Ана Хуанг – Если бы солнце никогда не садилось (страница 32)
Прежде чем кто-то успел ответить, Крис выпалила ругательство.
— Это еще кто, черт возьми?
Их головы повернулись к выходу из дома. Сэмми вернулся… с роскошной длинноногой блондинкой. У незнакомки было лицо, способное заставить Шарлиз Терон уйти на покой, а одета она была в стильный красный комбинезон, который Фарра узнала из последнего выпуска Mode de Vie.
— Привет, Нардо, — пропела блондинка.
— Привет, Джесс. — Нардо бросил еще один настороженный взгляд на Оливию, которая хмурилась, глядя на гостью.
Сэмми откашлялся.
— Ребята, я хочу познакомить вас со своей девушкой, Джессикой. Джесс, это все наши. — Он представил группу, запнувшись на имени Оливии.
Его объявление встретила тишина.
Шок пробежал по венам Фарры.
Нейт заговорил первым.
— Приятно познакомиться, Джессика. Я Нейт. — Он представился снова, хотя был последним человеком, кому требовалось представляться.
Джессика улыбнулась.
— Я знаю, кто вы. — Никакого фанатского визга, никакого румянца. — Мне тоже приятно познакомиться.
— Она только что приехала в Нью-Йорк. Не смогла быть на открытии вчера, потому что у нее было судебное заседание, — объяснил Сэмми.
— О. Вы адвокат? — Тон Крис явно давал понять, что ответ ей глубоко безразличен.
— Технологическое право, поэтому район Залива — это моя стихия. Про Кремниевую долину можно сказать что угодно, но там никогда не бывает скучно. — Джессика улыбнулась.
Крис зевнула.
— Потрясающе.
Фарра украдкой взглянула на Оливию. Та стерла всякое выражение с лица, но Фарра читала напряжение в ее плечах и видела, как она теребит ремешок часов. Оливия была в ярости.
Нейт откашлялся.
— Эй, почему бы нам не поесть, пока все не остыло? Хот-доги еще на гриле, но бургеры готовы. Налетайте.
Стук пластиковых приборов и легкая болтовня разрядили обстановку, но подспудное чувство неловкости осталось.
— Похоже, я не единственный, кого Оливия хочет забросить в гущу соревнований по метанию топоров, — пробормотал Блейк. — Я думал, они с Сэмми расстались давным-давно.
— Все сложно.
Оливия была не из тех, кто любит обсуждать свои чувства на людях, поэтому Фарра решила пока не устраивать подруге допрос с пристрастием.
— «Сложно» — это я понимаю. Но знаешь, что просто? — Блейк поиграл бровями. — Ночная прогулка по Бруклинскому ботаническому саду. Это не свидание, клянусь. Просто два друга с цветочными бонусами, нюхаем розы и всё такое.
Может быть, дело было в солнце, в радости от того, что она окружена старыми друзьями, или в мальчишеской улыбке Блейка. Так или иначе, Фарра отбросила осторожность.
Что в этом плохого?
— Ладно, — сказала она. — Пойдем в сад.
Глава 26
Следующий месяц пролетел незаметно. Фарра так и не добилась приглашения на собеседование ни в одну из дизайнерских фирм, в которые подавала заявки, даже после того, как лично занесла копии своего резюме и сопроводительного письма и перезвонила, чтобы узнать результат.
В итоге она начала искать больше индивидуальных клиентов, по стопам своего предыдущего соглашения с Блейком. Это не было пределом мечтаний — она еще не была готова полностью уйти во фриланс, — но это давало ей чувство цели на фоне растущей паники по поводу карьеры.
Между тем Блейк помогал Фарре отвлекаться от грызущих ее тревог. Их вечер в саду после барбекю у Сэмми оказался первым из многих не связанных с сексом занятий, к которым Блейк убедил ее приобщиться. Фарра не знала, как ему это удается, но она обнаружила, что устраивает пикники в Центральном парке, совершает однодневные поездки на Кони-Айленд и совершает полуночные прогулки по Бруклинскому мосту с человеком, которому когда-то поклялась никогда больше не позволять возвращаться в свою жизнь.
Что еще хуже, Фарре нравились их «не-свидания». Очень сильно. Каждое из них направляло своего рода специальную лучевую пушку Годзиллы на бабочек в ее животе, заставляя их расти все больше и больше, пока они не начали угрожать захватить все ее тело.
— Как долго ты пробудешь в Майами? — спросила она, вздрагивая от ночного холода, скользившего по коже.
Август был самым жарким месяцем в городе, но сейчас было одиннадцать вечера, и они находились на высоте 100 этажей над землей. Фарра пожалела, что не надела куртку поверх платья и сандалий. С другой стороны, она не планировала, что их обеденное свидание — точнее, не-свидание — затянется до такой поздней ночи.
— Неделю. Запланировано много встреч и осмотров объектов. — Блейк притянул ее к своей груди и потер ее руки, разглаживая выступившие мурашки. Тепло просочилось в ее живот, и она снова вздрогнула, на этот раз по совсем иной причине, нежели холод. — Не скучай по мне слишком сильно. — В его голосе звучали характерные для него самоуверенные и дразнящие нотки.
