Ана Шерри – Туз пик (страница 62)

– Отпусти меня, – сквозь слезы вырвалось у нее, но вопреки своим же словам еще сильнее прижалась к нему. – Отпусти…

Он никогда не отпустит ее, но она сама не уйдет.

Анхель приподнялся и коснулся ее лица, заглядывая в красные глаза:

– Я никогда тебя не отпущу, запомни это. Ты моя на всю жизнь, но даже ее мне будет мало. Я хочу быть с тобой все последующие жизни.

Его губы коснулись ее лба. София стиснула зубы и закрыла глаза, схватившись за его руки. Он часто дышал, грудь тяжело поднималась. От внезапной слабости не было сил встать и уйти подальше от воды.

– Зачем ты хотела это сделать?

– У цыган есть одна традиция, которая мне не нравится, – прошептала она. – Вы не можете развестись. Я хотела освободить тебя от себя…

Анхель опешил. Освободить от нее – значит самому умереть.

Он снова заглянул в ее глаза и твердо произнес:

– Больше никогда так не делай! Ты сильная, и ты не одна! Мы справимся вместе с любыми сложностями, и у нас будут дети. Мир полон несчастных детей, которые ждут своих семей. У цыган нет чужих детей – все дети родные.

Глава 36

С того случая прошло два месяца. Первое время Анхель пристально наблюдал за женой, боялся оставить ее одну без присмотра.

Он никому из семьи не рассказал о том, что случилось. Они оба решили забыть об этом глупом страшном поступке.

Хотя Софии казалось, что бабушка Гюли и так все знает. Она часто вспоминала ее слова: «Не иди на поводу у эмоций». А ведь София пошла к озеру благодаря тому, что подчинилась им. Чуть не утопилась, потому что чувствовала себя ущербной и никому не нужной. Хотела освободить Анхеля от тяжкого груза.

Но София ошиблась! Она нужна была всем: Розе, которая любила вечерами обсуждать с ней сюжет своей книги, Милошу, который начал улыбаться и делиться всем, что произошло за день, своему мужу, которым София не переставала восхищаться.

Узнав от Йона, что его отец проходит лечение у психотерапевта, Анхель связался с этим доктором. Он боялся повторения ситуации, которая случилась на озере, и хотел помочь Софии справиться с горем. Она согласилась пройти курс лечения, чем порадовала мужа.

Отец Йона находился в стационаре и уже готовился к выписке. Йон ежедневно навещал его и наконец стал узнавать в нем прежнего отца, которого прекрасно помнил, но которого потерял на долгие годы. Отец поправлялся.

О случае с Софией знали только Йована и Йон. Для Йованы это стало той самой крайней точкой, которая навсегда изменила ее отношения с Деяном. Ни о какой росписи в момент, когда подруге так плохо, не могло быть и речи. Йована поругалась с женихом и, кажется, мириться с ним не собиралась. Зато девушка наблюдала за парой Йона и Тияны, внешне казавшейся милой. Будущая жена не высказывала недовольства из-за отмены свадьбы, а смиренно ждала лучших времен. Это и понятно, если учитывать, что у цыганок нет выбора. Наблюдая за Йоном и Тияной, девушка с грустью осознавала, что у нее в жизни все по-другому. Мужчина другой – совсем ее не понимает. Или это она не понимает Деяна?

За прошедшие месяцы София пришла в себя, можно было снова вернуться к теме свадьбы, но Йована поймала себя на мысли, что не хочет этого. Не хочет возвращаться к Деяну и к прежней жизни. Она забрала свои вещи из его квартиры, ушла жить к родителям.

Йована часто приезжала в больницу к Горану, отцу Йона, с которым за это время сдружилась. Это был очень милый старик, худенький и почти беззубый, но улыбчивый и добродушный. Горан всегда был рад ее видеть, каждый раз улыбался беззубым ртом и заводил цыганскую песню. Йована его поддерживала и звонким голосом подхватывала слова на цыганском, которые не понимала.

Когда Йон заходил в палату, то поначалу испытывал недоумение, но потом улыбался, наблюдая за этим дуэтом. Йон улыбался! Йована нечасто видела его улыбку раньше.

Йон тоже привык видеть девушку почти ежедневно. Однажды они вместе пообедали, и Йон узнал, что Йована рассталась с Деяном. Он внезапно замолчал, задумался, пока девушка не тронула его за руку:

– А ты хочешь связать свою жизнь с нелюбимым человеком?

– Кто сказал, что я не люблю Тияну?

На этом разговор был окончен. Это была первая и последняя попытка Йованы изменить все простым намеком. Что она хотела от Йона? Да и решила ведь уже, что он ей не пара. Хотя семья у него замечательная, и Горан великолепный человек, правда, немного смешной. Йована по-прежнему не хотела бы жить в цыганском поселке и носить длинные цветастые юбки. Ее ноги всегда оставались открытыми и так и притягивали взгляд Йона.

София пришла в «Цеппелин» навестить Нико, чтобы немного отвлечь его от мамочек с детьми. Оказалось, что он не скучал! Вместо мамочек его развлекали азартные онлайн-игры! Удивлению Софии не было предела.

