Спина мгновенно покрылась мурашками, едва он отстранился от меня, напоследок с силой сдавив пальцами голые ягодицы... Чёрт, синяки, наверное, останутся...
Обернулась, приподнявшись на локтях. Почему-то невольно улыбнулась, глядя на то, как Роман Арнольдович тяжело дышит, замерев на месте с закрытыми глазами... Красивый до безумия в этот момент, когда на лице нет маски честолюбивого начальника, но есть печать вожделения и удовлетворения...
Тихонько поднялась в полный рост. Натянула трусы, джинсы... Поправила лифчик, свитер...
Не смотрела на Романа, но знала, что он тоже приводит себя в порядок...
Вряд ли ему сейчас надо, чтобы я осталась - я же всё понимаю, ему просто было нужно...
Самое время уйти гордо и красиво. Осторожно закрыть дверь этого кабинета и оставить эти короткие минуты исключительно в своих воспоминаниях, чтобы изредка воскрешать их в памяти холодными одинокими ночами...
Никто никогда не узнает о случившемся. В конце концов, у Романа Арнольдовича есть жена и дети, в моей жизни присутствует Лёшик и мама. У каждого из нас своя жизнь...
Но, Боже мой, как же я счастлива сейчас!
Повернулась к нему. Несколько секунд с улыбкой наблюдала, как он хмурится, рассматривая непрочитанную смс-ку в телефоне, как задумчиво трёт небритую щёку ладонью... Безумно милый жест...
- Я пойду, Роман Арнольдович... Попозже приду полы мыть...
Он бросил на меня удивлённый растерянный взгляд, будто только сейчас вспомнил о том, что мы трахались несколько минут назад.
- Да, Арина... Я пока ещё немного тут побуду... Если что - не жди, иди домой, завтра помоешь...
Закусила губу. Тихо выдохнула:
- Я Алина вообще-то... До свидания.
Подхватила свою тележку. Едва слышно, не оглядываясь, просочилась за дверь.
В коридоре отошла на пару шагов, нырнула с соседний кабинет... Не стала включать свет. Без сил прислонилась к стене, съехала на пол, ибо ноги дрожали и казались совсем слабыми...
Я не в обиде за то, что он даже не запомнилмоё имя. Плевать. Я ни о чём не жалею. Лучше уж так, чем вообще никак...
Даже перед Лёшиком совесть не мучает - столько огня и желания я ни разу не видела в нём за все пять лет знакомства. А Роману Арнольновичу правда было нужно... Именно так - с первой встречной, без обязательств и претензий, именно с такой как я...
День 1. Продолжение. Сашка
Из марева тяжелого забытья выныриваю только через полчаса, когда телефон запиликал принятой смс.
Еду, Шуш. Не истери.<br> <br> Сон тут же как рукой снимает. Глаза спросонья слезятся от слишком яркого во тьме экрана. Сердце, сжавшись, больно толкается в ребра, разгоняя по кровотку впрыснувшийся адреналин.<br> <br> Я аккуратно приподнимаюсь на локте, поглядывая на мирно сопящего Олежку, медленно встаю и на цыпочках выхожу из спальни. Лучше на первом этаже подожду. А то вдруг не поднимется - сразу уйдёт в гостевую.<br> <br> Дождаться хотелось непременно. Я не совсем понимала зачем, просто внутри разлилась какая-то безотчетная нервозность, которую, казалось, может заглушить только вид родного, пусть иногда и так раздражающего, лица. Поздороваться, ненароком прижаться носом к его плечу и вдохнуть до боли знакомый древесный аромат его туалетной воды, спросить, как прошло мероприятие, удостовериться, что он не сильно пьян, обсудить завтрашней день, может даже посмеяться над чем-нибудь вместе, тихо и коротко, может... Ромка переступит порог дома, и я успокоюсь. Пойму, что ничего не изменилось, что наш дом по-прежнему наша крепость, а я всего лишь истеричная дура. А пока тревожно почему-то...