Анабель Ви – Любовь солдата (страница 10)
– Я слышала, что басилиски даже опаснее мастеров, – поделилась Алиша, до этого увлеченно слушая рассказ Геруда.
Тот кивнул.
– Да, у них особое обучение. Психология, умение, прежде всего, не драться, а хитрить, соблазнять, втираться в доверие. Они редко заводят семьи, а тех, кто воспитывался в сверхсекретных подразделениях, и вовсе стерилизуют. Девушек готовят к долгим миссиям. У нас даже ходят такие поговорки, что настоящую басилиску в военном городе не застанешь. Они годами могут жить при дворе у врага, быть своей жертве любовницей или женой, собирать сведения и, если надо, без промедления убить.
– Так калечить женскую природу… Да, вот этого я уже не могу принять, – с замираем пробормотала Алиша. Она знала или слышала, что такие женщины есть, но теперь, получая информацию из первых уст, невольно ужаснулась.
– То ли еще было! – фыркнул Геруд. – Раньше всех девочек, ступавших на путь басилиски, стерилизовали. Вот тут было жестко – или ты становишься домохозяйкой в своем клане, или тебя выдают замуж за человека из другого клана, или отдаешь всю себя служению. Мастера-воины, кстати, тоже поначалу все жили изолированно. Я мало читал историю, но был вроде период лет сто назад, когда воин должен был просто продолжить род, зачать дитя с подходящей женщиной, а потом снова уйти в служение и практически не видеться со своей семьей. Никто не думал о чувствах. Только при прошлом и нынешней убару порядки несколько изменились. Знаю, например, что она свела к минимуму стерилизацию девочек. Хотя тоже не без умысла – иногда басилиске полезно зачинать дитя от определенного человека. Так же, как полезно отцу воспитывать своих детей и передавать им свой опыт.
– А убару ваша, пожалуй, мудрая женщина…
– Вот именно, что женщина! – усмехнулся Геруд. – У нее свой взгляд на происходящее, но отнюдь не мягкий. Новые порядки, которые она ввела, многократно повысили эффективность работы мастеров.
– Ей, наверное, нелегко пришлось. Женщинам сложнее пробиться к власти в этом мире, – поделилась мыслями Алиша.
– Ха! Вот увидишь ее, сразу поймешь, почему она стала убару. И никого пока лучше нее на эту роль нет. Ну разве что Скроу Рэм, но у него совершенно никаких амбиций.
– Как, я увижусь с убару? Не слишком ли это? – пропустив половину слов Геруда, удивилась девушка.
– Конечно. Она будет решать, принимать тебя в город или нет. Но ты не волнуйся – ты ведь спасла самого Скарскроу Митору! Тебя еще и озолотят, поди, – засмеялся Геруд.
– А ты все шутишь! – фыркнула Алиша, поднимаясь.
– Да ладно тебе, я просто разряжаю атмосферу. Нас ведь, мастеров, тоже хорошо обучают психологии.
И Алиша вдруг подумала, что все эти эмоции, настроения, выражаемые мастерами, должно быть, хорошо осознаются и контролируются ими. И это вызвало в ней смесь уважения с потаенным страхом – ведь неизвестно, насколько она уже поддалась их манипуляции?
– Он выбалтывает тебе все не просто так, – сказал Скроу, когда Геруд ушел на ночную разведку. Алиша недоверчиво покосилась на мастера. За последние дни тот значительно окреп, начал сам передвигаться и даже делать кое-какие упражнения.
– Геруд нарочно делает так, чтобы у меня не осталось выбора – брать тебя с нами или устранить, – продолжил командир.
– Вы все делаете не просто так, да? – с вызовом спросила Алиша.
Скроу вздохнул.
– Мы, как и все люди, тоже поддаемся эмоциям. Не считай всех мастеров бессердечными.
– Вас тоже? – Алиша взглянула прямо в глаза мастера, так осмелела.
– Мое сердце давно очерствело. От утраты дорогих мне людей я перестал что-либо чувствовать. Но у меня остались принципы, которым я не изменяю. Поэтому я возьму вас в военный город Агнира и лично представлю убару Яни.
Алиша немного растерянно посмотрела на Скроу.
– После смерти родителей я тоже перестала чувствовать, в моей груди будто образовалась черная дыра. Но это не значит, что я оставила попытки ощущать эмоции, делиться теплом с другими людьми… Я сочувствую вам и благодарю за то, что вы решили мне довериться, – несмотря на сдержанность тона, на глазах у девушки чуть было не появились слезы. Что-то болезненно сжалось в ее груди.
– В моей профессии куда полезнее руководствоваться разумом и понятиями благородства и чести, чем изменчивыми порывами сердца. Нас делают похожими на людей именно принципы, заложенные в нашем служении. Увы, многие от пережитых потерь сходят на другую дорожку, превращаясь в по-настоящему жестоких, озлобленных людей. Я не раз видел такое среди воинов. Даже одна смерть может привести в отчаяние, а череда смертей близких подчас делает из человека холодного монстра, – поделился Скроу.