— Мечтай больше. — Фарра уткнулась лицом в его грудь и вдохнула его свежий цитрусовый аромат. — Тебе лучше привезти мне
Смешок Блейка завибрировал внутри нее.
— Принято к сведению. Кстати, как продвигаются поиски работы? Лив упомянула, что ты лично разносишь резюме?
За последний месяц Блейк и Оливия заключили перемирие. Судя по всему, это перемирие эволюционировало из стадии «не убивать его при встрече» в стадию разглашения информации о профессиональных бедах Фарры.
Фарра не хотела скрывать свои проблемы с поиском работы от Блейка; просто она считала это унизительным. Она взяла с него кучу денег за дизайн его квартиры, а теперь не могла добиться даже телефонного интервью в приличной фирме. Или вообще в любой фирме, если уж на то пошло.
— Не очень, но я продолжу пытаться. — Фарра отстранилась и заправила прядь волос за ухо. — А пока я ищу новых клиентов, так что если знаешь кого-то, чьему дому нужна переделка…
— Я дам тебе знать. — Блейк посмотрел на нее с серьезным выражением лица. — Я не шутил, когда говорил, что у тебя есть все данные, чтобы работать на себя. К черту эти студии, которым не хватает ума нанять тебя. У них в голове явно не все дома, и тебе без них будет лучше. Ты можешь потратить все то время, которое тратишь на погоню за этими идиотами, на создание собственной фирмы. У тебя есть талант и есть связи. Посмотри, какую отличную работу ты проделала в моей квартире. Всем, кто заходит, она нравится.
Фарра вскинула брови.
— И много людей заходит?
Блейк загнул пальцы, перечисляя гостей.
— Ты, Лэндон, Джастин, Пэт, Сэмми и… — Он нахмурился. — Дело не в этом. Дело в том, что нет установленных сроков для погони за своими мечтами. Никогда не наступит день, когда ты проснешься и увидишь мигающую неоновую вывеску с надписью: «Сегодня тот самый день, когда пора рискнуть». Ты должна сделать этот выбор самостоятельно.
Фарра знала, что он пытается поддержать ее, но раздражение тем не менее обдало ее кожу жаром.
— Я же сказала тебе, что не готова. Хватит давить. — Она отвернулась от Блейка и подошла к одной из наклонных стеклянных перегородок.
Они находились на The Edge, открытой смотровой площадке, подвешенной в воздухе над Манхэттеном. В стоимость входного билета входило: 360-градусный обзор города и здоровая доза головокружения для тех, кто не был фанатом высоты — включая Фарру.
Ее переменчивое настроение не остановило Блейка. Он последовал за ней, обхватил ее подбородок и заставил посмотреть на него.
— Ты знаешь, сколько филиалов Legends сейчас существует в мире? — потребовал он ответа. — Двенадцать. Остин, Лос-Анджелес, Чикаго, Новый Орлеан, Сиэтл, Хьюстон, Даллас, Лондон, Бостон, Дублин, Барселона и Мадрид. Четырнадцать, если считать Нью-Йорк и Майами. И я планирую открыть еще много, много других.
— Поздравляю. — Фарра попыталась вырваться из хватки Блейка, но безуспешно. Его пальцы обжигали кожу, а интенсивность взгляда испепеляла душу.
— Ты знаешь, сколько их у меня было пять лет назад? Ноль. И у меня до сих пор был бы ноль, если бы не девушка, которая сказала мне послать к черту хейтеров и идти за своей мечтой. Она верила в меня, когда я сам в себя не верил, и я не был бы и близко там, где я сейчас, если бы не она. Она сделала меня тем, кто я есть, и я обязан ей всем.
Пульс Фарры вышел из-под контроля. Невидимая нить натянулась между ними и дергала за струны ее сердца каждый раз, когда он смотрел на нее так, как сейчас — будто она была солнцем для его земли. Она была уверена, что Блейк чувствует, как ее дрожь передается по этой нити в его тело, потому что он тоже дрожал, а его глаза были темными, как ночное небо над ними.
— Я не помню, чтобы использовала выражение «послать к черту хейтеров», — прохрипела она.
Зубы Блейка блеснули белизной в темноте, прежде чем он снова стал серьезным.
— Может, и не именно этими словами, но посыл был именно таким. Ты можешь всё. Поверь в это.
Искренность в его голосе заставила ее пульс перейти от бешеного бега к падению прямо с обрыва в то место, куда, как она думала, она никогда больше не попадет.
— Я знаю, что тебе страшно. Мне тоже было страшно. И сейчас страшно. Иногда я просыпаюсь с мыслью, что ни хрена не смыслю в том, что делаю, и в ужасе, что все вокруг меня рухнет. Это чувство никогда не исчезает. Но успеха добиваются те, кто перешагивает через страх. — Блейк отпустил ее и развернул лицом к городу. Он положил руки ей на бедра, а подбородок — ей на плечо. — Помнишь, когда мы в последний раз стояли на вершине мира? — прошептал он. — Макао. День рождения Кортни. Мы прыгали с тарзанки, и ты была так напугана, что несколько раз пыталась отказаться. Я думал, инструктор нас прибьет.