Ана Кох – Много нас (страница 38)
***
Этот субботний вечер должен был снова пройти у Зака, но они всей семьей отправились к бабушке, поэтому мне приходится придумать себе занятие на сегодня и завтра. Отсутствие любви к выполнению домашних занятий не сделало меня плохой ученицей, но все же иногда создает мне проблемы. Например, как сейчас. Я разгребаю тетради и открываю нужные статьи в интернете, чтоб выполнить необходимые работы по самоподготовке.
Через несколько часов после учебы откидываюсь в своем стуле и разглядываю потолок. Повернувшись, смотрю на дверь в комнату, свет из коридора не падает, а, значит, Лика уже спит. Выйдя тихо из комнаты, прохожу на кухню, где обнаруживаю свою соседку за обеденным столиком и с телефоном в руке.
– Не спится?
– Ага. Все думаю-думаю-думаю.
– Что-то уже решила?
– Не совсем.
– И все же?
– Склоняюсь к тому, что пойду на поводу у своих низменных желаний.
– Вау.
– И мне тоже “вау”. Когда если не сейчас? Пожалуйста, ничего не говори.
– Твое дело. Есть будешь?
– Ага.
Сделав свои фирменные сендвичи из всего, что есть в холодильнике, ставлю тарелку на стол и рассматриваю запасы чая, которые стремительно пополняются. Под погоду, сезон, праздник, настроение – на любой случай жизни у Лики есть идеально подобранный напиток (если б я в них еще разбиралась) и свеча, которыми завалены полки в ее комнате.
– Чай? Тут есть черный, черный с каким-то нарисованными цветами, синяя коробочка, фиоле…
– Зеленый с мятой, – я смотрю на разнообразие в шкафчике передо мной и пытаюсь понять, что именно я должна взять.
– Светло-зеленая упаковка, на ней изображен шершавый листочек.
– Ты даже не повернулась.
– У меня система. Я помню, что где лежит.
– Л-л-ладно. Сахар?
– Два.
Уже лежа в кровати после нашего ночного перекуса, я продолжаю пялиться в потолок и мучить себя мыслями и сомнениями. Что если я окунаюсь в омут с головой? Вдруг развитие наших отношений слишком стремительно, и мы быстро перегорим? Может, я снова должна взять дистанцию, чтоб не позволить нам слишком сблизиться? Но ведь именно этого я хочу и всегда хотела. Избегание этой возможности если и не отдалит нас, то точно не даст никакого развития. Тем более, мы видимся не каждый день, у нас есть время отдохнуть друг от друга и уделить его себе и своим делам. Ладно, пусть будет как будет, а дальше разберемся. Нет абсолютно никакого смысла пытаться разглядеть будущее до тех пор, пока оно не наступило.
***
Утро понедельника встречает меня темнотой и первым снегом. Лика с непривычно недовольным лицом молча плетется рядом, не обращая внимания на то, что происходит вокруг нее. Поскользнувшись на замерзшей луже, падает, но я успеваю схватить ее за руку и не дать рухнуть и удариться.
– Зима началась, тебе как обычно?
– Угу.
Помня про Ликину любовь к систематизации и привязанность к ритуалам, захожу в кофейню и заказываю себе стаканчик кофе и какао для Лики. Осенью она пила чай, теперь настало время для углеводной утренней бомбы. Бармен выдает мне напиток, а я прошу его добавить в какао мятный сироп и маршмеллоу и цветной посыпкой. Может, это хоть немного улучшит настроение моей подруги.
– Держи, тут все так, как ты любишь.
– Спасибо… – ее тихий голос напоминает мне те дни, когда мне не хотелось ни с кем разговаривать и я мечтала, чтоб исчезла сама или исчез мир вокруг меня.
Не могу сказать, что моя подруга – королева драмы, но такое поведение, а тем более переживание из-за парня-незнакомца, очень похоже на чувство неразделенной любви. Но к чему? К мимолетному увлечению? К своей фантазии? Или это просто желание сделать что-то несвойственное самой себе и посмотреть, что из этого выйдет?
Когда мы с Ликой познакомились в начальной школе, то она была тем ребенком, кто встает по часам, дышит на счет и делает все по расписанию. Иногда у нее были маленькие бунтарские всплески, когда она стала красить волосы, делала темный макияж или набила свою единственную татуировку, о которой знаю только я. Ну или, недавнее происшествие, проколотый нос. Не знаю, но кажется это ее личный способ расширить свои границы и попробовать жизнь на вкус, не теряя основного курса. Елена, мать Лики, всегда была против такого самовыражения, но мирится с этим всем, пока ее дочь следует плану и не выбивается из него ни на йоту.
