Anastasia Samaeli – Ради тебя (страница 14)

Попросить ее руки не удалось, но я сделаю ее счастливой. Она выбрала меня, а это чего-то да стоило.

Глава 11

К вечеру пришли ребята. Кроме Рустама и Андрея были еще двое.

– Как ты, герой? – хмыкнул Рустам, не отводя недоброго взгляда от Инги. – Иногда опасно поворачиваться спиной.

Девушка опустила глаза и скинула белый больничный халат.

– Вы поговорите, а я пойду воздухом подышу, – Инга вышла из палаты, оставив меня с ребятами.

– Знакомься, Поляк, это Паша Шаман и Антон, работать с нами будут. Так Большой решил.

Пожав ребятам руки, заметил, что всегда веселый Дыбин сегодня как-то поник.

– Случилось что-то? – я присел на кровати, хотя было больно. – У вас лица, будто с похорон.

– Именно с них, – Андрей скривился. – Мальчишку хоронили сегодня. Двадцать лет, такой, как мы. Забили на глазах у сестры.

– Один из наших? – стало как-то не по себе.

– Нет, но мог бы стать, – Андрей скривил лицо и сжал руку в кулак. – Хуже всего другое. После похорон к Большому в клуб пришла его сестра. Ребенок совсем. И знаешь, что спросила? Сколько стоит убийство.

От услышанного по спине промчался табун мурашек.

– Она видела тех, кто бил? – потянулся за стаканом воды.

– Видела, – Рустам отошел к окну. – Девочка совсем, а в глазах желание убивать. Страшно это, Димка.

Парни пробыли у меня почти до полуночи. Инга вернулась в палату и тихонько сидела в кресле, поджав ноги.

Я не был знаком ни с погибшим парнем, ни с его сестрой. Я не знал, кто их родители. Но слова девочки никак не хотели покидать подсознание.

Ребенок. А жизнь уже сломали. Сразу вспомнил Раю. Не хотел бы я сестре такой судьбы. Наверное, к лучшему, что мать решила оборвать все концы, связывающие меня с семьей. Я выбрал кривую дорожку, и одному Богу известно, когда она оборвется. Лучше одному пройти этот путь. Чтобы моя сестра никогда не узнала того, что знает незнакомая мне девочка.

– Игорь исчез, – Рустам вдруг вспомнил о крысе Самвела. – Ищем, но пока безуспешно. Потрясли Геворговича. Всю хату в хлам разнесли, – он снова взглянул на Ингу, но та даже не дернулась.

– Найдем, сучонка, – Андрюха растянул лицо в зверином оскале. – Все равно появится, рано или поздно. А все беды из-за баб! Потому при всех заявляю. Лучше шлюх елозить, чем жениться!

Ребята вышли из палаты, оставив нас одних.

– Ты прости за отца, – я протянул Инге руку. – Я не знал, что пацаны к нему пойдут.

– Это ты меня прости, Дим. За отца, за то, что не ждала. Этого можно было избежать. А теперь ты в больнице. Я опальная дочь и вообще недостойна с тобой рядом быть.

– Ерунду не говори и иди ко мне, – подвинулся, давая ей место прилечь рядом.

– Поляков, мы в больнице, – голос Инги был уставшим и охрипшим. – Завтра домой выпишут, но придется еще полежать. Как за тобой ухаживать, слава Богу, знаю.

Утром я стоял с пакетом у регистратуры в ожидании выписки. Вольво ждала на парковке, и я удивленно вскинул брови, глядя на свою девушку.

– Откуда?

– Не поверишь, но я умею водить, – подмигнула девушка и уселась за руль. – Садись, поедем домой. Я устала, как собака.

У подъезда было пусто. Серые грозовые тучи сгущались. Инга ловко запарковала машину у подъезда и помогла мне выйти. Капля, еще одна и еще. Через несколько секунд начался ливень. Молнии терзали небо в клочья, а раскаты грома были похожи на взрывы. Но я любил дождь. Не знаю почему, но всегда любил.

Забежав в подъезд, прижал Ингу к холодной стене и просунул правую руку под спортивную кофту.

