Anastasia Samaeli – Ради тебя (страница 9)

Полумрак. Огромная кровать застелена бордовыми простынями. Настоящий бордель!

Девчонка дернула меня за рубаху и на пол посыпались пуговицы.

– Не терпится? – ухмыльнулся, чувствуя, что в штанах совсем тесно. – Главное, малыш, чтобы ты выдержала то, что я для тебя приготовил.

– И не таких видала, – девушка сняла юбочку и топ, представ передо мной в шикарном черном белье и чулках.

И я понял, что чулки меня возбуждают больше, чем ее шикарное тело.

Она потянулась к резинке на одном, но я перехватил ее руку.

– Нет, – ухмыльнулся. – Вот в них и останься.

Резко развернув ее к себе спиной, схватил за белые волосы и потянул немного.

– Подчиняться любишь?

– Еще как.

– На четвереньки!

Девушка тут же встала на колени и похотливо засмеялась, выставив вперед упругую попку.

Сняв туфли, я ловко справился с ремнем и ширинкой и сбросил шмотье прямо на пол.

Шлепнув девчонку по внутренней стороне бедра, заставил широко расставить ноги.

– В сумочке презервативы, – выдохнула дамочка. – Так нужно. Нам обоим будет спокойно.

Достав пачку контрацептивов, разорвал зубами фольгу и натянул резинку по всей длине.

Грубо впился в белые ягодицы и без прелюдий вошел в податливое тело шлюшки. Девчонка взвизгнула.

Я тупо вдалбливал ее в спинку кровати, за которую она крепко вцепилась, испытывая лишь первобытное желание.

Та извивалась и умоляла быть нежнее, но мне было плевать на нее. Я рулил. Она лишь вещь. Это все, о чем я должен был знать. Перевернув лицом, уложил на кровать и прижал к матрасу.

Длинные ноги обвились вокруг моей талии. Я снова входил в нее, причиняя боль. Но сам получал какое-то дикое удовольствие.

Девушка долго пыталась отдышаться, но не сдалась.

Я лег на кровать, закинув руки за голову. Никаких чувств. Жажду утолил и достаточно.

Стащив презерватив, Алла накрыла ртом растущий орган и ловко работала пухлыми губами. Теперь я понял, почему проституток не целуют. Схватив за волосы, терзал ее ротик мощными толчками. Глубже и глубже.

Перед глазами плыло. Вцепился в нее ладонями.

– Синяки останутся, – ныла девушка.

– Ты же кричала, что способна на многое, – ухмыльнулся, вновь врываясь в теплый рот. – Продолжай, Инга.

Девушка резко отстранилась и обиженно надула губы.

– Я Алла.

– Пофиг! Свободна!

Девчонка схватила шмотки и пулей выскочила из комнаты. Я прикрылся простыней, пытаясь уснуть.

– Поляк, ты че ей сделал? – в дверях появилась знакомая бритая голова Дыбина. – Алка впервые ревет после смены! – заржал парень.

– Не умрет, – я встал с кровати в поисках трусов.

Не обращая внимания на друга, неспешно надел джинсы и туфли. Рубашку дамочка испортила. Повсюду валялись пуговицы.

– Куда собрался? – Дыбин улыбнулся и указал на мою спину. – Вот за это Алке б рыло начистить. Она тебя пометила.

Я взглянул на спину в зеркало и побледнел. От царапин шмары на ней не осталось живого места. И что я скажу Инге?

Глава 8

Голова гудела от выпитого и сильно напрягали царапины на спине. Накинув рубашку, которая почему-то изрядно помялась, валяясь на полу, я вышел в зал к парням.

Их девочки уже покинули сауну. Мы остались втроем, как раньше.

– Опохмел? – поиграл бровями Андрюха, открывая мини бар. – Вот чем мне нравится это местечко. Все продумано до мелочей. И попариться, и потрахаться, и пожрать, и бухнуть слегонца!

– Слегонца? – поморщился я, но выдрал из руки друга запотевшую бутылочку какого-то заграничного пива.

Я был сельским. Все, что довелось увидеть за этот день, было диковинным. Но еще понимал, что это теперь неотъемлемая часть моей новой жизни.

– Так с чего начнем? – проглотив залпом половину содержимого зеленой бутылки, вытер рот рукавом и сел на удобный диван у бильярдного стола.

– На работу мы добро получили, – резюмировал Рустам, закинув в рот фисташку. – Давайте обсудим. В группировках свои правила. В каждой разные. А у нас их пока нет, – он смешно повел рукой. – Че с Ингой делать будешь? – перевел разговор приятель.

– Первым делом самолеты, а потом бабы, – потянулся за пачкой сигарет и зажигалкой Zippo. – Зачем нужны бойцы?

– Не тупи. Не всегда все гладко проходит. Иногда придется подраться. Получить в челюсть или сломать ее кому-то, – Андрюха тихо засмеялся.

– Слушай, ты хоть иногда бываешь серьезным? – я откинулся на удобную спинку и прикрыл глаза.

Драться. С этим может быть проблема, и довольно масштабная. После Витька я панически боялся влезать в драки. Один неправильный удар и человек погибает.

– Спорим, знаю, что тебе покоя не дает? – Рустам плюхнулся рядом. – Андрюха. Тащи пиво. Вечеринка продолжается.

– Валяй, Нострадамус, – я затянулся с каким-то диким наслаждением. – Кстати о вечеринке. Можно сегодня без девочек? Мне хватило этой Эллы.

– Аллы, но не суть. В общем, так, Поляк. Ты мне давай подвязывай вспоминать прошлое. Два года, мать твою, мы наблюдали интересное явление.

– Какое? – слегка привстал.

– Ты во сне орешь, и с этим нужно что-то делать, – Андрюха притащил три бутылки пива.

– К психологу сходить? – я хмыкнул.

– Нет, – Андрюха опустил глаза и открыл бутылку зажигалкой. – Все проще. Каждый раз, когда гребанный зэчара зарулит в твою башку, вспомни девочку из своего села. Ее лицо! Твою мать, а ведь была красавица, я более чем уверен.

– Была, – я кивнул, открывая свою бутылку. – Жаль ее. Но она не кается. Вообще, можно о чем-то другом?

– Можно, – Рустам кивнул. – Игорек.

– А че с ним?

– Ты скажи.

– Первое, я уверен, что он спит с Ингой. Второе – от него за версту гнилью несет, пацаны. Мутный он.

И тут послышался шум за дверью. Хозяйка сауны пыталась кого-то не пустить в нашу обитель похоти и страсти. Но этот кто-то, точнее эта, очень настаивала.

Дверь распахнулась, и в зал влетела разъяренная Инга.

– Где она? – ноздри красавицы раздувались. – Я тебя спрашиваю, Поляков. Где она? Я ей все патлы вырву. Неповадно будет на мужиков чужих вешаться.

– Тебя какая из трех интересует? – я глотнул еще пива и, прищурив глаза, взглянул на брюнетку.

Сегодня она выглядела неплохо. Белый брючный костюм, туфли на высоченной шпильке и черная сумочка в руке.

Инга рванула ко мне и занесла руку для удара. Перехватив в воздухе ее кисть, больно сжал и скривился.