Эд. А тебя? – Он смотрел на меня с той самой полуулыбкой, от которой в животе становилось жарко.