– Нико! Что это? – Она взглянула за барную стойку, где стояли пять мониторов.

– Это не я! – тут же вставил бармен с виноватым видом. – Это Анхель. Это его идея. Идея классная, ведь каждую минуту кто-то проигрывает тысячи, а то и миллионы, и эти денежки идут нам. Никакого обмана, все честно, но если человек не дурак, то он в это не ввяжется.

– Боже мой, – прошептала она, – получается, ты обманываешь дураков?

– Не я! Они сами себя обманывают! – Нико постучал пальцем по виску. – Их же никто не заставляет это делать!

Это было правдой. Софии пришлось согласиться, но только потому, что задумка принадлежала ее мужу, потому что никто не заставляет людей играть. И никто не ворует у них деньги – они сами хотят от них избавиться.

Пока София восстанавливалась, много чего произошло за пределами поселка, и вот она наблюдает эти изменения. Уже и онлайн-казино прекрасно работает и почти заменяет «Обсидиан». София хотела бы посетить и его, но Анхель не будет рад.

Зазвонил мобильный телефон. Это был Анхель. Он будто почувствовал ее желание его услышать. В последние месяцы он звонил ей по нескольку раз в день, чтобы узнать, что она делает, где находится, какое у нее настроение. Понятное дело, что так он проверял, не взбрело ли ей в голову еще раз «искупаться». Но после того случая и лечения София больше не думала об этом.

– Я заехала в «Цеппелин», и ты не представляешь, что я здесь обнаружила. – Она перевела взгляд на Нико, а тот виновато захлопал глазами. – Мое семейное кафе превратилось в онлайн-казино.

– Да, – согласился Анхель. – Проблема в том, что мой хакер – твой бармен и поделить его пополам у нас не получится. Поэтому я решил не сдвигать его с места, а устроить поудобнее. Кстати, пришлось купить ему кресло…

– Он хоть еще работает барменом? – перебила мужа София. – Или только в игры играет? Посетителей как-то немного, это настораживает.

– У твоих посетителей тихий час. Оставь своего бармена – моего хакера и приезжай в «Обсидиан». Сегодня здесь день бесплатных напитков…

– Ты ввел новые правила?

– Тому, кто приведет друга.

– Я смотрю, ты быстро учишься…

– У меня был прекрасный учитель, – засмеялся Анхель, вспоминая времена, когда София работала официанткой в «Цеппелине», – но в казино другие правила, и напиток часто не действует. Если новеньким подкинуть пару тысяч на ставку, это уже более серьезно.

Весело попрощавшись, Анхель отключился, обернулся и… тут же встретился с наставленным на него дулом пистолета.

– Нуууу, неееет, – устало простонал он, – опять ты.

– Все эти месяцы я ждал, когда ты оступишься, – стиснув зубы, прошипел Александр, – но это затишье вызывает больше вопросов, чем твоя активность.

– Соскучился по моей активности? – улыбнулся Анхель и сильнее уперся лбом в дуло. – Ты определись, чего тебе не хватает.

– Пристрелить тебя, – прогремел голос. Лазар почти зарычал и опустил пистолет, – но нет повода.

– Какая жалость, – Анхель отошел от Александра. – Выпьешь чего-нибудь? Или ты хочешь яичницы с кровью?

– Твою выходку я помню. А ты жестокий человек, Ромаль Бахти. Сжечь живого человека даже я бы не смог. Мои люди нашли то место.

– Лучше сжечь одного ублюдка, чем ставить опыты над сотнями невинных душ. Я чувствую себя героем.

Александр цокнул языком и мотнул головой:

– Мы с тобой оба не идеальны. По кровожадности ты, пожалуй, уже меня обогнал, а дальше, кто знает, может, и вообще подвинешь меня, поэтому я и пришел, – он махнул пистолетом, – предупредить тебя кое о чем.

– Да что ты! – усмехнулся Анхель. – Осыпаешь меня комплиментами? Как бы в них не захлебнуться.

– Цыгане живучие, уж я-то знаю, а тем более ты.

– Короче, завершай вступительную часть и переходи к делу. Долгие разговоры меня утомляют и отнимают время, я человек деловой.

– Я тоже деловой, – напомнил Александр. – Перейду к делу: через пару дней в Сербию заедут мои машины. Я сейчас этого не скрываю, заметь!

– Очень интересно, – ответил Анхель. – Пришел меня предупредить?

– Чтобы ты не вздумал вершить правосудие! Мои машины с товаром пересекут границу и въедут в Нови-Сад. Я тебя предупредил. Теперь знай: если вдруг что-то пойдет не так, мои планы сорвутся, то виноват будешь ты. Ведь ты точно знал об этих машинах. – Александр придумал шикарный план! И хуже всего то, что он словно поманил Анхеля наживкой, которую тот должен проглотить. – Живой товар, – улыбнулся Александр, – все, как ты любишь. Тронешь хоть пальцем одну из машин, от твоей семьи вообще никого не останется.

Анхель уже не улыбался. Мерзавец знал, как надавить на больное место. Пришел перестраховать свой товар, потому что предыдущий от него сбежал. Выбора не было, Анхель кивнул: