Ана Шерри – Туз пик (страница 48)

Йон кивнул.

– Видимо, она еще не сказала ему. Придется мне идти и свататься, свадьба уже через пару месяцев. Я сделал предложение Тияне… Вернее, поставил ее перед фактом.

– Не знаю даже… Поздравить тебя или посочувствовать? А Йована?

– Йована выходит замуж за Деяна…

– Через пару месяцев?

Йон кивнул, и Анхель все понял.

– У меня другой план, дружище! – Он хлопнул друга по плечу. – Но давай сначала ты все объяснишь Тияне, извинишься и больше не будешь обнадеживать девушку, а потом я расскажу тебе о своем плане.

Йон улыбнулся, радуясь, что у него есть такой смышленый друг. Да и как Анхелю не знать, что не стоит делать того, что приведет к ошибке.

Домой Анхель пришел перегруженный новостями: Лазар, Йон, онлайн-игры. Оказалось, день сюрпризов еще не закончен. София выдала такое, от чего он застыл, не веря в услышанное.

– Ты же будешь присутствовать на родах? Не бросишь меня? Пройдешь весь ад со мной, чтобы взять своего ребенка на руки первым?

Анхель мечтал отдохнуть! Расслабиться! А тут такое!

Он лег на кровать, обнял Софию, хотя вообще не должен был находиться в ее комнате. Но как он пройдет мимо нее?

– Я? – не понял Анхель. – Почему я?

Она даже привстала, их взгляды встретились.

– Потому что ты отец.

Даже сегодняшний приход Александра был не таким сложным испытанием, как это.

– Но это же необязательное мероприятие? Можно я буду, как все нормальные мужчины, переживать за тебя, стоя за дверью?

– Ты хочешь стоять за дверью, когда можешь видеть, как рождается твой ребенок?

– Я не хочу видеть, как рождается мой ребенок! – тут же вставил он и поднялся с кровати. – Есть моменты, которые мужчины не должны видеть! Тем более цыгане! Мне даже касаться тебя нельзя, а ты хочешь, чтобы я смотрел на роды.

София пожала плечами. Она продолжала сидеть на кровати, поджав под себя ноги и уткнувшись взглядом в одеяло, и выглядела при этом растерянной.

– Ну нет, – занервничал Анхель еще сильнее. Он коснулся лица жены и заглянул в ее глаза. – Пожалуйста, можно я буду переживать и нервничать за дверью? Обещаю, я не буду затыкать уши, пока ты кричишь. Если хочешь, мы можем общаться по телефону, но я не хочу видеть этот процесс во всех подробностях.

Она могла бы ему сказать, что он трус, взять его на слабо, но задумалась о его словах, о том, что мужчинам лучше не видеть.

– Я просто спросила, но рада, что ты ответил отказом.

Анхель выдохнул. Каждая мышца на его теле расслабилась. От радости он откинулся на подушки.

– Ясмин пошла бы со мной, – прошептала София, – она бы не отказала.

– Ясмин никому никогда не отказывала, – слегка улыбнулся Анхель, – но мы с ней разные. И она женщина. У меня идея! Возьми всех цыганок из поселка – поддержка что надо!

София улыбнулась и кинула в него подушку. Он поймал ее на лету и подложил под голову.

– Кстати, ты в курсе, что Йон решил женится на Тияне? Я оставила его наедине с Йованой всего лишь на пять минут. За это время они успели разругаться в пух и прах и пригласить друг друга на свадьбу. Они нормальные?

– Надо заканчивать с этим цирком, – устало произнес Анхель. – У меня даже есть план, но в голову лезут разные мысли. Как думаешь, Йована смогла бы жить так, как живешь ты? Смогла бы уехать из города? Жить с Йоном в своем доме, иметь детей…

София не знала, не могла отвечать за подругу. Она прижалась к Анхелю и положила голову ему на грудь. Мерное биение его сердца успокаивало и манило в сон. Анхель поцеловал ее в макушку и прошептал:

– Если ты думаешь, что мне нет дела до рождения собственного ребенка, то ты ошибаешься. И мне есть дело до тебя: не хочу видеть, как тебе больно.

– Забудь, я читала, что некоторые мужчины испытывают сильнейший стресс и падают в обморок.

Вот он точно бы не хотел свалиться в обморок! Неуловимый Анхель Бахти упал в обморок на родах своего ребенка – смешнее просто не придумать.

– А про Йовану и Йона ты что придумал?

– Хотел, чтобы Йон украл ее с собственной свадьбы, но, возможно, это не очень хорошая идея, лучше их запереть где-нибудь вместе и выкинуть ключ.

София улыбнулась: эта идея ей понравилась.

Вскоре Анхель задремал прямо на ее кровати. Его дыхание стало размеренным и ровным. София вышла из комнаты в гостиную, чтобы совершить налет на холодильник, а наткнулась на Розу. Девушка сидела за столом и что-то записывала в тетрадь. Как только она поняла, что кто-то находится в гостиной, тут же закрыла тетрадь и отложила ручку.

То, что Роза вернулась к любимому занятию, было хорошим признаком. София давно не видела ее сидящей за столом и делающей какие-то заметки.

– Не помешаю? – София присела напротив.

– Ты уже села, – буркнула Роза, но потом поморщилась и добавила: – Прости, я не хотела грубить.

– Ты впервые попросила прощения, – улыбнулась София и задумалась, – а это дорогого стоит. Мы все изменились, наша жизнь изменилась… Мы вроде те же, но какие-то другие.

– Это точно, – согласилась Роза, – никогда бы не подумала, что Ясмин так тяжело жилось: она вставала рано утром и столько готовила. Сейчас я живу ее жизнью, но у меня ничего не получается. Ничего! Я даже проснуться не могу по первому звонку будильника.

– Ясмин это было в радость, она была жаворонком. Ты другая. Мы не должны подражать друг другу, ты не должна копировать жизнь Ясмин. Зачем? Такой Ясмин больше не будет, но и Роза такая одна.

– Такой Ясмин точно не будет, – согласилась Роза. – Какой выход есть у меня? Я могу выйти замуж и уехать отсюда. Я даже думала попросить Анхеля найти мне мужа.

– Замуж? – удивилась София. – Ты? Серьезно?

Роза кивнула и пожала плечами.

– Возможно, это единственный путь к спасению от самой себя.

– Это слишком легкий путь, – улыбнулась София, – пожалей мужа. К тому же ты все так же будешь рано вставать и готовить гору еды. Но хочу вселить в тебя надежду – твоя жизнь изменится после моих родов. Все самое тяжелое ляжет на мои плечи.

– Я буду тебе помогать, – кивнула Роза, – но можно не утром?

– Можно не утром. Кашу можно приготовить и с вечера.

Девушки засмеялись, подумав о такой хитрости. Хотя Ясмин была бы недовольна, бабушка Гюли тоже будет против, но в итоге две новые хозяйки на кухне сообща победят систему.

– Скажи, а ты записываешь в тетрадь рецепты? – продолжала смеяться София. – Может, это кулинарная книга? Возможно, ты повар, а прячешь в себе этот талант?

Цыганка коснулась пальцами тетради, придвинула ее к себе и положила на нее ладонь. Роза уже не смеялась. Она подняла на Софию взгляд, полный желания наконец поделиться самым сокровенным.

Ее рука придвинула тетрадь к Софии:

– Это уже пятая. Я исписала их все. Я пишу… – Она засмущалась, зажмурив глаза. – Нет, ты будешь смеяться.

Она тут же придвинула тетрадь обратно к себе, но София остановила ее и серьезно посмотрела.

– Я не смеюсь, ты же видишь, я не улыбаюсь. Обещаю, что не сделаю этого. Что может находиться здесь такого, что сумеет меня насмешить?

– Это история, – скромно прошептала Роза, – только обещай никому не говорить!

– Обещаю.

– Это история одной девушки, которая жила в городе, училась в институте и любила человека, который на нее не обращал внимания. Он любил другую…

– Ты сочинила историю? – не поняла София. – Ты пишешь книгу?

Роза кивнула и опустила плечи. Ее пальцы пододвинули тетрадку к себе. Кажется, что даже щеки покрылись румянцем…

– Так вот почему ты все время записывала… Ты записывала эмоции?

– Это важно для книги. Эмоции, действия, ситуации. В моей книге есть загадка – человек ставит опыты над людьми и моя героиня пытается ему противостоять. Александр Зец стал прототипом… Но после того как…

Плечи девушки поникли, она отвела взгляд, и София не выдержала, подсела к ней и прижала к себе.