Ана Шерри – Иллюзия правды. Туз пик (страница 7)

Цыганка отвела задумчивый взгляд, а София, пребывая под впечатлением от полученной информации, принялась обдумывать все, что узнала. С некоторыми фактами она была уже знакома, но про убийство жены слышала впервые…

– Откуда… – прошептала она.

– Откуда я это знаю? Я много читаю, и мне нравится изучать известных личностей. Каждый человек уникален, но у каждого есть грехи. Темное прошлое Александра Зеца – его убитая жена и дочь, которую он запер в психушке.

– Господи боже мой! – прошептала София, приложив ладонь ко лбу. – Зачем тебе понадобилось изучать именно этого человека?

– А это уже моя темная тайна. Я просто переживаю за вас с Анхелем и не хочу, чтобы мой брат и моя невестка боролись против такого влиятельного человека. И я не хочу, чтобы этот человек приближался к нашему поселку.

– Поэтому ты хочешь нам помешать? Но как?

– Я рассказала тебе про убийство его жены, и ты призадумалась – значит, точно не знала этого факта. Он дружил с твоим отцом, город спонсировал его лабораторию, но это не значит, что он что-то простит тебе. Он убил свою жену! Ему ничего не стоит убить и тебя. Я очень переживаю за Анхеля; мне кажется, он ходит по краю острой бритвы. Может быть, мои доводы вас немного затормозят.

Теперь София поняла: Роза сообразительна, начитанна, но по-детски наивна. София улыбнулась и обняла девушку, будто родную сестру.

– Есть вещи, о которых не говорят вслух. Есть вещи, которые не прощают. Есть люди, которые приносят зло, и этих людей надо уничтожать. Когда ты станешь постарше, ты поймешь. – София взглянула на цыганку, понимая, что Роза искренне переживает за брата. – Не переживай за Анхеля, я слежу за ним и всегда нахожусь за его спиной. К тому же за Анхелем стоит еще много людей, они не дадут Александру причинить твоему брату зло.

Роза кивнула, сделав вид, что поверила, но в душе она была явно недовольна. Девушка уже почти вышла из комнаты, когда София коснулась ее руки, в которой та держала тетрадь:

– Так все же, зачем и что ты записала в эту тетрадь? – Девушка заметила, что Роза носит ее с собой везде и постоянно делает записи.

– Ничего, просто мысли. – Она открыла дверь и вышла, оставляя Софию одну.

В доме еще отчетливо пахло гарью, словно вся копоть скопилась здесь. От этого запаха Софию снова стало мутить, закружилась голова. Неужели никто не чувствовал ужасного запаха? У бабушки совсем плохо с обонянием, если не замечает этого.

Роза после разговора вышла на улицу, а Ясмин с Милошем зашли в дом, устало улыбаясь, но при виде Софии их руки тут же разжались.

– София! – Милош поспешил к сестре. – Ясмин сказала, что ты пришла в себя. Я уже хотел бежать к Йоване через дальнее поле, но бабушка сказала, что в этом нет необходимости и ты скоро придешь в себя. – Он обнял ее. – В следующий раз, когда будешь падать в обморок, кричи как можно громче. Одному богу известно, сколько ты пролежала без сознания, пока Анхель тебя не нашел.

– Хорошо, – посмеялась она и оставила их с Ясмин наедине.

София вышла во двор, распахнув входную дверь шире, чтобы свежий воздух наполнил дом, но едкий запах ощущался даже на улице. Мысленно представив Александра, его довольное лицо, София возненавидела его еще сильнее. Хотя куда сильнее! Ее ненависти уже не было предела.

Но мысли об Александре исчезли, как только на территории дома показались мужчины. Вид у всех был измотанный, уставший. Их руки, лица, одежда были в грязи и в саже. На мокрой футболке Анхеля растеклось большое красное пятно в районе плеча. София вздрогнула и замерла, а когда их взгляды встретились, то на секунду замер Анхель, но тут же широко улыбнулся, уже не слушая Амира, забыв про пожар, про боль в плече, про то, что они все чуть не погибли. Он забыл обо всем этом, потому что видел свою прекрасную Софию целой и невредимой, стоящей возле дома и встречающей его.

Анхель прибавил шагу, она, смеясь, тоже кинулась к нему в объятия. Даже Йон улыбнулся при виде этой картины, но, посмотрев на Амира, стал серьезнее. Зато Амир улыбался все то время, что молодые обнимались. София закричала, когда Анхель поднял ее одной рукой и закружил. Она вскрикнула еще громче, когда оказалась на земле и увидела его окровавленное плечо.

– Тебе срочно надо обработать рану и поменять повязку!

– Потом, – он взглянул на друзей, которые подошли ближе, – сейчас бы отдышаться.

– Лазар не отступится, – заявил Амир, – нападение на нас во время операции с фурами явно наводка. Сегодняшний пожар – это продолжение. Чего ждать дальше? Мне точно не следует показываться в городе. Месть за предательство – мучительная смерть. Не очень хочется оказаться с отрезанной головой где-нибудь в сточной канаве.

