Анастасия Безденежных – Волшебный переплёт. Неизведанные миры (страница 24)
Следующую неделю чародей провёл всё в той же комнате, просматривая свиток за свитком, журнал за журналом, фолиант за фолиантом. В одних хранились справочные сведения о горнодобывающем деле и об обработке разных руд, в других значились записи на неведомых языках. Один прелюбопытный фолиант содержал секреты таинства «переливания» могущественных сил в драгоценные камни. В другом, исписанном замысловатыми символами, изображались каменные фигуры, оживлённые с помощью колдовства, для которого требовалось забрать чужую жизнь. Тяжеленная книга, обтянутая чёрной змеиной кожей, описывала таинственные заклинания, сложенные из угловатых знаков, напоминающих кинжалы.
Некоторые экземпляры были перетянуты ремнями с печатями Ордена. Закрадывалось предположение, что древнее сообщество решило схоронить в треклятом подземелье многие, в основном, тёмные знания. Может, тогдашние чародеи решили, что эти сведения опасны, а может, — в хранении и использовании их просто не было надобности. Последнее предположение звучало не столь убедительно, как первое, что только подогревало интерес Белофрона.
В приличного размера библиотеке имелось и несколько исторических томов, в которых на устаревшем наречии говорилось про врага древности — могущественного Гарнула, а ещё про Могучую Четвёрку, одолевшую его с помощью Тисовых посохов и в последующем основавшую Орден. Белофрону это было известно со времён обучения в Ордене, хотя некоторые подробности он узнал впервые, ибо в школьных книгах они указаны не были. Самые ценные сведения чародей переносил в собственный журнал. Порой, чтобы не тратить время и чернила, он просто выдёргивал один или несколько листов и вкладывал в свой распухающий с каждым днём сборник.
Захваченный каждодневными открытиями Белофрон не замечал, как летит время. И вот однажды он дошёл до полки, на которой под слоем многолетней пыли покоился увесистый фолиант со знакомым символом на обложке. Дунув, чародей поднял облако пыли и вернулся за стол. Раскрыв ветхий том, он негодующе вздохнул — снова незнакомые письмена. Желая найти намёки на содержание книги, Белофрон пролистнул первый десяток страниц и замер, увидев жуткий рисунок талантливого художника, который изобразил алата, крылатого человека, мрачного и пугающего, с камнем в груди. И вновь в памяти что-то заколыхалось.
— Шог! — наконец воскликнул он.
Лежавший до того со скучающим видом коловёртыш запрыгнул на стол и вгляделся в иллюстрацию.
— Вот кого мы слышим… Вот чьё дыхание доносится откуда-то из глубин, — произнёс Белофрон, впервые желая вновь услышать знакомый шум, дабы убедиться в своей догадке (зелёные реки на стенах как раз давно ждали сигнала, чтобы налиться сиянием). — Сподручный Гарнула… Падший алат… Согласно легенде, Шог отправился в подземелье, в самые тёмные его уголки и пропал — тьма поглотила его. Гарнул спас его, вложив в грудь Камень Жизни. Не сомневаюсь, что здесь идёт речь именно о нём… Вроде бы его одолели…
Белофрон вспомнил каменный завал в большом гроте. Неужели там, под грудой камней, лежит побеждённый Шог? А судя по «вздохам», наполняющим руду зелёным сиянием, он ещё жив!
Чародей чувствовал, что тайное станет явным, достаточно лишь разгадать письмена. Этим он и собирался заняться, но тут послышался знакомый шорох. Через несколько секунд в комнату влетела бумажная ласточка.
«Что ещё? Снова решил ткнуть меня носом в свои успехи?!» — раздражённо подумал мужчина и грубо схватил ласточку на лету. Та, задрожав, стала раскрываться. Белофрон взял мятый лист в другую руку и повернул его на свет.
Белофрон окаменел. Не веря своим глазам, он прочёл послание ещё несколько раз, надеясь, что неверно понял смысл. Но известие было до ужаса ясным.
Лист в руке задрожал. Коловёртыш попятился, боясь нового приступа гнева. Но чародей вдруг сгорбился, осунулся всем телом и, бросив письмо, уткнулся в широкие ладони. Комнату наполнили глухие рыдания.
Наконец уняв слёзы, Белофрон обтёр лицо рукавом и печальным взглядом уставился в пустоту. Несколько долгих минут он сидел неподвижно и размышлял о безвозвратно минувшем прошлом и туманном будущем. Того, что случилось, не изменить. По крайней мере, ему это неподвластно. Если легенды не врут, только одному могущественному созданию удалось сотворить предмет, нарушающий привычный ход времени — Гарнулианское зеркало. Если бы только оно оказалось у Белофрона!.. Но нет, Гарнула давно одолели, как позже и Шога, вероятно, знавшего о местонахождении зеркала.
Безумные мысли одна за другой врывались в сознание, отравляя жадной несбыточной надеждой. И откуда-то из глубины тянулся едва слышный голосок, напоминавший о сыне, нуждающемся в отце.