<br> <br> Прохожу на кухню, щелкаю чайник. Достаю банку с кофе. Ромка смеётся надо мной, и даже немного зло, но я люблю растворимый. Ставлю на стол свою любимую кружку. Открываю и со вздохом закрываю холодильник. Не буду на ночь. И так мой когда-то сорок второй уже почти подобрался к сорок шестому. Надо взять себя в руки и начать заниматься, тем более, что даже ходить никуда не надо - в доме собственный небольшой тренажерный зал и бассейн в подвале. Ромка вот каждый день встаёт в шесть утра и проводит там полчаса - выглядит идеально, а я... Вздохнув, веду взглядом по своему нечеткому отражению в стекле серванта и безвольно насыпаю вторую ложку сахара. Чтобы чем-то себя занять, начинаю листать новостную ленту. Лезу в инстаграм, нахожу парочку Ромкиных сослуживцев. Веселые фотки с корпоратива, сторис с дикими танцами бухгалтерии, пьяные объятия в курилке. Только Ромки самого практически нигде нет: лишь видео с его официальным поздравлением Нины Семеновны и всё. Хммм...<br> <br> Звук заезжающей во двор машины заставляет втрепенуться и вскинуть голову. Он. Сердце громко грохочет в груди. Гав.<br> <br> Снова утыкаюсь носом в телефон, будто и не жду его, а просто так спустилась кофе попить. Да... почти в двенадцать. Глупость, но... Шаги в прихожей. Пролистываю ленту фотографий дальше, невидящими глазами смотря на чужие мне лица. Между лопаток начинает покалывать- мужские шаги замирают на пороге кухни. Закусываю губу.<br> <br> - Привет, - хрипло и отстраненно.<br> <br> -Привет...- бормочу я в ответ.<br> <br> И только тут поднимаю голову и смотрю на него. Жадно впиваюсь взглядом в родное лицо мужа. Серые глаза мутно блестят, но глядят как обычно цепко, а значит он, если и был пьян, то уже почти протрезвел. Грубые, словно рубленные черты смотрятся резче, чем обычно, выдавая усталость. Острые скулы, жесткая линия подбородка, тонкие губы, горбинка на носу, впалые щеки, потемневшие от отросшей за день колкой щетины. Ромка отводит глаза, как только наши взгляды пересекаются, нервно проводит пятерней по ежику на затылке и шагает к кофемашине, повернувшись ко мне спиной.<br> <br> - Саш, спать иди, а? - с прорывающимся раздражением в низком голосе,- Всё, проверила...<br> <br> С неожиданной злостью Ромка ударяет кулаком по столу, отходит от кофемашины, рвёт на себя дверцу холодильника. Достаёт банку пива и с жадностью делает большой глоток, поднимая на меня серые, поблескивающие льдом, глаза. С вызовом. Мол, только попробуй хоть что-нибудь сказать...<br> <br> Поджимаю губы, обхватывая себя руками.<br> <br> - Что проверила-то, Ром? - небрежно вскидываю бровь, косясь на банку пива в его руке. Я почти уверена, что ему и пить-то её сейчас не хочется. Специально мне назло. Бесит...<br> <br> - Ну как что...- он криво усмехается подходя вплотную.<br> <br> С глухим стуком ставит банку пива около моего локтя, нависает, загораживая своей мощной фигурой тусклый свет боковой лампы. Кожу обдаёт его горячим дыханием с отчетливыми нотками крепкого алкоголя, порождая вязкую слабость в теле. Древесный аромат парфюма смешивается с едва ощутимым запахом мужского пота.<br> <br> - Как что,- повторяет Ромка, выдыхая мне прямо в лицо,- Достаточно ли рано, достаточно ли трезв... Что ты там обычно проверяешь. Не переживай, Шуш, помню я про машину твою и про врача, и про школу. Неудобств не доставлю тебе... Спать иди теперь!<br> <br> - Рооом...