– Не беспокойся, – Анхель хлопнул его по плечу, – мы своих в обиду не дадим. Можешь жить в доме Милоша сколько хочешь, а Милош переедет к нам. Твоим людям мы найдем жилье в поселке. – Он одной рукой обнял Софию. – Про наводку я тоже думал. Ты уверен в своих людях?

– Большинство моих людей убито, но они не смертники, чтобы класть голову на плаху. Хотя всякое может быть. – Амир задумался. – Может, Лазар кого-то шантажировал? А ты можешь поручиться за своих людей?

– Я даю гарантию насчет своих, – твердо заявил Анхель, – тут даже шантаж не подойдет, потому что цыгане не пересекаются с Лазаром.

Амир пожал плечами. Они еще долго стояли и обсуждали пожар, последствия, решали проблемы.

Шафранка пришла за Амиром, чтобы обработать раны и сделать перевязку. При виде ее на лице араба отразилась лучезарная улыбка. Это не ускользнуло от Анхеля. Он нахмурился, но решил промолчать. Потом непременно надо ознакомить Амира с правилами жизни в поселке. Амир и Шафранка ушли в дом Милоша.

– Как бы грустно ни звучало, – пробубнил Йон, – Александр пока побеждает. Что будем делать?

– Он не побеждает, – улыбнулся Анхель. – У нас в руках то, что его так активизировало, и это находится в той коробке. Побеждаем мы, хотя бы потому, что до сих пор живы. Мы лишили его оружия, инвентаря для лаборатории, нечто важного в коробке и людей, но мне не нравится тот факт, что он знал координаты моих ангаров в Мали Иджёш. Я уверен, что нас сдал человек Амира, просто ему в это сложно поверить. Других вариантов я не вижу.

Они принялись вспоминать и обсуждать каждый этап той сделки, пока не дошли в разговоре до момента приезда людей Александра.

– Когда эти машины пронеслись возле меня, я насторожилась и подумала, что они не похожи на машины людей Амира. – София тоже вспоминала тот день. Она его еще долго не забудет, ведь впервые в жизни убила человека. Она стала подобной Ромалю Бахти, но ради спасения его жизни она была готова пойти на что угодно.

Слушая ее, Анхель внимательно смотрел на Йона. В голове у обоих мужчин родилась еще одна догадка, которую было страшно произнести вслух.

– Я проверю машину Софии на всякий случай, – сказал Йон и направился к машине, оставляя Анхеля и Софию наедине.

Ничего не понимая, София нахмурилась и перевела вопросительный взгляд на мужа.

– Это обычная осторожность, – он обнял ее, – не переживай. Ты же ничего не скрываешь, твоя машина не может быть с маячком.

Йон открыл дверь со стороны водителя. В передней части салона чаще всего прячут маячки, особенно со стороны пассажира, поэтому водитель может даже не догадываться, что готовит для него попутчик. Место водителя было чисто.

София внимательно следила за Йоном. Хотя с чего ей переживать? Она же не цепляла себе в машину маячок, уж в этом она точно была уверена. Но почему-то продолжала наблюдать за Йоном: как он сел на переднее сиденье на место пассажира, нагнулся, исследуя панель перед собой. Сердце гулко забилось, когда он вышел из машины, подошел к ним и протянул руку.

В ладони лежал небольшой металлический предмет – тот самый маячок, который привел людей Александра, устроивших перестрелку. Они убили десятки людей и ранили ее мужа. Но как? София ощутила, как ослабла рука Анхеля, и она лишилась поддержки.

– Гаджо, ты опять предала нас, – произнес Йон, и от этой фразы у Софии подкосились ноги, во рту пересохло.

Анхель перевел на нее взгляд, в котором читалось недоверие, шок и что-то еще… Холодное, металлическое…

– Как он оказался у тебя? Кто был в твоей машине? – Его строгий голос окатил Софию будто ведром холодной воды. Воздуха не хватало. Мысли то и дело возвращали ее в тот злосчастный день, когда она подвозила Иво. Это Иво! Теперь не было никаких сомнений! Он лихо подставил ее.

– Это Иво, – прошептала она, – мне пришлось его подвезти… Он был пьян, пришел к моему дому…

Слезы застилали глаза, губы дрожали от испуга. Она опять разбила сердце своего мужа, сердца всех цыган… Но она не знала, что ее доброта сыграет такую злую шутку.

– Иво? Ты подвозила этого подонка, зная, что я бы этого не одобрил? – Голос Анхеля стал еще жестче.

Она смотрела на него испуганно, желая лишь одного – того, что никогда уже не сбудется: вернуться назад и все исправить. Она своими руками разрушила все, что с таким трудом создавала.

Глава 5

Анхель сверлил Софию взглядом. Она в волнении смотрела на него, чувствуя биение своего сердца где-то в горле.

– Я первый раз вижу это! Я не знала! Я все объясню, – быстро прошептала она, – давай поговорим!

Анхель зажмурился, словно от боли. Наверняка плечо нестерпимо болело, но больше всего – сердце. Он тяжело выдохнул и снова взглянул на Софию.