Ана Мелех – Присмотри за мной (страница 14)

– Не определилась с тем, куда хочу поступать, – пожала плечами я, все так же не поднимая взгляд.

– И как этот год поможет тебе определиться?

– Я не знаю, Макс, – честно ответила я. – Если не поможет, пойду на юриста, как и отец. Но я надеюсь на лучшее.

– Не хочешь быть юристом?

– Если бы хотела, поступила бы еще в этом году.

– Ммм…

– Что значит это твое «ммм»? – я все же не выдержала, положила приборы и взглянула прямо ему в глаза.

– Просто «ммм», – усмехнулся Макс, опрокидывая в себя остатки шампанского. – Ты слишком нервная.

– Я нормальная, – процедила я сквозь зубы.

– Когда у тебя были последние отношения? – резкая перемена темы застает меня врасплох.

– Почему ты спрашиваешь?

– Почему я не могу спросить? – снова кривая усмешка. – Это великая тайна?

– Нет, просто я считаю, что это тебя не касается, – как можно спокойнее ответила я.

– Да?

– Да!

Мы замолчали, но, готова поспорить, наше молчание было совершенно разным. Мое – смущенным, его – насмешливым.

– Когда были твои последние отношения? – скорее в отместку спросила я.

– Почему ты решила, что сейчас я ни с кем не встречаюсь?

– А ты с кем-то встречаешься? – поджала губы я.

Ну конечно, он же пропадает где-то целыми днями, порой даже дома не ночует. У него точно кто-то есть. Хотя почему меня вообще это волнует?

– Нет, – Макс, казалось, следил не только за каждым моим движением, но и за каждым морганием. – Я один.

– Ммм… – почему-то дышать стало легче.

Я не могла понять себя, не могла разобраться в своих противоречивых чувствах и меня это жутко раздражало.

– Что значит это твое «ммм»? – широко улыбнулся он, возвращая мне вопрос.

– Знаешь, – мне вдруг стало жутко жарко и неуютно рядом с ним, захотелось поскорее встать и уйти. – Я, наверное, пойду. Спасибо, что накормил. И за шампанское спасибо.

Я поспешно поднялась из-за стола, повернулась неуклюже, задела бокал, и он полетел на пол, разбившись с оглушительным звоном.

– Я сейчас уберу, – пробормотала под нос и поспешила в кладовку за веником.

– Стой, Лер, ну куда ты бежишь?

– Осколки убрать нужно, – не оборачиваясь бросила я. Услышала шорох и ускорила шаг.

– Я сам уберу, подожди! – он догнал меня в считанные мгновения, перехватил рукой за талию и со всего размаху прижал к себе. – Хватит от меня бегать!

– Я не бегаю от тебя, – дыхание перехватило, а кожа под его ладонью разгорелась огнем.

– А что ты делаешь? А? – Макс одним движением развернул меня лицом к себе, впечатал в свою грудь. – Что я сделал не так? Скажи мне!

Я смотрела на его плотно сжатые губы, на бьющуюся жилку на шее, на горящие серые глаза, обрамленные темными прямыми ресницами, и спутанные волосы. И вдруг поняла очевидное. Я бежала не от него. Я бежала от себя. От того, что во мне начинало шевелиться, когда он приближался ко мне, от своих эмоций, от своих желаний…

– Почему ты так на меня смотришь? – его голос стал хриплым и от осознания, что это из-за того, что я рядом, по телу пробежалась приятная дрожь.

Разве я могла ему ответить?

– Лера…

– Отпусти меня, пожалуйста, – попросила я.

Макс разжал хватку немедля. Опустил голову и замер, тяжело дыша. В этот раз он дал мне выбор.

Я отвернулась, и даже прошла пару шагов, а потом… Я сама сократила расстояние между нами, сама притянула его к себе, и сама его поцеловала. Жадно, кусая его губы и цепляясь за плечи, чтобы не упасть от пьянящего головокружения, чтобы он не развеялся, как утренний сон. Разбиваясь на осколки рядом с ним и едва удерживая сошедших с ума от счастья бабочек в моем животе, которые рвались только к нему, хотели только его. Я сама выгнулась навстречу его напряженному, как струна телу, так, словно что-то внутри меня тянуло к нему невидимым магнитом, таким сильным, что этому просто невозможно противиться. Так что во всем, что случилось после, виновата тоже только я.

Макс всего на мгновение опешил, замер, будто бы не веря мне и моему телу, шумно втянул воздух, наполненный ароматом моих духов и моего желания, и сжал сильными ладонями талию, вдавливая меня в себя. Его язык ворвался в мой рот, скользнул по нёбу, отвечая на поцелуй, забирая инициативу себе. Я задрожала, словно загипнотизированная коснулась его гладковыбритой щеки, зарылась руками в его волосы, потянула за них, радуясь таким простым действиям, как умирающий от жажды радуется воде. Его ловкие пальцы быстро нащупали скрытый замок на моем платье, потянули за него, подставляя прохладному воздуху дома разгоряченную кожу моей спины. Мои руки забрались под его футболку, прошлись по мышцам живота, вырывая изо рта Макса рваные вздохи, которые я глотала и сходила с ума от этого. Он потянул бретельку моего платья вниз, и вряд ли уже тогда я смогла бы остановить это безумие даже если бы захотела.

