Ана Сакру – Опекун (страница 11)

Его тусклые карие глаза затуманились на миг, а потом хищно блеснули:

– Это большая потеря для всех нас. Ваш отец был мой лучший друг. Практически брат. Всю жизнь вместе, знаете… – Павел Андреевич ловко подхватил Таю под локоть, отесняя корпусом Кира подальше от девушки, – Учились в одном классе, потом армия, потом вместе поступили, девяностые, бизнес, м-да-а-а…Если вы хотите побольше узнать, я бы вам с удовольствием рассказал…

Та кивнула со странным виноватым видом и первая, сгорбившись, пошла к лифтам.Он по-отечески тепло улыбнулся, но лишь губами, глаза оставались цепкими как два рыболовных крючка. Впрочем на Таю так смотрел не только он в этой приемной, поэтому она не видела в этом ничего необычного. Всего лишь пытается оценить. – А я бы с удовольствием послушала об отце, спасибо, – вежливо отозвалась девушка вслух, возвращая бледную тень его улыбки. – К тому же, – Павел Андреевич вдруг подался к девушке ближе и доверительно зашептал куда-то в висок, – Он настоятельно просил меня позаботиться о вас…Святое – последняя просьба друга. И тут Соколов вдруг резко отлетел в сторону, будто его выдернули в другой угол комнаты. Тая растерянно приоткрыла рот. – Павел Андреевич, на секунду, – ледяной голос Кира рядом. Он каким-то образом вновь оказался подле неё, крепко сжимая левой рукой локоть Соколова. Тот скривившись, выдернул руку. Исподлобья посмотрел на сына своего друга. Уже без сантиментов. – Вы знали, – процедил Кирилл. – И? – Павел Андреевич надменно выгнул бровь. – Могли бы сказать, раз уж вхожи в наш дом, и мы с вами как -никак в одной лодке. Или вы решили с нее спрыгнуть? – с угрозой. И тут Соколов вдруг тихо зарычал как раненый медведь и ткнул в Кира пальцем: – Это ты! Ты из этой лодки сам выпрыгнул! Когда против Стаса пошел…За его спиной! Щенок! – его черные глаза сделались стеклянными от топивших эмоций, рот кривился, дрожа, – А теперь плетете тут про несчастный случай, про какую-то тупую девку или что он сам!! Да я вас всех на чистую воду выведу! Всех!! Что?! Не вышло сделку провернуть, так решил убить?! Думал все твое будет, молокосос?! А вот хуй тебе! Сиди со своими жалкими десятью процентами, глотай пыль! – и с полубезумной улыбкой шлепнул себя по внутренней стороне локтя, резко сгибая руку и выставив средний палец. А в следующую секунду все присутствующие женщины истошно завизжали, так как Кир молниеносный движением всадил в эту дикую улыбку на лице Павла Андреевича левый кулак. Тае прямо в глаз брызнула кровь, она шокировано отскочила. Кто-то кричал "хватит!", захлопали двери кабинетов, Ида Леонидовна кинулась оттаскивать сына от упавшего на колени соперника, нотариус, задыхаясь, подбежал. – Сука, еще раз скажешь, что это я – убью на хуй, понял?! – заорал Кирилл, бешено сверкая глазами, – Еще хоть раз…Узнаю…блядь!!! – затряс пальцем перед окровавленным лицом Соколова. – Я бы и рад, если бы не ты, дебил! – сплюнул густую слюну с кровью прямо на пол Соколов, и склонился пополам, упирая руки в колени, – Но ты докажи, блядь! Докажи! Всё против тебя! Кирилла перекосило. Он побледнел, сжимая кулаки, а мать все толкала его к выходу. И заодно схватила Таю за рукав, тоже утягивая за собой. Пока не выпнула обоих в коридор. – Всем остыть надо. Успокоиться. Хватит! Ждем тебя на похоронах, Паш! – крикнула Соколову, прежде чем захлопнуть за собой дверь приемной. – Я приду, Идочка, приду! Не сомневайся! – с истерично веселой угрозой. Дверь захлопнулась. В коридоре повисла странная звенящая тишина. Таю шатало. Кир тяжело привалился спиной к стене, запустив руки в короткие волосы. Странно на себя непохожий. Взъерошенный, дикий, со сбитыми в кровь костяшками на левой руке. Или он на самом деле и был такой? От него так и несло незатухающей агрессией. Тая поглядывала на мужчину украдкой и невольно отступала подальше. – Поехали домой, – неимоверно уставшим голосом проговорила Ида Леонидовна, сжимая изящными пальцами виски и с болезненным видом прикрывая глаза. Шумно выдохнула. Поправила прическу, одернула юбку. Кир медленно поднял на мать тяжелый взгляд. – Нет, сначала в клинику. – Какую еще клинику, боже?! – непонимающе вскинулась Ида Леонидовна. – ДНК сдать. В завещании черным по белому написано " моя дочь", но официально он её не признавал. Только биологическое родство… – Кир мазнул по Тае равнодушным взглядом и снова перевел все внимание на мать, – Мы должны убедиться. Сдадим материал, я и Таисия, проверим родственница она мне или нет. Если нет, то… – Нет, – у Иды Леонидовны вдруг широко распахнулись глаза, а сама она качнулась и оперлась рукой о стену, чтобы удержаться. Побелевшие губы дрогнули, – Нет, плохая идея. Поехали лучше домой… – Да почему? Закроем уже вопрос, – он эмоционально рубанул ребром ладони воздух. – Кир, поехали домой, я дико устала, – в голосе матери задрожал металл напополам с мольбой. Она уставилась на Кирилла, словно пытаясь ментально сообщить ему что-то. Быстро покосилась на Таю. И вкрадчиво, дернув тонкой бровью, – Позже поговорим… Он упрямо поджал губы. Их взгляды скрестились. Немой разговор, Тае совершенно непонятный. Секунда, две… И по впалым щекам мужчины прокатились желваки. Лицо сделалось мрачным. – Ладно. Потом…– медленно согласился, не отводя от матери тяжелого взгляда.

