Анастасия Андерсон – Особо опасная преступница (страница 7)

— Ты сейчас шутишь, на всякий случай уточнила я.

— Нет ни капли. Но позже, тебе нужно будет обязательно полететь на самолете. Это очень необычно.

— Нет уж, я согласна на поезд. Пойдем, пока он не уехал без нас.

И теперь уже я тащила Калеба за руку.

Недалеко от нашего состава расположился парень со странным предметом в руке — представлявшим собой корпус с длинным грифом. Я затормозила рассматривая незнакомца, он подмигнув мне, провел рукой по нитям закрепленным на инструменте и зазвучала музыка, а парень запел.

Ты в моих руках, Я скажу тебе правду — Лишь покажись При свете дня. Я говорю тебе, Что я чувствую — Собираясь причинить боль твоей душе, Не нужно стрелять, чтобы убить. Давай, Давай, Доверь это мне, Я даю тебе возможность На счет три показать свою сущность Или оставить все как есть. Я говорю тебе — Следи за своим языком, Я знаю, во что ты играешь, И кто ты такой.

— Что это? Он просто здесь поет? На вокзале? Но зачем? — я повернулась ошалело смотря на Калеба.

— Это уличный музыкант, их здесь много, если хочешь послушаем, есть еще время до отправления состава.

— Если можно, то я бы дослушала, — и дождавшись кивка Калеба я повернулась к музыканту.

Говорят, что нет ничего невозможного, и для меня это действительно так. Но, друзья, вы еще ничего не видели, подождите, пока я закончу… Потому что я плохой, я плохой, Давай, Плохой, плохой, действительно плохой Ты знаешь, я плохой, я плохой, Ты знаешь это

Я запоминала слова и подпевала, но тихонько, еле шевеля губами.

К моему удивлению, вокруг парня собралась толпа народа. Кто-то пританцовывал, кто-то подпевал.

Твои глаза лгут, Я скажу тебе правду — Так слушай, Не затевай драку. Говорят, что нет ничего невозможного, и для меня это действительно так. Но, друзья, вы еще ничего не видели, подождите, пока я закончу… Потому что я плохой, я плохой, действительно плохой

Парень закончил песню и поклонился. Толпа хлопала в ладоши и свистела, подбадривая музыканта.

— Пойдем? — тихонько позвав меня Калеб указал на состав.

Когда мы поднялись по ступенькам и зашли в купе у меня пошли мурашки, но я тут же взяла себя в руки. Главное это не самолет. Вот люди сумасшедшие, сами садятся в какую то железяку и летят по воздуху. Еще и без магии!

— Калеб. Я повернулась к занявшему место рядом парню. Расскажи-ка, что здесь еще есть кроме школы, поезда и самолета.

Время в дороге пошло незаметно. Калеб говорил обо всем, рассказывал о своем детстве, школьных друзьях, предметах в университете, какие у людей есть традиции, рассказал как называются предметы, показывал на своем телефоне как они выглядят и как ими пользоваться. Какие существую профессии, какими таблетками лечат доктора, историю человеческого мира, выдающихся деятелей, полководцев, философов. Оборотень оказался настоящим кладезем информации. Наверное, ему стоило стать учителем, так легко и непринужденно он все доносил. Я немного путалась в именах, странах и языках. И подумав, мы решили говорить, что я приехала из другой страны и плохо говорю на местном языке. Таким образом, если я вдруг что-то напутаю будет выглядеть не так подозрительно.

В Сонгород мы прибыли к вечеру этого же дня. Взяв машину, о принципе работы которой Калеб мне заранее рассказал, мы поехали к оракулу.

— Ее зовут Варис. Она живет за городом и очень любит уединение. У нее есть поместье, обычно собрание старейшин проходит у нее в доме. Все собираются и решают накопившиеся проблемы.

— Разве оборотни не живут все вместе?

— Нет конечно, мир большой. Многие из нас разъехались по городам и странам.

— Оборотни очень любопытны, им все интересно. Особенно это касается уже тех оборотней, что родились в мире людей. Они не чувствуют себя Аркадийцами, для них родина — мир людей. И хотя, они так же скрывают свою сущность, они более открыты этому миру. Большинство оборотней родившихся здесь, даже не всегда школу заканчивали, сбивались в стаи и сбегали исследовать мир людей.

— Оборотни и раньше здесь часто бывали, — вспомнила я одни из рассказов миссис Лавин.

— Да, оборотням нравится свобода. Аркадия — мир где мы могли быть собой, но не смотря на ее обширные территории она слишком мала для нас, оборотни живут как маги, то есть в среднем наши жизни раза в три длиннее человеческой, а это значит мы уставали от Аркадии и выходили в мир людей.

— Оборотни могут создавать пару с людьми?

— Это не желательно, мы здесь гости, и не хотели бы афишировать свое пребывание в мире людей.

— Почему?

— Здесь свой, уже сложившийся веками порядок. Люди верят в различные вещи, но никак не в магию. Если мы расскажем им о том как обстоят дела, то можем вызвать панику. К тому же невмешательство в жизнь других цивилизаций — главное правило магов. Если перестать ему следовать то начнется хаос.

— Понимаю.