Анастасия Андрианова – Ночь упырей (страница 13)
Да и хотелось бы, чтобы она начала себя ценить и получала то, чего достойна.
Как тому придурку вообще пришло в голову подарить такой девушке пластиковое кольцо?!
Смородник оформил срочную доставку в постамат недалеко от дома Мавны. К вечеру должны привезти. Оплатил онлайн – телефон пропел грустную трель, что на счету осталась пара тысяч удельцев. Ничего, заработает. Наверняка Сенница должна ему что-то.
Но сначала надо кое к кому наведаться в гости.
Огни на разваливающейся деревенской оградке горели ровно, не теряя силу. Смородник довольно хмыкнул себе под нос. Хорошая работа.
– Принимай гостей, Земноводное, – гаркнул Смородник, распахивая входную дверь.
Разуваться он не стал. В доме у упырька царил такой беспорядок, что не было бы разницы, даже если бы тут ходили в ботинках, густо обмазанных навозом. Смородник поморщился. М-да уж. Вонь болот и гнили, пылинки мерцают на свету, кругом куча ненужных глупых вещей… Как в этом свинарнике вообще можно жить?!
Раздался грохот, будто упырь бежал откуда-то, роняя тапки. Когда Смородник неторопливо, наслаждаясь ролью хозяина положения, вошёл в кухню-гостиную, растрёпанный Варде стоял у стола, опершись на него рукой. Волосы у него были взъерошены, а судя по припухшему лицу (сейчас больше обычного похожему на лицо подростка), он недавно дрых на своём продавленном диване, пожранном молью.
– Почему это я земноводное?
– Потому что ты повёрнут на лягушках. – Смородник с отвращением ковырнул магнит-лягушку на холодильнике.
– Ты не зашёл в магазин? – Варде нагло зевнул в кулак. – У меня кончается кровь. И карамельный соус. А ещё мука, молоко, сахар. Продукты заканчиваются, в общем.
Смородник, чуть подавшись вперёд, сделал шаг к нему навстречу, хищно оскалился.
– А хату твою не убрать? Ещё что придумаешь?
Варде невинно стрельнул зелёными глазами и пожал худыми плечами. Свитер – зелёный в тёмно-зелёную полоску – висел на нём мешком.
– Вообще-то да. Грязновато. Но я ненавижу уборку.
Варде обезоруживающе улыбнулся, но Смородник только фыркнул в ответ, ногой выдвинул стул и сел, сложив локти на столе.
– Хватит паясничать. Садись. Разговор есть.
Быстро обернувшись по сторонам, Варде оттянул пальцем ворот свитера и с опаской сел напротив. Смородник сперва сложил руки на вязаной дорожке-скатерти, но заметил, что она покрыта неряшливыми пятнами, и брезгливо убрал ладони, сложив на коленях.
– Ты был под болотами? – спросил он угрожающим тоном.
Варде хитровато сощурился.
– Доводилось.
– Сегодня.
– Ты уйдёшь, и я пойду.
Смородник еле сдержался, чтобы не схватить упыря за его цыплячью шею. И как Мавна могла встречаться с этим скользким типом? Представить тошно.
Смородник терпеть не мог подобные разговоры. Когда в ответ на конкретный вопрос тебя пытаются выставить идиотом. Когда юлят и выводят из равновесия. Стоит поддаться, вступить в эту игру – и всё, ты уже проиграл.
Хренов. Маленький. Провокатор.
Ладно. Он ещё найдёт как надавить на кровососа.
Снова представились картины, которые Смородник не хотел представлять. Мавна и Варде целуются за этим столом. Мавна и Варде на диване. Мавна сидит на коленях у этой жабы и нежно обнимает за тощую шею. Мавна и Варде в спальне…
К щекам прилила кровь. Смородник мотнул головой и злобно рыкнул:
– С баром что? Ты там бываешь?
– Я по барам не хожу, я хороший мальчик.
Смородник пропустил притворно-невинный тон мимо ушей.
– Бар «Пьяная дудка». Туда ходят упыри и какие-то мутные чародеи. Что ты о них знаешь? Там открылся проход.
Пожав плечами, Варде растрепал волнистые волосы и отошёл к окну, сделав вид, что очень занят комнатными растениями. Смородник испустил воздух сквозь сжатые зубы.
– Либо мы будем разговаривать, либо я сожгу твою хату к хреновой матери, – пообещал он в сердцах.
Варде не стал огрызаться. Поднял с пола маленькую лейку и стал неторопливо поливать цветы. Судя по запаху сырости, земля в горшках давно превратилась в болото и покрылась плесенью, но цветы, на удивление, не дохли. И как Мавна могла находиться в этом отвратительном месте?!
– Я знаю, что иногда там охотится кто-то из высших, – неохотно проговорил Варде, не поворачиваясь лицом. – Без убийств. Отводят пьяных за угол и сливают немного крови.
– И ты тоже так делал?
Варде обернулся с лицом, выражающим оскорблённую невинность:
– Ну делал. И что?
– Тогда говори, как у вас это устроено. Нужно ли отчитываться перед старшими, сколько крови можно брать и у кого, как вы контактируете с тысяцким и где он сейчас. Что за чародеи там ходят? И что за нежичка попадается мне второй раз? Красивая, с зелёными глазами.
