Ана Сакру – Опекун (страница 3)
– Я с ним никогда не говорила и никогда его не видела, – повторила тихо Тая. Чуть нахмурилась, раздумывая, – Он присылал деньги бабушке каждый месяц. Чуть больше пятидесяти тысяч. Может быть, написал распоряжение, чтобы выплаты продолжились…
– Может быть – может быть…– мужчина сдавил пальцами переносицу, закрыв глаза.
И в этом жесте было столько усталости, что только сейчас Тая заметила, что у него темные круги и резко выделяющиеся носогубные складки. Он выглядел изможденным, если сильно приглядеться.
– Хотите чаю? – вырвалось у неё.
Он поднял на неё тяжелый взгляд.
– Нет, я хочу, чтобы вы поехали со мной на оглашение завещания. Вам всё равно придется. Нотариус уже отправил уведомление.
– Что будет, если я не поеду? – поинтересовалась Тая.
Она ничего не смыслила в этих делах.
Да и ехать куда-то с этим человеком, который до сих пор так и не удосужился представиться, ей совершенно не хотелось.
Услышав её вопрос, незнакомец посмотрел на неё странно – остро и хищно. Его губы впервые тронула улыбка. Кривая, больше похожая на оскал.
– Возможно, вы не вступите в наследство…Не хотите ехать? – он будто давил голосом, вынуждая сказать "да".
Тая растерялась, не зная, что ответить, но вдруг в беседу вмешалась бабушка, все это время молчавшая у незнакомца за спиной.
– Нет уж, Кирилл Станиславович,Таюша поедет. Поедет и получит всё, что ей причитается! Нечего тут! Не обеднеете, если что-то моему ребенку перепадет!
Тая удивленно уставилась на бабулю. Её воинственный взвинченный тон очень уж не вязался с обычным состоянием бабушки. Старушка упрямо поджала губы, всем своим видом показывая внучке, чтобы та даже не думала пасовать.
Мужчина, которого оказывается звали Кирилл, резанул по Лидие Михайловне неприязненным взглядом, и снова повернулся к раскрасневшейся Тае.
– Что ж, вы в своем праве, Таисия. Тогда собирайтесь. Вылет у нас рано утром, выезжаем в Ростов сейчас. Жду вас на улице, – он крутанул запястьем, посмотрев на часы, – У вас полчаса, – отрезал и встал из-за стола, мигом заняв своей высокой фигурой, кажется, всё пространство кухоньки.
– Я…у меня работа…я не могу…вот так! – вскинула Тая на него растерянный взгляд.
– Если не можете, пишите отказ, и закроем вопрос, – вкрадчиво предложил Кирилл.
Тая закусила губу. Мужчина, замерев, ждал. Бабушка насквозь прожигала её взглядом, умоляя проявить стойкость в защите своих интересов. И Тая решилась. Почему собственно она должна отказываться?! Не должна! Может быть это её шанс…На что-то…На что-то большее!
Нет, она не упустит. И она не крадет у него. Имеет право. Полное!
– Нет, я поеду, – прошептала твердо, заливаясь лихорадочным румянцем.
Бабушка облегченно выдохнула, а у Кирилла по щекам заметно прокатились желваки.
– Полчаса, – только и бросил, выходя из их маленькой квартиры.
Глава 4
За Кириллом Станиславовичем громко захлопнулась дверь. Тая вздрогнула и так и осталась, ошарашенная, сидеть на табуретке. Куда ехать? Что брать с собой? А главное…
Отец…умер.
Это новость её размазала. Пусть она его не знала, пусть! Но эти суммы, приходящие от него каждый месяц, давали некое чувство защищенности. Внушали, что она всё-таки не одна. Позволяли украдкой мечтать…О чем? Тая и сама себе не смогла бы четко ответить. О большой семье, о доме – крепости…То, что папа существовал где-то там и помнил о ней, давало ей призрачный тыл. А сейчас всё. Будто к самому обрыву поставили, на все ветра. Один неверный шаг – и пропасть, и не подстрахует никто. Бездна.
– Надо собираться, Таюш, – вздохнула бабушка, – А то и правда, выждет ровно полчаса и уедет.
– Не хочу я с ним. Жуткий он какой-то, не заметила? Может, как придет уведомление, сама съезжу? И на работе отпрошусь нормально, – нахмурилась Тая, раздумывая.
– Вот еще, – всплеснула бабуля руками, – Это ж на билеты тратиться, самой искать где там остановиться, за койку платить, кушать что-то, везде ездить…Там метро, город огромный, заблудишься еще, а на такси денег нет! Да может уже и не будет никогда! Кто его знает, этого папку твоего, что он мог тебе отписать. Вдруг кота какого старого досматривать. Вот хохма будет! А ты все сбережения отложенные на это потратишь.
Тая слушала доводы Лидии Михайловны и медленно кивала, рассматривая узор скатерти. Ромбики, кружочки…Да, бабуля, права. Всё так.
– Ладно, пошла собираться тогда, – сдалась.
***
Не зная, что брать, накидала в чемодан всего, под завязку. Быстренько переоделась в чистые сухие джинсы и простую толстовку с капюшоном, перевязала потуже хвост. Под обеспокоенным взглядом бабушки надела кроссовки, так как ботинки до сих пор были влажные, куртку пришлось мокрую надевать – она была одна, шапка…
– Ну все, пока.
