Ана Сакру – Опекун. Тихий омут (страница 8)

– Я никогда такого не решала! – вспыхнула Тая.

– А адвокат тогда вам, Таисия Станиславовна, зачем? – сощурился Соколов.

– Чтобы вы не позволяли себе давить и манипулировать моей клиенткой, как делаете это сейчас, Павел Андреевич, – вмешался Картаполов, – Прошу вас прекратить говорить с Таисией Станиславовной в данном ключе.

– Мы не на суде, чтобы вы мне тут рот затыкали, Юрий Николаевич. И с Таисией Станиславовной, учитывая ситуацию, я общаюсь более, чем дружелюбно, – прошипел на это Соколов, начиная идти пятнами. Его светлые глаза болезненно засверкали, – Таисия Станиславовна хочет от меня большую услугу, ведь так? И при этом ничего не предлагает взамен…Да я и не просил, Боже мой! Хотел от чистого сердца помочь дочери моего лучшего друга, а вон оно как повернулось! Только этот сученыш вышел и все! Я уже не друг ей, а враг, и со мной можно только как с преступником, через адвокатов!

– Павел Андреевич… – попыталась было вставить Тая, но Соколов лишь сверкнул глазами на нее, заставляя замолчать, и, все более заводясь, продолжил.

– Конечно, Таисия Станиславовна, я понимаю, что у Кирилла возможностей убедить вас в чем угодно побольше, чем у меня. После такого-то! – и Павел Андреевич вдруг швырнул к Тае журнал, лежащий на столе, – Светскую хронику откройте, тридцать вторая страница. Не видели же похоже ещё?

– Зачем? – нахмурилась Тая, но Соколов только еще раз выразительно кивнул на журнал, явно желтый, напечатанный на тонкой глянцевой бумаге.

Девушка рассеянно стала листать, не понимая, что Павел Андреевич собирается ей показать.

И…, дойдя до нужного разворота, зажала рот ладонью, в шоке широко распахнув глаза.

Там были их фото. Ее и Кирилла. Из клуба. Они целовались в зоне для курения.

И провокационный заголовок на всю страницу: "Кирилл Тихий, генеральный директор и крупный акционер холдинга "ИнвестТрейд", был замечен в "Аполло" вчера вечером с девушкой, подозрительно похожей на его сводную сестру. Что это? Фетиш, случайность или настоящий инцест?"

Тая смотрела на буквы, и они плясали перед глазами. Небольшую статью под заголовком прочесть так и не смогла. А их фото. Боже…

По телу прокатился болезненный стыдный жар. Она даже не думала, что со стороны они выглядят так пошло. Что поцелуй вообще может восприниматься настоящим сексом, а не касание губ. Они казались парой, которая через минуту переспит на глазах у всех. Наплевав на приличия, на мораль, на закон…

– Что там? – Картаполов забрал журнал из ослабевших Таиных рук.

Тихо крепко выругался себе под нос. Покосился на Таю.

– Нам надо это опровергнуть, Таисия Станиславовна, – пробормотал глухо, – Очень нехорошо…Но…Это точно вы?

Тая прикрыла ладонью глаза, кивнула.

– Мхм… – адвокат устало откашлялся, – И вам еще не звонил никто? Вопросов не задавал? Впрочем, соцсетей вы не ведете, номера в доступе нет…Ну а Кирилл Станиславович связывался с вами уже? Он видел?

Тая отрицательно замотала головой, про себя подумав, что она же заблокировала его вот только утром. Впрочем, если бы ему сильно надо было, он бы набрал с неизвестного, да?

– Думаю, он еще не видел, – пробормотала девушка вслух, обнимая рукой горло. На шею словно удавку накинули. Сложно было дышать.

– Н-да, утро, и одиннадцати нет…Надо его оповестить как можно раньше. Тема скандальная, явно есть уже и в сети публикации. От вас так просто не останут… – задумчиво протянул Юрий Николаевич, почесывая гладко- выбритый подбородок.

– Но сначала вернемся к моему вопросу, а дальше уж сами разбирайтесь в вашем кровосмесительном дерьме, – вмешался в разговор Таи и адвоката Соколов, – Итак, Таисия Станиславовна, я до последнего надеялся, что у нас с вами получится если не подружиться, то хотя бы приятельствовать. И я смогу донести до вас, что Тихий, если не изменит курс, разрушит дело жизни отца, моего друга. Но теперь очевидно, что Кирюшу мне в ваших глазах не обскакать, – и Павел Андреевич похабно улыбнулся одними губами, прожигая Таю тяжелым взглядом, – А значит давайте говорить по-другому. Вы хотите вылечить бабушку? Отлично. Все для этого готово, в пятницу улетите. Вот только теперь у меня к вам встречная просьба. Взамен моей помощи вы отдаете мне в распоряжение пятнадцать процентов акций. Я их конечно выкуплю, не беспокойтесь, не просто так. А остальное пусть остается у Кирилла, если уж ему так надо, что он… – Соколов замолчал, делая выразительную паузу, и нарочито медленно обвел Таю липким, задержавшимся на груди взглядом, отчего девушку невольно передернуло, – Я всего лишь хочу уравновесить наши шансы в совете директоров, Таисия Станиславовна. Не более того. Так будет честно! Сейчас против решений Кирилла не возразить, но в подобном развитии дел заинтересован только он, поверьте. Стоило Кирюше выйти, как он сразу возобновил все переговоры по слиянию. Все очень стремительно сейчас идет. Он будто боится не успеть перед тем, как его снова за что-нибудь посадят. И более того, ваш отец, Тая, был против! Подумайте об этом! Он вообще не хотел Кириллу ничего оставлять! Уважьте его последнюю волю, дайте шанс холдингу выстоять, это форменный рейдерский захват! В общем…Ознакомьтесь и подпишите, как раз и Картаполов здесь, – на этих словах Павел Андреевич раскрыл портфель, лежащий на соседнем с ним стуле, достал оттуда прозрачную папку с документами, кинул ее на стол, – Это не только в моих интересах, Таисия Станиславовна, это в интересах всех нас. Подпишите, и я передаю вам все документы, необходимые для транспортировки и лечения вашей бабушки.