На подходе к университету нас встречают Мика и Алекс, а недалеко от них стоит Зак с бумажным пакетом из моей любимой кондитерской, где готовят самую восхитительную выпечку. Уже несколько раз он встречал меня с таким завтраком, и, похоже, что подкармливать меня по утрам входит ему в привычку. И, если быть честной, мне больше нравится завтракать тем, что приготовил он сам.
Поздоровавшись с подругами и поцеловав парня в щеку, заглядываю в пакет и остаюсь слегка разочарованной. Вместо сладких булочек или пончиков я обнаруживаю…
– Что это?
– Эмпанадас, – я продолжаю вопросительно смотреть на Зака, ожидая от него объяснения, но его речь прерывает Алекс.
– Это пирожки с мясом. Бывают со специями, луком. Иногда в них добавляют изюм, странное сочетание, но вкусное. Их иногда запекают, а иногда жарят, вернее будет сказать, варят в масле. Покажи, какие у тебя, – она забирает пакет из моих рук и заглядывает в него без каких—либо церемоний, – тебе повезло, это запеченные. Изжога и ожирение тебе не грозят.
– Отлично, спасибо.
– Ладно, пока, увидимся за ланчем.
Мика с Алекс удаляются вслед уже ушедшей Лике. Не знаю, почему, но эти пирожки вызывают во мне слишком много вопросов.
– Почему они? – я делаю укус и наслаждаюсь мясным бульоном, скрывающимся внутри эмпанадаса. Это чертовски вкусно!
– Решил, что это будет сытнее и полезнее простых сладких булочек.
– Но они мне тоже нравятся.
– Завтрак должен тебя насыщать и давать тебе силы на новый день.
– Это пищевой абьюз, – я толкаю Зака в плечо, пока мы проходим последние метры перед университетом.
– Я знаю, что ты раньше никогда не отказывалась от завтрака. Решил, что раз уж ты не успеваешь утром поесть, то я возьму эту задачу на себя.
– Ты просто хочешь, чтоб я поправилась.
– И это тоже.
Еда в моем рту становится похожа песок с камнями. Они скребут мои зубы, вызывают чувство тошноты и желание поскорее прочистишь желудок.
– Прости что?
– Энн, я знаю, что наше расставание сильно ударило по нам обоим. Я хочу, чтоб ты не разрушила свое здоровье.
– Это звучит именно так, как я сказала раньше. И это не шутка, Зак.
– Энн, это забота.
– Или гиперконтроль.
– Я тебя ни к чему не принуждаю и не заставляю. Не использую никакие уловки, не давлю на тебя. Лишь предлагаю.
– Если дать наркоману дозу, от которой он не может отказаться, то это тоже можно отнести к “просто предложению”.
– Принести завтрак – это не кинуть в тебя ложкой и зажигалкой.
– Почти одно и то же.
– В отличие от наркомана, который не может отказаться, ты всегда имеешь возможность поделиться с подругами или попросить меня не приносить тебе еду. Ты хочешь, чтоб я прекратил? Тебе от этого не комфортно?
– Нет… Мне приятно, просто… – он целует меня в макушку и уходит в направлении своего кабинета.
– Просто забота – это приятно и непривычно, я знаю. Увидимся после лекций, красотка.
Глава 28
Энн
Когда я снова остаюсь ночевать у Зака после отъезда его родителей из города, то меня больше не пугает возможность облажаться во время приготовления завтрака или ужина. Вчера мы вместе готовили блинчики, правда, я выполняла меньшую часть работы. Пока Зак отходил из кухни на меня была возложена миссия снимать блинчики со сковороды и заливать новые. Сказать, что они получились кривыми, не сказать ничего, но их внешний вид никак не повлиял на их вкус. Если не считать нескольких сгоревших и того факта, что тесто делал Зак, то я справилась, и если не на “5”, то точно на “4+”. Мне нравится думать именно так.
Я достаю из духовки приготовленный наши ужин и снимаю фольгу. Аромат сочного запеченного мяса наполняет пространство, заставляя меня жалеть о том, что я не умею готовить. У меня было несколько лет возможности это сделать, но я цеплялась за свои страхи и следовала им вместо того, чтоб рискнуть. Хотя “рискнуть” это не уместное слово, скорее я просто должна была переступить через все это и сделать шаг вперед.
Руки Зака касаются моей талии и отодвигают в сторону, парень встает рядом со мной и тоже наслаждается видом приготовленной еды. Взяв большую ложку, он зачерпывает ею получившийся бульон со дна стеклянной формы и поливает им овощи. Подрумяненный картофель, лопнувшие маленькие помидорки, слегка сморщившийся перец. И-де-аль-но!