Анастасия Абросимова – Последний сценарий (страница 4)

– Да, нормально, – отозвалась она.

Том присел рядом.

– Ты воспринимаешь эту историю как личную? Я прав? Почему?

– Как ты и сказал: это слишком личное. Мы с тобой мало знакомы, – Алисия бросила на него косой взгляд.

– Тогда давай знакомиться ближе. Я Том, мне двадцать пять, и я обожаю сэндвичи.

Он сделал вид, что хочет откусить кусок от обеда Алисии. Она отвела руку с бутербродом подальше и захихикала. Локон его объёмной шевелюры пощекотал ей нос и удивил своей мягкостью. Сразу захотелось запустить руку в это шелковистое море, но Том уже отпрянул назад. Пытаясь скрыть смущение, Алисия прищурилась.

– Зачем тебе это?

Он положил локти на согнутые колени, сцепил пальцы и пожал плечами.

– Мне просто интересно. Ты интересна.

Алисия видела боковым зрением, что он смотрит на неё, но не могла себя заставить посмотреть в ответ.

– Что ты хочешь знать? – спросила она, откусывая сэндвич.

– Что угодно. Что ты можешь рассказать такому незнакомцу, как я.

Алисия бросила ещё один косой взгляд на него, дожевала последний кусок.

– Ты ведь не отстанешь?

– Неа, – сказал он, откинулся назад и оперся на один локоть, вытянув ноги. – Я всегда получаю то, что хочу.

– Звучит крайне самонадеянно, – она обернулась и наконец-то посмотрела ему в глаза. Они были зелёными со светло-ореховой серединкой.

– Что есть, то есть.

– Ладно, – Алисия отвела глаза и вздохнула, собираясь с мыслями. – Я не отсюда. Из России.

Это была самая безопасная тема, которую она смогла придумать.

– Ого! Вот это да! – удивился Том. – Я слышу какой-то лёгкий акцент. Ты интересно произносишь некоторые слова. Но никогда бы не подумал, что русская…

– Алиса Разумовская, приятно познакомиться! – она протянула ему руку.

– О! Это честь для меня! – Том принял её руку. Его волосы и губы коснулись тыльной стороны её ладони. Мелкая дрожь неожиданности прошила всё тело. Алисия отдёрнула руку и затараторила.

– Н-да… Язык я учила с детства. Мама и папа преподавали английский в одной московской гимназии. Вокруг меня всегда была английская речь, хотя, конечно, американский английский совсем не такой, как классический, который мы учили в школе. Когда я попала сюда в 16 лет, мне пришлось заново его учить…

Том в открытую разглядывал её, на губах играла лёгкая полуулыбка. Алисия запнулась.

– Вы переехали?

– Нет. Родители до сих пор живут в Москве. В шестнадцать я приехала учиться по обмену в одну чикагскую семью. Провела здесь год и загорелась тем, чтобы учиться в американском вузе. Вариант был только один: если мне одобрят стипендию. Без неё у нас не было шансов. Обучение очень дорогое.

– Могу себе представить.

– Мне одобрили грант. Я была на седьмом небе от счастья, – Алисия улыбнулась. – Ведь это был университет Иллинойса! И я училась там бесплатно! До сих пор не могу в это поверить. Я изучала гуманитарные науки, кино, литературу, писательское мастерство. Подрабатывала тем, что писала заметки в газеты и журналы Чикаго. Это было самое счастливое время.

Алисия погрузилась в воспоминания, начисто забыв о Томе. Из зыбкой дымки выплывали картины прошлой жизни. Она очнулась, только когда у них поочерёдно брякнули телефоны.

– Похоже, нас уже потеряли, – сказал Том, помогая Алисии подняться. – Жаль. Я хотел услышать всю историю целиком.

Он держал Алисию за руку. Его глаза были так близко, что она могла разглядеть кольца радужной оболочки. Светло-коричневый в середине удивительным образом перетекал в серо-зелёный ближе к краю. Словно горы, утопающие в зелени, сюрреалистично закручивались в спираль и засасывали её в черноту зрачка. Одновременно хотелось провалиться в эту темноту и убежать от неё. Алисия отшатнулась и поморгала. Наваждение рассеялось. На лице Тома отразилось что-то вроде удивления. Долго они так простояли? Секунды или сотни лет – неизвестно. Алисия потянула на себя руку, которую он всё ещё удерживал. На мгновение Том сжал её пальцы крепче, но тут же выпустил. Не говоря ни слова, они вернулись в зал.

Мелани Роуз и Томас Дэвис составляли идеальный тандем, великолепно отыгрывая трагическую любовь двух 17-летних подростков. Поначалу Алисия сомневалась в выборе Дэвиса на роль Чарли. Ей казалось, что он слишком привлекателен и любой фильм превратит в милую глупую мелодраму. Но когда она увидела, насколько филигранно он перевоплощается, все сомнения испарились. Том добавлял её герою новых, едва различимых, но важных нюансов. Образ Чарли становился более объёмным и живым.