Крепко обнялась с бабулей, пряча лицо в её мягком плече и глубоко вдыхая самый родной запах.
– Ты там аккуратней, ладно, Таюш,– всхлипнула Лидия Михайловна, – Ушки на макушке держи! Ты у меня умница, я знаю.
– Всё хорошо будет, не переживай, я позвоню, – Тая слабо улыбнулась, отстраняясь. Взгляд отвела. Не чувствовало она, что будет все хорошо, и боялась, что бабушка увидит это в её глазах.
Когда вышла на улицу, Кирилла увидела сразу. Он курил у того самого чёрного мерседеса, на который она обратила внимание, когда заходила в свой подъезд. Заметив её, мужчина в последний раз длинно затянулся, сверля её тяжелым взглядом исподлобья, выкинул окурок и, открыв заднюю пассажирскую дверь, сел в салон. Ни рукой не махнул. Ничего…А мог бы и с чемоданом помочь. Тая поджала губы и покатила свой скарб сама, чувствуя себя глупо – будто навязывается, хотя он ведь сам её нашел, приехал и это предложил. Но через секунду из машины вышел водитель – тот самый бритый мужик, подскочил к ней, молча забрал чемодан и распахнул заднюю дверь, тоже приглашая в салон.
Что ж, наверно это просто не царское дело…
Тая пробормотала " спасибо" и села в машину. Водитель захлопнул за ней дверь. Внутри автомобиля было просторно, тепло, темно и пахло выделанной кожей вперемешку с холодным мужским парфюмом. Или это веяло холодом от Кирилла Станиславовича, который сидел от нее через широкий, напичканный разными кнопками подлокотник.
Мужчина мазнул по девушке нечитаемым взглядом и снова уткнулся в свой телефон.
Разговаривать он явно не планировал. Тая ощущала такую робость, что её это полностью устраивало. Она не представляла о чем они вообще могли бы говорить.
Об отце? Как-то неловко…Она ведь, получается, плод измены, а он законный сын, так? А его мать жива? Она знает?!
Вопросы мучали, но Тая сейчас была не состоянии их задать. Вместо этого она украдкой разглядывала строгую роскошь салона, так как раньше никогда не ездила в автомобилях подобного класса. И ещё она чуть- чуть, боковым зрением, следила за мужчиной справа. Его резкий нахмуренный профиль был как магнит.
Водитель загрузил Таину сумку в багажник, сел на свое место, и машина плавно тронулась. Как корабль, бесшумно и быстро, поплыла по знакомым улочкам, стремительно покидая их маленький городок.
– Показывает, что приедем через час сорок, Кирилл Станиславович, – водитель повернул к ним голову.
Кирилл оторвался от телефона. Медленно моргнул.
– Хорошо, – и нажал какую-то кнопку на подлокотнике, отгораживая передние сидения от задних черной непроницаемой шторкой.
Снова уткнулся в свой гаджет, а ее будто рядом и не было. Для Таи в салоне повисла напряженная, душная тишина. Девушка, не зная куда деть себя и чем заняться, поначалу отвернулась к окну, рассеянно следя за пейзажем, но скоро там стало совершенно не на что смотреть. Городок быстро кончился, и пошли одни бесконечные поля с редкими деревеньками, да и темнело стремительно. Достала из кармана куртки телефон, а он как назло сел. Чёрт…
– Кхм, – подала голос, привлекая к себе внимание сидящего рядом мужчины.
Тот едва заметно повернулся и вопросительно выгнул бровь.
– Кирилл Станиславович…
– Лучше просто Кирилл, – сразу перебил.
– Кирилл, – послушно повторила Тая и мучительно покраснела – так интимно ей это показалось по отношению к этому далекому, чужому человеку, – А здесь можно зарядить телефон? Блок питания у меня есть, – и, порывшись, достала из сумки зарядку, будто на слово он мог ей не поверить.
Кирилл смотрел на неё, не мигая, пару секунд, потом кивнул на розетку, которая, оказывается, была встроена в перегородку внизу у самых её ног.
– Спасибо, – Тая, пользуясь тем, что подключала телефон, намеренно не поднимала на мужчину глаз, зато отлично чувствовала её тяжелый пронизывающий взгляд на своём лице, – А мой…кхм…Станислав Игоревич, он как умер? Он болел?
– Нет, огнестрельное ранение в голову, – ровно отозвался мужчина тоном, которым принято говорить который час, – Впал в кому, через сутки скончался в больнице, не приходя в сознание. Гроб будет закрытым. Похороны через три дня.
– Его что? Убили?! – охнула Тая, холодея.
Резко села и уставилась на Кира, со скучающим видом развалившегося на своем сидении.
В его карих глазах мелькнуло презрительное снисхождение. И Тая отчетливо уловила посланную эмоцию, мол, а ты думала, в сказку попала, сельская дура?! Так четко, будто он на самом деле это сказал.
– Следствие идет. Пока сложно говорить, – вкрадчиво проговорил мужчина вслух.
– То есть это может быть самоубийство?