Анастасия Берг – Сокровище для непримиримых принцев. Возвращение (страница 2)

Познакомились мы, впрочем, интересно. Я упорно полагала, что он должен был быть главой нужной мне крупной банды, занимающейся нелегальным сбытом оружия. Шишек различных групп нелегко поймать, либо у них куча охраны, либо они перемещаются как ниндзя и косят под обычных людей. Денис как раз вел себя по второму варианту и вечно ошивался около предполагаемых мест базирования той группировки. По заданию, после обнаружения главы мне велели выйти на всю банду и именно там отыскать крысу, сливающую информацию. Зачем моему подразделению эта крыса, было уже не моим делом.

Денис, как потом оказалось, имел такой же заказ, но со стороны своего подразделения. Точнее, ему было задано выведать некую информацию, «убедив участника группировки любыми методами». И, видимо, заметив меня, подозрительно часто мелькавшую около мест базирования, он посчитал, что я непосредственный «участник банды», у которого будет легко выпытать необходимое.

А вот с методом Денис не определился, поэтому мы две недели аккуратно взаимодействовали друг с другом: то выведывали, то соблазняли, то угрожали. Последнее уже под конец, когда нам надоело сюсюкаться. Хотя не скажу, что мне не нравились ночи с ним.

В самый разгар агрессивных попыток выведать что-то, когда я села на его бедра, мы впервые достали оружие, направив его друг на друга и увидели одну и ту же модель самозарядного усовершенствованного кольта М1911 с полностью стальным корпусом. Зная, что такие кольты разрабатывались специально только для спецагентов, до нас наконец-то дошло, что мы оба агенты при исполнении. Тогда мы так и застыли в ступоре на кровати, вылупившись друг на друга, а потом пять минут ржали от абсурдности ситуации. Это было фиаско. И это «лучшие спецагенты», ага.

Казалось, после этого должен был последовать страстный любовный роман, но не с нашей профессией. Никто не хотел ставить работу под удар. А раз служба ценилась больше отношений, значит, выбор очевиден. Кстати, справедливости ради, дело мы потом успешно закрыли. Вдвоем.

Нашим не-отношениям еще помогал тот факт, что следующие месяцы меня с ним как будто специально разлучали. Его посылали во все точки России, а я оставалась в Москве. А в нечастые встречи мы едва успевали провести время вместе, пока кого-нибудь из нас опять не выдергивали на задание.

В принципе, своей жизнью я была довольна. Такой ритм меня более чем устраивал: всегда быть мобильной, гибкой, получать интересные задания, на которых восхищаться или поражаться многогранностью людей. А ощущение, что я приношу пользу обществу, грело душу.

Работать спецагентом не значило веселиться или шпионить, ощущая себя героем детектива в темных очках и косынке. Конечно, без шпионажа не обходилось, да и наличие полезных примочек и постоянного улучшения обмундирования радовало, но иногда приходилось переживать и сложные ситуации: отсутствие комфорта, еды, сидение в засаде, сотрудничество с иностранной разведкой, общение с мерзкими людьми, нанесение большой ущерб, а при повышенной категории задания или в опасных ситуациях – убийство. В последнее же время меня вообще начали допускать к очень секретным базам, в которых творились порой ужасающие эксперименты.

Но плюсы перекрывали все – зарплата, всестороннее развитие (физическое, психическое, духовное), утоление жажды авантюризма и очень сильное необъяснимое ощущение, будто я находилась на своем месте.

Вынырнув из размышлений, наконец-то оделась и расчесала темно-каштановые волосы. Моя бы воля, и цвет был бы ярче, но красноволосый шпион – слишком запоминающаяся персона, а подкрашивать каждые три недели было бы неудобно, особенно во время долгих операций. Поэтому приходилось оставлять свой цвет, он был почти черным и к зеленым глазам очень шел, завершая холодный образ.

Решила бросить задумку с чаем и отвлечься прогулкой, позавтракав где-нибудь вне дома. Самое начало московского лета оказалось жарким. Но это не помешало людям на улице все еще ходить в джинсах, не доверяя погоде. Лишь единицы, включая меня, облачились в легкую одежду: шорты или платья.

Нашла интересный ресторан, внутри которого было много букетов из живых цветов, уютные композиции стояли на каждом столике, а в нишах каменных стен располагались высокие напольные вазы с шапочками всевозможных роз, гиппеаструмов и гортензий. Пока ждала заказ – овощной рулет и французские тосты, – мне принесли красивый голубой лотос на тонкой ножке в прозрачной длинной вазочке. Обслуживание высший класс!

Хоть я и не выращивала цветы в квартире, но иногда принимала их от своих многочисленных поклонников, и, что уж там говорить, профессия подталкивала меня во многом разбираться. Например, с многообразием растений я познакомилась, пока внедрялась к подпольщикам, чтобы выкрасть рецепты и образцы экспериментальных травяных препаратов наркотического действия.