– Хочу тебя, – прошептал ей прямо в губы. – Ты промокла.

– И ты, – голос тихий и дрожит. – Идем, Поляков. Мало того, что раненный, еще и заболеешь.

– А ты меня лечить будешь. Ради этого я готов болеть вечно.

Мысли об Игоре улетучились, но почему-то в голове прочно засели слова Андрея. Об этой девочке, которая пришла к Большому заказать тех, кто убил ее брата. Смелая девчонка. Но так не должно быть.

В доме было прохладно, но Инга сразу же включила два электрических обогревателя.

Я приблизился к ней и стянул кофту с соблазнительного тела.

– Поляков, терпение – не твоя добродетель?

– Не-а, – выдохнул, накрывая губами сосок девушки.

В штанах стало тесно. Потянул рукой за молнию на брюках, и тут же услышал трель дверного звонка.

– Зашибись! – резко дернул кофту девушки вниз. – Иди в спальню и переоденься в сухое. Я открою.

На пороге стояли Большой и Рустам.

– Привет, Поляк, – Гена протянул огромную ладонь. – Рад видеть тебя. Как оно? Болит? – мужчина указал на зафиксированную левую руку. – А ты удивил. Красавец! Настоящий боец. Такие мне нужны.

Гена достал из под кожаной куртки какие-то бумаги.

– Это подгон от братвы. Я так понял, что ты жениться собрался?

– Да, – немного напрягся, ожидая упреков.

– Самвел дочку обратно не пустит. А вам жить где-то нужно, верно?

– У нас есть где жить, – обвел взглядом двушку.

– Да. И теперь эта хата полностью твоя. Мы ее выкупили. Тачку тебе Рустам дарит.

В этот день я стал счастливым обладателем собственной квартиры и машины. Второе радовало сильнее. Черная красавица манила к себе еще у части.

Инга вела себя странно. На ласки не отвечает, ссылаясь на усталость и я оставил попытки овладеть ею. Понимал, что ей сейчас не до этого. Мысли об отце и матери не давали покоя любимой.

– Поговори со мной, – обнял и крепко прижал к груди.

– Не могу. Чувство вины жрет изнутри, понимаешь? Дим, а если бы он убил тебя?

– Ну вот. Снова сырость развела. Не убил бы. Ты сама себя жрешь, понимаешь? Я же сказал, что простил. Этого недостаточно? Ты понимаешь, что каждый раз, вспоминая Игоря, ты даешь мне повод снова сомневаться?

Встал с кровати и вышел на кухню. Инга вышла следом.

– Голоден?

– Нет! Иди спать.

Утром заехал Рустам.

– Дела не ждут, Поляков. Надо съездить на кладбище. По вашим обычаям, после похорон приезжают на следующий день. Вчера дождь был, потому сегодня поехали.

– Верно, – тихо ответил. – Так принято. Завтрак везут. Так что за семья?

– Парни Гены крышевали их небольшой бизнес, да не углядели. Там ларек был и точка валютная. Сожгли все к чертям. Залетные какие-то. Но у семьи остались долги. Вот таких ситуаций быть не должно.

До кладбища ехали всего минут десять. Как оказалось, поселок был совсем рядом с моей квартирой. Дождя не было, но небо заволокло серыми тучами. Холодно и тоскливо.

Свежая могила находилась прямо у входа. Людей было много. Женщина в черной косынке горько плакала, а мужчина лет пятидесяти обнимал ее.

Но я искал глазами девочку. Она сидела у соседнего памятника. Спортивные штаны и короткая джинсовая куртка. Совсем не по погоде одета. Смотрит в пустоту. Длинные темные волосы треплет ветер. Но она продолжает сидеть, крепко вцепившись тонкими пальцами в деревянную скамейку с облупившейся зеленой краской.

Рустам подошел к могиле и обнял женщину. Маму погибшего паренька. Я посмотрел на фото и слегка побледнел. Он был чем-то на меня похож. Также улыбался, прищурив глаза. Фото было черно-белым, но новым. Мать парнишки засуетилась.

– Поешьте, ребята. Помяните моего Димочку, сыночку моего.