Глава 17

Когда они выходили из лифта, Кириллу кто-то позвонил. Полоснув взглядом по горящему экрану, он поджал губы и покосился на часы на запястье.

– Да, – бросил отрывисто в трубку, ускоряя шаг и оставляя Таю с Идой Леонидовной позади, – Сейчас? Понял…Нет, не надо пока высылать.

Тормознул у входа, чтобы придержать для женщин дверь.

– Да, минут через сорок буду…Пусть ждет!…Мне плевать, – закончил вызов, обгоняя мать с Таей на ступеньках.

На ходу достал ключи и пикнул сигнализацией. Фарами мигнула черная спортивная машина с агрессивной мордой, припаркованная у самого входа. Он не оглядываясь, пошел к ней.

– Кир, ты не с нами? – окликнула сына Ида Леонидовна.

Он уже распахивал водительскую дверь в этот момент. Обернулся, взгляд расфокусированный.

– Мне срочно надо в офис.

– Но к ужину приедешь? – недовольно поджала губы Ида Леонидовна.

– Не уверен… – он наконец прямо посмотрел матери в глаза, выныривая из своих мыслей.

– Кирилл, нам надо все обсудить, – многозначительно, с нажимом прошипела мать.

Тихий пару раз крутанул ключи, разглядывая мать. Затем кивнул.

– Хорошо, постараюсь к ужину.

– Уж постарайся… – Ида Леонидовна не скрывала недовольства.

Кир же на это вдруг расплылся в ироничной улыбке.

– Можешь пока показать Таисии гостевой дом. Она у нас теперь хозяйка…Таисия, – подмигнул смутившейся от такого внимания девушке на прощание, и, сев в низкую машину, громко хлопнул дверью.

Мотор мгновенно хищно заурчал, визг шин и через секунду черный спорткар уже скрылся в оживленном потоке.

– Позер…– пробормотала мать, провожая его пасмурным взглядом.

Вздохнула и пошла к седану, около которого их уже ожидал водитель для того, чтобы открыть дверь.

Ехали в тяжелом, гнетущем молчании. Ида Леонидовна сидела с каменным мрачным лицом, смотря невидящим взглядом прямо перед собой. Тая тихонько гладила бархатный картон визиток нотариуса и адвоката в кармане. Мысли путались. Слишком мало информации, чтобы четко понять, как действовать дальше.

По логике надо бы позвонить этим мужчинам, как только останется одна, попросить консультации, но…

Внутри дрожал протест. Ни Новицкий, ни тем более Каратополов, которого она еще даже не видела, не вызывали у нее доверия. Что уж говорить о Павле Андреевиче, намекнувшим так грубо, что Кирилл убил собственного отца.

Тая не могла в это поверить. Или не хотела…

Неважно!

Ей просто хотелось послушать, что первым предложит Кирилл. Она была уверена, что что-то предложит, и от одной мысли о серьезном разговоре с ним у Таи начинало нервно покалывать ладони.

Было обеденное время, и до дома они добрались быстро. На улице светило ласковое солнце, птицы пели, а лес вокруг дышал еловой капелью. Выйдя из машины, Тая зажмурилась и сладко потянулась, вдыхая звенящий чистотой воздух полной грудью. Теплые лучи приятно грели лицо.

– Что ж, пойдем сразу в домик? – Ида Леонидовна поправила солнечные очки с недовольным видом.

Её погода явно развеселить не могла.

– Пойдемте, – согласилась Тая, – Мне можно будет сразу туда переехать?

– Как пожелаешь, – сухо бросила Тихая, быстрыми шагами меряя каменную дорожку.

– Странно, что Станислав Игоревич оставил мне что-то в вашем поместье, – Тая говорила это скорее себе, чем Иде Леонидовне. Просто раздумывала вслух. Но Ида ответила, бросив через плечо.

– Ничего странного. Это было моё любимое место здесь. Он знал…

– У вас были плохие отношения? – Тая поравнялась с женщиной, догнав её и пытаясь теперь идти вровень.

– Сложные, – уклончиво отозвалась Ида Леонидовна. И добавила задумчиво, – Любовь, особенно страстная, иногда приобретает уродливые формы…А вот и он, – уже громче, деловито, – На пригорке, сразу за парными.

Тая посмотрела в указанном направлении. И правда, в густой тени пушистых елей, вверх от пирса и бревенчатого домика, у которого она видела Кирилла, спрятался одноэтажный дом, покрашенный в черный, с большой террасой и одной полностью стеклянной стеной, отчего все строение будто сливалось с ландшафтом, делая его практически незаметным.