– То есть ваш случай еще не самый худший? – спросила Алиша и тут же покраснела. – Простите, я не то хотела сказать…
Скроу как-то грустно усмехнулся.
– Мне повезло с друзьями. Даже когда я терял последнюю надежду, они помогали мне выйти из тьмы. Мой вам совет, Алиша – на новом месте заведите хороших друзей. Это очень важно.
Алиша подошла к дивану и села рядом с воином. Это казалось почти интимным жестом, но ее неимоверно тронула откровенность командира.
– Последнее время я жила, ведя активную общественную жизнь, но совершенно не имея рядом друзей или родных. Это называется «одиночество большого города» или как-то так. Странно для молодой девушки, не правда ли? Но я ни с кем не могла найти общий язык. И тем более странно, что я нахожу его с вами – воинами-мастерами из другой страны, которые выросли и воспитывались совсем в других условиях. Не удивляйтесь, что я так охотно следую за вами – для меня это в сто раз лучше, чем возврат к жизни, которую я вела в Осколе.
– Ну, – неожиданно улыбнулся Скроу, отчего его правый глаз весело сощурился. – Я рад, если вы действительно обрели свой путь с нашей помощью.
И на душе у Алиши стало легко и радостно.
На следующее утро Геруд объявил, что собирается пройти по их прошлому пути до точки, откуда открывается вид на пещеру, в которой они скрывались с самого начала. Переход туда-обратно должен был занять около суток, так как воин не планировал спешить и хотел хорошенько осмотреть местность, замести возможные следы и поохотиться.
– Но разве если никто до сих пор до нас не добрался, мы не в безопасности? – удивилась Алиша.
– Повстанцы-мастера не оставят просто так гибель товарищей, – покачал головой Скроу. – То, что нас не обнаружили – полностью заслуга Гэммая. Он мастерски запутал следы и сделал вид, что мы движемся на север, чтобы обогнуть Оскол и встретиться на северо-западе с союзными войсками. Но это ничего не значит. Они наверняка знают, что я ранен, и захотят воспользоваться моментом. Также они знают, что мое восстановление потребует порядка двух недель. Поняв, что мы так и не дошли до лагеря, они обратят свои взгляды в эту сторону и решат все проверить. Те пять дней, что мы провели здесь не обнаруженными – уже большая удача. Геруд, к тому же, поставил ловушки в ущелье на пути сюда. Но это последнее средство. Теперь надо узнать наверняка, что замышляет враг, и после доклада Геруда мы отправимся в Агнир.
– Но… До новой луны еще трое суток! Вы уже достаточно оправились? – запротестовала Алиша.
– Все это время я накапливал энергию. Теперь приведу в порядок физическое тело и к приходу Геруда буду в форме, – объяснил Скроу, своим тоном дав понять, что не потерпит возражений.
Алиша вздохнула, но напряжение сковало ее изнутри. Оказывается, все это время они жили в условиях повышенной опасности! А она чувствовала себя почти, как в родной деревне! И воины, дабы зря ее не тревожить, вели себя совершенно спокойно. Снова эти их хитрости…
– Эй, не переживай! Я мигом слетаю и вернусь, а потом мы поможем командиру Скарскроу добраться до дома! – положив руку ей на плечо, улыбнулся Геруд. Девушка улыбнулась в ответ.
Через час молодой воин, прихватив небольшой запас воды и сухарей, растворился в зарослях.
– Мне уже пора собираться? – спросила Алиша у командира.
– Пока только заготовьте продовольствие. У вас же осталось что-то?
– Половина запеченной утки да солдатский паек.
– Ну и славно. Добудем еще что-нибудь по пути.
Скроу Рэм встал, аккуратно сложив одеяло и поправив подушку на диване. Он сильно похудел, но его тело наполнилось какой-то кошачьей гибкостью, невольно поразившей Алишу. Последние дни он часто неподвижно сидел, порой по несколько часов, сложив пальцы определенным образом и полностью сосредоточившись. Теперь же командир преобразился.
Он взял несколько кинжалов и вышел из дома. Украдкой Алиша наблюдала через окно, как мастер тренируется: разминает мышцы, совершает выпады, кидает кинжалы в стволы деревьев. Потом он вдруг исчез, и через полчаса Алиша разглядела его сидящим высоко на дереве. Он снова читал книгу!
Прошло еще минут сорок, и девушка, выйдя во двор слить грязную воду после стирки, увидела Скроу, без рук спускающегося с вершины старого дерева на землю. Как ему это удавалось, одному Богу известно… Но его ноги будто прилипали к ветвям.
Через несколько часов воин зашел домой, взял полотенце и сказал, что пойдет к источнику умыться. Алиша, переделав все дела и предварительно даже собрав вещи, кивнула и засела за свою книгу.
Вскоре стал накрапывать дождь. Девушке невольно стало жутко оттого, что она осталась одна в глухой долине с таким сверхъестественно сильным воином. Конечно, Скроу ни разу не дал усомниться в своем поведении, и все же, увидев сегодня его тренировку, Алиша невольно испугалась. Это был скорее животный страх перед многократно превосходящим ее во всех отношениях человеком, который до этого неделю лежал плашмя и неожиданно показал всю свою силу.