Макс сдернул с моих плеч бретели, оставляя меня в кружевном бюстгальтере и скомканном платье, болтающимся на талии, и оттолкнул от себя. Мы застыли друг напротив друга, тяжело дыша. Он взлохмаченный, с трепыхающимися ноздрями, будто он – зверь, который напал на след своей добычи, красивый до невозможности, с совершенно сумасшедшим взглядом. Уверена, у меня сейчас такой же. В моей голове билась мысль о том, что я тоже хочу видеть его без одежды, хочу быть ближе, хочу… Но почему он остановился?

– Ты – самое совершенное, что я когда-либо видел, – вдруг произнес он.

Смысл его слов доходил до меня словно через толщу воды.

– Я никому тебя не отдам, – его зрачок закрывал почти всю радужку, от чего глаза казались невероятно черными, как две бездны, в которые я проваливалась без надежды когда-нибудь выбраться. – Слышишь?

Я кивнула, не сводя взгляда с его губ, по которым он скользнул языком.

– Ты теперь моя, – он сделал шаг ко мне, и все внутри меня возликовало. – Только моя. Скажи это!

– Твоя… – как заколдованная, лишенная воли, повторила я.

И он сорвался. В доли секунды скидывая с себя футболку, он ринулся ко мне крышесносящим смерчем, ураганом. Впечатал меня в стену, распиная перед собой, одной рукой уберегая мой затылок от удара, другой сжимая мое горло. Не больно. Волнующе, обжигающе, идеально.

– Говори мне это, – прорычал он мне прямо в губы.

– Я твоя, – послушно сказала я, пытаясь дотянуться до него, поцеловать, но его губы каждый раз оказывались в миллиметре от моих.

Ладонь, лежащая на моем затылке, сжала в кулак длинные волосы, потянула, заставляя закинуть голову выше, вжаться горлом в его ладонь.

– Еще, – потребовал он.

Его ладонь соскользнула с моей шеи, проследовала по груди, изучая все изгибы и выпуклости сквозь тончайшую ткань. Его поцелуи посыпались на мои ключицы, грудь и плечи. Жесткие, властные, требовательные. От них все взрывалось внутри. Им хотелось подчиняться. Макс дернул вниз кружево, прикрывающее грудь, стаскивая его так, что бретельки связали мои руки на уровне локтей. Попыталась дотянуться до его лица, но нет, никак. Хаотично шарила по его телу, словно не знала, что делаю. Хотя, конечно же, все я знала. Я хотела сейчас этого так, как могут хотеть жить люди перед смертью. Я потянула за пуговицу его джинсов, запустила ладонь под резинку плавок и обхватила его. Макс застонал, впиваясь мне в губы, кусая их:

– Еще!

– Я твоя, – моя рука скользнула вверх, и снова вернулась обратно. – Твоя, – еще одно движение и еще один стон один на двоих. – Только твоя.

Он рванул меня вверх резко, заставляя обхватить его талию ногами, поддерживая цепкими пальцами за ягодицы. Вошел быстро, сдвинув белье в сторону, вырывая у меня не стон даже, крик, выпивая его с моими поцелуями.

– Моя, – рычал он в такт своим движениям и моим стонам. – Повтори!

И я повторяла. Сквозь пелену, падающую на глаза, сквозь нарастающий зуд внизу живота, сквозь слезы, выступившие на глазах от невозможности справиться со своими эмоциями, ощущениями… А потом я взорвалась и закричала. Сквозь сладостные спазмы я почувствовала, как рука Макса вновь легла мне на горло, сжала так, будто он хотел не только слышать мой крик, но и чувствовать его. Воздух едва прорывался в легкие, но вместо страха это принесло мне наслаждение, второй волной скрутившее тело. Я взлетала выше неба, выгибалась, сотрясалась вся, царапала его бока – единственное, до чего я могла дотянуться. И слышала только одно:

– Моя, моя, моя…

Отпустив мое горло, Макс вдруг поставил меня на пол и быстро развернул к себе спиной. Я едва не падала от переизбытка всего во мне, и твердая рука поддержала меня в самом чувствительном месте. Мои волосы хлестнули по лицу – он накрутил их на кулак, дернул на себя, заставляя выгнуться. Его движения были все резче, а мои крики все громче. Я уже ни о чем не думала, ничего не соображала, я была словно не на этой земле. Макс прижал меня щекой к стене, удерживая мою голову на месте так, что боковым зрением я могла видеть его тело, покрытое блестящими бисеринками пота, его лицо с алыми щеками и закушенной губой, и такое же помутнение, которое было во мне. Когда меня сотрясла очередная волна нашего безумия, Макс тоже дернулся в последний раз, закинув голову вверх и прикрыв глаза. Все пульсировало во мне, горело, кричало о чем-то пока мне неизвестном.

Мы пытались восстановить дыхание. Мои ноги дрожали, и, если бы Макс не держал меня, я бы рухнула прямо здесь. В голове была абсолютная пустота, ни одной мысли не осталось после того, что только что случилось. Я знала, что это ненадолго, что скоро страхи и предрассудки вернутся. Но это будет потом.