Знаешь её?
– О, так ты на нежичку запал! Ну ничего себе!
– Отвечай на вопросы.
С носика лейки капнуло несколько капель мимо горшка, на пол, засыпанный чёрным земельным крошевом и опавшими листьями. Из поддона тоже потекла лишняя вода, которую земля в горшке уже не могла впитать. Смородник поморщился: его эта неаккуратность бесила до зубовного скрежета. Эх, выкинуть бы весь хлам да пройтись с моющим пылесосом по всем уголкам, протереть бы пыль и подбить-подкрасить все отслаивающиеся доски и дверные наличники – можно было бы сделать приемлемое жильё. А сейчас – так, упыриное логово.
– Да слушай, не знаю я ничего про нежичку, на которую ты запал. Она с тобой всё равно не будет. Вы слишком разные, пойми. У тебя температура как у котла, а она свеженькая. Ей будет больно. – Варде довольно хмыкнул себе под нос, отставил лейку и развернулся лицом к Смороднику. Не без удовольствия Смородник заметил, что упырь держится насторожённо, дёргано, будто ждал нападения. Это хорошо. Пускай не расслабляется. – А чего ты сразу в бар не поехал? Вынюхал бы всё. С твоим-то носом. Наверное, за километр нас чуешь, пёс.
– Чую. И воняет от тебя похуже, чем от твоих дружков. Ты хоть иногда моешься? Барахтанье в болоте не в счёт.
Приятно было увидеть, как лицо Варде покрывается пятнами ярости.
Прошлая их встреча закончилась для Смородника весьма плачевно, и он не любил о ней вспоминать – позор поражения был больнее, чем полученные травмы. Подумать только, какой-то тощий нежак – и так бесславно отпинал. Смородник держал в голове, что обязательно должен взять реванш, но не сейчас. Сейчас важнее разобраться с обещанием, которое Варде явно не собирался выполнять.
– Я регулярно принимаю прохладный душ, – оскорблённо скривил губы Варде. – И тебе бы не помешало, а то от температуры мозги кипят. Зачем пришёл? Мог бы сразу поехать в свой бар, раз тебя туда так тянет. Что, продают вещества из-под полы?
– Кстати, про «под полы». – Терпение Смородника почти иссякло. Он считал, что и без того держался достойно, раз до сих пор не сжёг к Темени эту вонючую халупу. А ведь так хотелось. Резко поднявшись, он рывком отодвинул стул и мыском поддел угол ковра. Стал виден люк в полу, из которого невыносимо тянуло грязью, тухлой водой, холодом и гнилью. Тошнота поднялась к горлу. – О… Вот и портал в страну фей. Давай. Ныряй.
Он качнул головой, указывая на люк. Красные пятна на щеках Варде стремительно сменились мертвенной бледностью.
– Ты… Какого хрена ты мой ковёр трогаешь?!
– Да так. Захотел убедиться, что всю грязь ты заметаешь под него.
Варде сжал кулаки и шагнул на Смородника. Смородник рывком дёрнул на себя крышку люка и чуть не потерял сознание от отвратительного мертвецкого запаха, хлынувшего на него оттуда вперемешку с ледяным воздухом. Это было настолько неожиданно, что Смородник даже не понял, что произошло. Его будто отбросило назад – на много лет. Вот он – мальчишка, который смотрит на истерзанные тела. Кругом холод и кровь, и её железистый запах режет ноздри. В груди резко закончился воздух. Темень, почему так холодно? Будто что-то пытается вытянуть из него жизнь – через кожу, через дыхание, проникая в самое сердце.
– Что у вас там за преисподняя, – буркнул он, зажимая рот и нос рукавом.
– Закрой! – прикрикнул Варде и кинулся к люку. Смородник резво выставил ногу вперёд, и Варде полетел на пол, чуть не ударившись головой об угол стола. Смородник перехватил его поперёк тела и сам грузно завалился на пол.
– Никаких «закрой», – рыкнул он на ухо Варде, борясь с отвращением. – Ты сейчас же туда лезешь. И не возвращаешься, пока не выяснишь всё про пленников. Услышал?
Варде изворачивался, как уж, пытаясь пнуть Смородника коленом в живот, но в этот раз Смородник знал, насколько коварна упыриная натура. Увернувшись от суматошных ударов, Смородник стиснул запястья Варде, зажав его руки выше головы, и навалился на него всей тяжестью. Варде закряхтел.
– Мальчики?..
Продолжая прижимать брыкающегося Варде к пыльному полу, Смородник повернул голову в сторону двери.
У входа на кухню стояла Мавна с пакетом из продуктового магазина.
Пихнув напоследок Варде под челюсть, Смородник шустро поднялся на ноги и отряхнулся от пыли. Варде за его спиной с кряхтением перевалился на четвереньки и тоже встал, держась одной рукой за стол.
– Ну мальчики… – Мавна поставила пакеты на пол и разочарованно вздохнула. Она старалась оставаться спокойной, но Смородник заметил, как от злости у неё очаровательно покраснели щёки. – Я вам тут пельменей домашних принесла и купила всякого, а вы что устроили? А если бы я пришла позже, то нашла бы два трупа, да?