Именно поэтому прямо сейчас повторно уставилась на лотос, вспоминая, что он вообще-то в России запрещен. Мрачно вздохнула и, ощупав дно вазочки, отлепила записку.

«Ты нужна на очередном деле. Отменяй планы на сегодня и ближайший месяц».

Приехали. Я, конечно, любила свою работу, но можно было дать мне хотя бы недельку отдохнуть? За последние полгода максимум моего отпуска между заданиями – три дня! Меня не покидало ощущение, словно я животное, которое неустанно тренировали перед большими соревнованиями.

Месяц беспрерывно? Такого тоже еще не было. Ну что ж, я сама выбрала этот род деятельности. Мне очень нравилось делать нечто тайное явным, расследовать, обнаруживать, но только если изначально выспаться! Поэтому, Тани и Денисы, извините в очередной раз, но сейчас я собиралась пойти спать ровно до следующего утра, а в штабе появиться только завтра!

С таким революционным настроем закончила трапезу и прогулялась обратно до квартиры. Но, естественно, спать мне не дали – у подъезда уже ожидало авто.

***

Встреча с начальством почти всегда происходила удаленно. Оно обычно очень занятое, поэтому мы виделись только при приеме на работу и еще пару раз. Чаще всего все указания передавали помощники, либо я просто получала лист с инструкциями.

На этот раз, приехав в штаб, получила целую папку, в которой описывались желательные этапы подготовки, перечислялось, что меня может ждать на задании, как экипироваться и имелись точные указания моих целей с датами и способами связи.

Меня немного удивило, что такое большое дело возложили на одного человека, но и одновременно польстило. Неужели доросла?

К подготовке, во время которой нас располагали в уединенных корпусах, я относилась очень ответственно. И если сказано – неделю тренировать скорость, стрельбу, проверять оружие, инструментарий, наполнять аптечку нужными растворами или ядами, то я планировала дни так, что вечером засыпала, не успев коснуться головой подушки.

Именно усердием я и добилась хороших результатов, что отлично повлияло на зарплату. На самом деле, деньги не являлись для меня ценностью, за которой надо гнаться, главное, чтобы на пропитание хватало. Роскошь я спокойно без зазрения совести привыкла принимать от мужчин, которых встречала на задании или использовала с определенной целью. В малочисленные дни отпусков с мужским полом, да и вообще людьми я едва имела дело.

В общем и целом, я будто жила с таким ощущением, что далеко на Мальдивах отдыхали мои богатые родители, которые могли подстраховать в любой ситуации. Только вот родителей не было уже пятнадцать лет, после ДТП, которое я едва помню, зная лишь, что сама была на волосок от смерти. Зато это закалило меня и мой характер, а так как родственников у меня не имелось или я о них не знала, то теперь заботилась сама о себе.

Последующую неделю я, как и предполагалось, усердно занималась, приводила себя в форму. Все-таки прошлые задания требовали от меня хитрости и умения общаться с людьми, а нынешнее дело рассчитано на чисто физические навыки. Обычно объектом моей работы являлись люди, а сейчас черным по белому вырисовывалось «возможно наличие живых существ». Существ. Но мы научены не задавать вопросы.

Мысль о том, что мне, девушке с не самыми сильными физическими показателями, поручили тайно проникнуть и собственноручно ликвидировать целое здание в несколько корпусов с его содержимым, тоже не покидала всю неделю. Но в итоге я решила не загружать себя лишними обдумываниями, ведь тренировки и так отнимали все силы. Настолько, что ноги становились ватными, голова туманной, и даже казалось, что за мной наблюдали. Все это было, конечно, от загруженности и вхождения в режим «замечать все подряд», либо все-таки «начальство контролирует», как выразился бы Денис.

Сим-карту я вытащила еще в самом начале, не написав никому, впрочем, как обычно. Все мои малочисленные знакомые привыкли, что я пропадала надолго. Мне нравилось это ощущение непривязанности. Потому что на каждое задание я отправлялась как на войну, результаты которой были непредсказуемы.

***

Мне снился удивляющий своей абсурдностью и реалистичностью сон. Словно я пребывала на очередном невероятно важном задании, где все пошло не так.

На меня рушилась крупная лаборатория, осыпая осколками стекол и потолочными плитами, темноту ослепляли вспышки взрывов. Уши постоянно закладывало, свет мерцал, вводя в психоделический транс, а я бежала со слезами через корпус дальше. На стенах мелькали загадки в виде рисунков на плиточной мозаике, но спешка не давала их рассмотреть, хотя очень хотелось. Создавалось ощущение, будто я от кого-то пряталась. В этот момент меня резко поймали и закинули в камеру – все казалось сумбурным, нереальным, как будто я наглоталась дурманящих газов, а страх пронизывал до костей.