Вновь Белофрон стоял перед выбором. Моргнув, он оторвал взгляд от шкафа и опустил голову, обхватив её обеими руками. В подземелье воцарилась звенящая тишина.
Знакомый шум пронёсся по всем ответвлениям пещеры и на этот раз в нём отчётливо расслышалось:
«Ш-Ш-Ш-О-О-Г-К-Х-х-х…»
Чародей поднял голову. Он не заметил, что догоравшая свеча погасла. Зато увидел, как камни на стенах налились тусклым зеленоватым светом. Сознание полегчало и присмирело. А во взгляде уставших глаз появилась решительность. Однако возвращаться домой, к сыну, он явно не собирался.
Но это, как говорится, уже другая история.
Постскриптум
Рассказ повествует о случае, произошедшем за восемьдесят лет до главных событий, описанных в трилогии «Спасители Златоземья». Для лучшего понимания концовки рекомендуется ознакомиться с основной трилогией.
Анна Оникс. Хранители миров
Глава 1
В мире, где живёт простой народ, также обитают неведомые существа. Они не всем показываются, везде прячутся. Особенно скрываются там, где живут хранители. Их ещё называют ведо́мы — потому что они всё ведают, всё знают.
Далеко от столицы находится маленькая и неприметная деревушка. Все жители этой деревни уже осведомлены, что нельзя ходить в заколдованный лес когда вздумается! Ещё в середине зимы кто-то неизвестный поселился в лесу.
В каждое полнолуние из чащи слышалось пение молодых дев на незнакомом языке. Для жителей деревни это была загадка. Многие пытались найти и увидеть поющих, но им это никак не удавалось. Как раньше прогуливаться по лесу у людей уже не получалось. Но если удавалось попасть в лес, то путник долго блуждал по нему, и только когда уже были сбиты ноги и истрачены все силы, лес возвращал его обратно на то место, откуда он зашёл. Иногда лес становился тёмным и страшным. Бывало даже, что и деревья выстраивались в ряд, как высокий забор, через который невозможно было перелезть и даже подлезть под него. Вскоре у людей не осталось никакого желания ходить в этот лес.
Прошло немного времени, и народ привык к песням. Некоторые просто подходили к лесу, чтобы послушать чудесное пение.
Жители деревни стали примечать, что на следующий день после такого ночного пения целую неделю в хозяйстве всё становилось ладно, даже кошки с собаками ладили между собой. Весной, летом и осенью за эти дни урожай был такой, какой и за год не соберёшь, молодые кусты радовали обильными плодами. В разные времена года коровы давали много молока, а куры несли яйца как конвейер. Даже маленькие дети не капризничали. А погода всю неделю стояла хорошая.
Зимняя неделя радовала падающими с неба снежинками, похожими на хлопья. Тёплая погодка позволяла не сидеть дома, а гулять на улице и играться в снежки, кататься с горки, лепить снеговиков и находить многие другие зимние забавы. Весной целую неделю радовали глаз поляны, усеянные подснежниками, плодородные кусты и деревья уже давали урожай. Снег быстрее таял, и дороги превращались в жижу. Но жители на такие неудобства внимания не обращали. Летом неделя стояла жаркая, но несильно. Тёплый ветерок обдувал жителей, один день в неделю дождик обильно поливал землю, и после него деревенские собирали грибы да лесные ягоды рядом с лесом.
Жители быстро привыкли к такой роскоши, и им не хотелось, чтобы это заканчивалось. Все деревенские приносили дары к границе леса. Подарки всегда принимались, но так никто и не видел, как и кто их забирает.
Однажды летом в одной семье заболел маленький ребёнок. У мальчика начался сильный жар, поднялась температура, родители не могли сбить её. Привели деревенского лекаря, но и он не смог помочь им, так как был не силён в медицине. А чтоб добраться до ближайшего города, понадобилось бы больше суток. От отчаяния родители решились попросить помощи у тех, кто живёт в лесу. Отец взял на руки больного ребёнка, и они с супругой отправились в лес.
Подойдя к заколдованному лесу, они замешкались, но лес расступился перед ними, давая пройти. Он как будто направлял их и показывал, куда нужно идти. Дорога привела их к избе.
— Наверно, никто и не живёт тут, — чуть слышно сказал мужик, глядя на дом.
Дом и на самом деле выглядел нежилым, да и домом уже трудно было назвать. Весь он был перекошенный, часть крыши отсутствовала, окна наполовину разбиты, дверь висела на одной петле. Не дом, а деревянная развалина.
Муж с женой только развернулись чтобы уйти, как перед ними оказалась бабка.
— Штоэт вы тут стоите-то? Ступайте в дом, коль пришли, — сказала старуха. Обошла парочку и, не оглядываясь на них, пошла, прихрамывая на одну ногу, в дом, зная, что они пойдут за ней.