После случая на крыльце Алисия стала ещё пристальнее наблюдать за Томом. Она будто только сейчас его разглядела, увидела, насколько он красив. Особенно в этой роли, где он играл скромного чувствительного юношу в сложной жизненной ситуации. Глядя на его игру, Алисия неожиданно для себя поняла, что создала не одного, а двух главных героев. Чарли нисколько не уступал Софи в хронометраже и даже превосходил её по значимости в раскрытии темы. Софи в конце концов погибала, а Чарли оставался жить с этим горем. Может быть, Шэрил и права: это история совсем не про Софи.

– Всё! Я договорилась! – победно произнесла подруга в трубку. – Ты включена в группу в качестве статиста.

– Ого! И что мне нужно будет делать?

– Да ничего особенного. Свет, камеру по тебе будут выставлять и всё такое. Обычно статистов нанимают на местах, но ты – особый случай. Макс согласился тебя взять за небольшое снижение гонорара. Ты же не против? Если бы сама поехала, потратила бы гораздо больше.

– Ладно, чего уж, – вздохнула Алисия.

– Помощник Макса пришлёт тебе всю инфу на почту. Всё, пока! Чмоки!

Чикаго встретил Алисию солнцем и лёгким морозцем. Ну вот, наконец-то настоящая зима. Или почти настоящая: снега в городе практически не было. Зато температура на термометре уверенно держалась ниже нуля.

Съёмочную группу заселили в дешёвый отель поблизости от необходимых локаций центральной части города.

– Ну и дыра! – поморщилась Клара, бросив свою сумку на одну из кроватей. – Чур, моя!

Алисии было всё равно, какую кровать занимать. Ей досталась та, что ближе к двери.

– Я, конечно, знала, что бюджет мизерный, но чтоб настолько! – Клара покачала головой и прошла в ванную.

– Да ладно! Всё не так уж плохо, – сказала Алисия, проверяя кровать. – Бельё чистое. Только одеяла почему-то нет.

– Вот чёрт! – в ванной послышался звон. Алисия поспешила туда. – Чёртов кран отвалился!

Клара стояла с вентилем горячей воды в руках и хлопала глазами. Алисия расхохоталась.

– Смешно ей! – Клара скорчила гримасу. – Будь проклят Дэн и тот день, когда я согласилась!

Впрочем, прозвучало это не очень убедительно. Несмотря на то, что работа ещё толком не началась, каждый в съёмочной группе уже знал, что помощник режиссёра по сценарию Клара Роджерс неровно дышит к своему боссу. Это знание распространялось среди коллег, как вирус, но по какой-то неведомой причине обходило самого Дэна. Либо тот просто усиленно делал вид, что не замечает обожания своей подчинённой. Неуставные отношения во время рабочего процесса строго карались в голливудских кругах.

Кое-как вентиль был прилажен на место, но проворачивался, и горячая вода не текла. В ответ на жалобу администратор пообещал, что они устранят неполадку в течение пары дней.

– Мы что, должны умываться холодной водой?! – возмутилась Клара.

– Почему же? В душе ведь работает кран, – сутулый флегматичный администратор похлопал своими огромными глазищами на выкате, – в ближайшее время мы решим эту проблему.

Алисия была уверена, что он не собирается ничего решать.

– А можно нам другой номер? – спросила она.

– Все заняты, – парень развёл руками и медленно удалился.

– Он похож на ленивца из мультика, честное слово! – сказала Клара. – И что мы будем со всем этим делать?

Вопрос повис в воздухе. Сроки съёмок ограничивались пятью неделями. Алисия рассудила, что не так уж всё плохо, можно и потерпеть. Когда они с Роджером только поженились, им приходилось жить и в худших условиях. Двое студентов с ребёнком на руках, перебивающихся случайными заработками, не могли позволить себе хорошее жильё. Так что сломанным краном и отсутствием горячей воды её было не удивить. О чём Алисия и сообщила Кларе.

– Жуть! – воскликнула Клара. – Хотя… у тебя, наверное, масса полезных навыков теперь. Научишь меня выживать?

– Ага! – хмыкнула Алисия. – Главное – никогда не спи на морозе и всегда носи с собой зубную щётку.

– А ты мне уже нравишься! – сказала Клара. – Сходим, поищем здесь приличную кофейню?

И потекли кофейной рекой трудовые киношные будни.

– Нечасто увидишь сценариста на процессе, – Том опустился на пол рядом с Алисией. В руках он держал тарелку с едой. На площадке был объявлен обеденный перерыв.

– Я наблюдаю только в помещении, – пошутила она, откусывая кусок от сэндвича.

– Да уж, – усмехнулся он набитым ртом, – на улице вот так на полу в обед не посидишь! Неужели нельзя было написать историю в какой-нибудь тёплой локации? В Калифорнии там или в Техасе хотя бы. А то придумала Иллинойс! Чикаго в феврале! Жуть! А у нас треть сцен на воздухе! Что за подстава?!

– Прости! Вот я балда, не подумала о комфорте Томаса Дэвиса! – всплеснула руками Алисия.

– А! Я понял! – хмыкнул Том. – Это всё твои русские штучки, да? Не можешь обойтись без мороза!