Тая уставилась на брошенную ей папку как на гремучую змею. Внутри все бешено дрожало. Она ведь правильно поняла? Это шантаж?!

– А если не подпишу, лечения не будет, так? Вы будете чинить препятствия, – неровным от волнения голосом уточнила девушка.

– Жизнь – это выбор, Таисия Станиславовна, – равнодушно пожал плечами Соколов, – И да, у меня есть возможность не допустить вас к этому врачу.

– Но я уже сделала его, этот самый выбор. Я обещала, вы знаете. Я не могу… – прошептала Тая ломко, уставившись в упор на Соколова. Глаза защипало от подступающих слёз. Обида, беспомощность перед этим жестким человеком захлестывали ее.

– Никогда не поздно признать ошибку и переиграть, поступив правильно, – вкрадчиво отозвался Павел Андреевич, подаваясь к девушке через стол, – Ну, что для вас имеет большее значение? – и протянул ей ручку.

Тая посмотрела на бумаги, на Соколова, на ручку в его руке и замотала головой.

– Нет, я не подпишу. Не хотите помогать, что ж…Рада только, что не в Японии я наткнулась на ваш шантаж и мне не пришлось перевозить туда бабушку просто так. Спасибо вам, Павел Андреевич. Юрий Николаевич, пойдемте, – Тая рывком встала со своего кресла, нервно одернула подол летнего платья. – До свидания, Павел Андреевич. И спасибо, что насчет прессы предупредили.

– И все-таки гены матери- шлюхи победили, да? – сжал челюсти Соколов, тоже приподнимаясь со стула, словно решил Таю преследовать, – Вместо единственной родной бабки выбрала хер, который даже сестру не брезгует ебать ради выгоды!

– Соколов, следите за языком! – рыкнул на Павла Андреевича подскочивший Картаполов, – Иначе отправитесь извиняться в суде. У меня в таких делах большой опыт.

А Тая резко развернулась и торопливо пошла к выходу, не дожидаясь своего адвоката. Хотелось успеть смахнуть выступившие слезы до того, как Картаполов нагонит ее. Не показывать, как на самом деле сильно задели ее слова Павла Андреевича.

11

Выскочив на улицу, Тая замерла в растерянности, не зная что делать. Сразу вызывать такси? Наверно глупо и стоит все-таки дождаться Юрия Николаевича. Обсудить с ним все, что произошло. Статья еще эта… Господи! И бабушка…

Таисия и без того сомневалась, стоит ли подвергать Лидию Михайловну в таком возрасте еще одной операции, решение далось ей мучительно, но теперь выбора не осталось. И в какой-то степени она даже испытала облегчение, ведь риск был, и Тая не представляла как бы жила дальше, если бы бабушка не очнулась от наркоза или умерла на операционном столе. Ведь это был бы ее, Таин выбор. Ее вина.

А сейчас…

Она старалась. Сделала все, что могла, и совесть ее была чиста. Теперь вся надежда на реабилитацию и местных врачей, хоть они и давали неутешительные прогнозы, лишь обещая сохранять бабуле рассудок и частичную дееспособность как можно дольше. Осталось только принять это до конца, смириться. Тая, глубоко дыша, чтобы успокоиться, отошла от входа в ресторан и зашагала вперед-назад по тротуару, дожидаясь Картаполова и молясь, чтобы Соколов не вышел вместе с ним. В руках крепко сжимала телефон, то и дело поглядывая на дисплей. Разблокировать Кирилла? Позвонить и рассказать про фото в журнале? Девушка зажевала губу, не решаясь. Сердце билось поверхностно, больно и часто. Ладони вспотели. Это ведь практически сделать первый шаг…Ей казалось, что и Кир воспримет это ровно так. Что она сдалась и просто ищет предлог. Он ведь как хищник, которому нельзя смотреть в глаза – нападет. – Таисия Станиславовна! Окрик Картаполова заставил Таю вскинуть голову и убрать телефон.

– Рад, что вы меня ждете, уже собирался вам звонить и мчать догонять, – адвокат скупо улыбнулся одними губами и жестом предложил Тае проследовать за ним к его припаркованной машине.