- нижняя губа неожиданно начинает дрожать от нахлынувшей кипучей обиды, от чего его имя вибрирует в ночной тишине, - А так просто я не могу тебя подождать что ли? Не могу?! Потому что соскучилась, потому что хочу узнать, как у тебя дела, потому что... Потому...<br> <br> Прерываюсь, жадно втягивая носом кислород, и застываю под его потемневшим взглядом. Мне кажется, или что-то вспыхнуло. Прямо сейчас. Между нами. Что-то, похороненное под толстым пыльным слоем, забытое. Жалкий отблеск, но мне и этого хватает, чтобы тягучий жар пронесся по позвоночнику и стал комом разбухать между ног. Дыхание срывается...<br> <br> - Рооом...- совсем уже по-другому тяну, заглядывая в серые глаза напротив. Тихо и хрипло, слишком остро ощущая себя женщиной впервые за последний месяц так точно.<br> <br> - Милый...- едва слышно. Моя рука ложится на его вздымающуюся твёрдую грудь. Ладонь покалывает от жара чужого тела. Пальцы плавно скользят вниз по ряду пуговиц. Ощущаю подушечками, как напрягается под ними мужской живот,- Ну что ты...<br> <br> Сглатываю вязкую слюну, собравшуюся во рту, дергаю ремень и поднимаю на мужа умоляющие глаза. Страшно, что оттолкнет, съязвит, испортит. Ромка может, а я так хочу...<br> <br> Он молчит, смотрит на меня, не мигая. Только раздувающиеся ноздри и четче проступающие скулы выдают его. Слабо улыбаюсь, встаю со стула и едва удерживаюсь на подкашивающихся ногах.<br> <br> - Так соскучилась что ли, Шуш? - хрипло тянет Ромка, то ли не веря, то ли посмеиваясь, то ли всё вместе,- Правда что ли?<br> <br> Тяжелая пятерня зарывается мне в волосы, треплет обидно: как ребенка, а не как женщину. Унизительно. Я тут же дергаю головой назад, но Ромка резко нажимает на мой затылок, принуждая встать на колени. Саркастичная улыбка моментально стирается с его губ. Застывшее лицо искажает чувственной злой гримасой. Пальцы в моих волосах с нажимом гладят кожу головы.<br> <br> - Ну, Саш...Соскучилась же...Ну...- он сам дёргает ремень, расстегивая до конца, вжикает молнией на брюках, слитным движением сдвигает вниз резинку боксеров,- ...Давай...<br> <br> Мой расфокусированный взгляд застывает на крупной багровой головке, чуть покачивающейся около дрожащих губ. Сухой жар стыдливости, смешанный с похотью, лижет щеки. Никогда не любила, и не очень умею, но сейчас, признаться, хочется... И то, как крепко и требовательно он давит на затылок, только добавляет зудящей влажной пульсации между ног.<br> <br> Послушно подаюсь вперёд, прикрыв глаза. Размыкаю губы, впуская член в рот, и на языке разливается терпкий пряный вкус. Всасываю глубже, медленно и аккуратно, привыкая. Но Рома нетерпеливо с тихим рыком надавливает на мой затылок. Я подставляю руки в протестующем жесте, замычав от нахлынувшей паники. Что сразу вот так, что я просто задохнусь.<br> <br> Муж с остервенением, будто я лишь из вредности сопротивляюсь, только агрессивней подается вперёд. Горло сжимает рвотным спазмом. Слёзы, из носа начинает течь. Скотина... Я, скуля, ударяю кулаком по его бедру, а потом прикусываю... назло. И только тогда Ромка с матом отпукает.<br> <br> Не удержавшись, падаю перед ним на четвереньки, отплевываясь и судорожно пытаясь подавить рвоту. Спазмы в желудке стремительно начинают перерастать в рыдания. Ненавижу-ненавижу-ненавижууу...<br> <br> - Саш...-Ромкина тяжелая ладонь ложится мне на плечо. Я в ответ дергаюсь, пытаясь скинуть, но он лишь крепче вцепляется,- Ну, прости, ну... Нашло, что-то... Знаю, что ты не умеешь...<br> <br> ЧТООО???<br> <br> И вот тут меня накрывает по-настоящему.<br> <br> - Да пошёл ты... На х..й пошёёёл!!!- я завываю в голос, вскакивая с коленей. Не разбирая дороги, выбегаю с кухни.<br> <br> Трясёт, бьёт крупной дрожью...Не умею... Да пошёл он, сволочь! Всё оно пошло!!!<br> <br> - Саш, бл..ть! Стой, твою мать, стой!<br> <br> Залетаю в гостевую ванную на первом этаже, и только тут меня Ромка нагоняет. Не даёт закрыть дверь, грубо впихивает внутрь, толкнув плечом.<br> <br> - Дууура...- муж остервенело шипит мне прямо в лицо, перехватывая пальцами подбородок, больно впиваясь в скулы,- Сашка, ты бл..ть... Задрала, ты, Сашка! Слышишь? Слышишь меня?<br> <br> Я в темноте ничего неразличаю кроме его лихорадочно мерцающих глаз. Тяжелое надсадное дыхание шумит в ушах, и я уже не понимаю, чьё оно. Ромка подаётся вперёд и больно ударяется лбом в мой, в голове тут гудит, колени подгибаются. Ощущение близости и какой-то чувственной безысходности затапливает меня с головой.<br> <br> - Люблю тебя, дуру, понимаешь? - с таким отчаянием, будто нет ничего невыносимей этого. А у меня внутри всё сладко сжимается в ответ. Так говорить только он умеет. Только он.<br> <br> - А ты, Саш? Любишь меня, а? Саааш...- его словно раскаленные ладони ползут по моей спине, собирают гармошкой сорочку на бёдрах, жадно сминают ягодицы.<br> <br> Между ног кипятком ошпаривает, и я сама уже импульсивно вжимаюсь в горячее сильное мужское тело, с восторгом ощущая впечатавшуюся в живот эрекцию.<br> <br> - Люблю, Ромочка... Конечно, люблю. Родной мой, милый...- всхлипываю и глотая слёзы, бормочу в ответ, обнимая его за крепкую шею.<br> <br> В эту секунду я ощущаю себя по-настоящему счастливой. Словно и не было ничего. Ни этой постоянной не прекращающейся усталости от домашней суеты, ни детских истерик и болезней, с которыми я неизменно оставалась одна, не получая от него никакой поддержки, ни жестоких обвинений друг друга во всех грехах. Ни Ромкиной катастрофической занятости и бесконечного отсутствия, ни холодности в общении и подозрений, что он со мной только из-за моего отца, ни намеков знакомых и показной жалости подруг... ничего этого. Ничего... Словно нам опять по двадцать. Ведь нам было хорошо... Было...<br> <br> Я почти ловлю, жадно хватаю за хвост то ощущение. Я хочу ему верить, хочу. В его любовь...<br> <br> - Давай, Шуш, давай...- Ромка подхватывает меня за бёдра, рывком усаживает на длинную каменную столешницу, идущую вдоль стены.<br> <br> Поцелуй-укус больно сминает губы, зубы стукаются. С жадностью всасываю его язык, чувствуя грубые пальцы у себя между ног. Не стал снимать моё белье, лишь торопливо сдвигает полоску в сторону. Качнув бёдрами, одним слитным давящим движением заполняет меня собой. Из моего горла вырывается протяжный стон, болезненное ощущение заполненности обращается чувственной дрожью. Мне этого так не хватало, так... Лоно моментально набухает от притока крови, жадно втягивая член. Голова кружится, задница с противным звуком елозит по холодному камню, прилипая... Жесткие рваные толчки, мужское хриплое дыхание у моего виска, горячая ладонь сминает левую грудь выкручивает сосок.<br> <br> Жалобно скулю, запрокидывая голову, подаваясь навстречу. Хорошо, как же хорошо...<br> <br> Разрядка накрывает слишком быстро, становится даже обидно. У меня оставалось ещё полминуты до Ромкиного оргазма, а я уже не хочу, и просто жду его. Глажу жесткий ежик на затылке, с наслаждением зарываюсь носом в ключицу. Родной...<br> <br> Ромка дёргается глубже, по его телу проходит волна тягучего спазма. Обмякает.<br> <br> - Всё, Саш...- выдыхает муж устало, но с явным самодовольством мне в висок,- Спать.
