Ана Хуанг – Если бы солнце никогда не садилось (страница 22)
У нее не было желания ворошить прошлое, но оно уже выглядывало из коробки, в которой она его похоронила. С тем же успехом можно было выпустить его на волю, чтобы оно утратило свою энергию, прежде чем она снова запрет его.
Сэмми вздохнул.
— Как я уже сказал, не мне об этом рассказывать. Но не будь так строга к Блейку, ладно? Он через многое прошел. И если он захочет тебе рассказать… — Он забарабанил пальцами по колену. — В следующий раз, когда увидишь его, спроси его о той ночи, когда ты потеряла свое ожерелье.
Рука Фарры взлетела к кулону. Это был последний подарок ее отца перед смертью. Блейк был единственным человеком, который знал о его значимости, если только он не рассказал Сэмми, для чего у него не было причин.
— Какое отношение мое ожерелье имеет к чему бы то ни было?
Печаль прокралась в глаза Сэмми.
— Оно имеет к этому больше отношения, чем ты думаешь.
Глава 18
Беда не приходит одна.
После многомесячной полосы невероятного везения профессиональная жизнь Блейка начала срать на него так же активно, как и личная.
Его менеджер ресторана сбежал в Грецию за девушкой, в которую влюбился на дегустации вин, и прислал Блейку электронное письмо с Санторини, в котором рассыпался в извинениях, но ясно дал понять, что не вернется в Нью-Йорк в ближайшее время.
В туалете на втором этаже бара возникла проблема с сантехникой, ремонт которой обошелся в целое состояние.
А Mode de Vie отменили его репортаж, потому что в последний момент заполучили эксклюзивное интервью с печально известным своей нелюдимостью наследным принцем Эльдоры и его невестой — американской стюардессой и новоиспеченной иконой стиля, которую семья принца, по слухам, ненавидела.
Блейка не так сильно волновал Mode de Vie, хотя это была бы отличная реклама для бара. Его, однако, волновала Фарра, которая работала на износ, пытаясь привести его квартиру в порядок для съемки. Она никогда не говорила об этом, но он знал, как она была воодушевлена своим дебютом в журнале. Он поймал ее на том, как она гуглила список дизайнеров интерьеров, появлявшихся в Mode de Vie, когда думала, что он не смотрит.
Теперь он должен был сказать ей, что этого не будет.
— Каков статус найма нового менеджера ресторана? — спросил Блейк Патрисию, которая строчила в своем телефоне так, словно от этого зависела ее жизнь.
— Мы сократили список до трех кандидатов. Собеседования с ними назначены на следующую неделю, — ответила Патрисия, не поднимая глаз. — Я также подтвердила интервью с City Style вместо съемки для Mode de Vie. Это не тот масштаб, но у него приличная читательская аудитория среди нашей целевой группы.
— Съемка будет у меня дома?
— Нет. В их студии. Они никогда не проводят выездные съемки для персональных очерков.
Блейк вздохнул.
— Ладно, спасибо. — Он сверился с часами. Почти восемь вечера. Он был на ногах с пяти утра. Проснулся в три. Голова шла кругом от усталости, но он обещал Лэндону встретиться и выпить в The Egret. Он был так по уши в дерьме и жалости к себе, что не видел лучшего друга несколько недель. — Давайте закругляться. Иди отдыхай.
— Я сначала отправлю еще несколько писем.
— Патрисия.
— Блейк, — передразнила она его. Его глава аппарата закатила глаза на его свирепый взгляд. — Ладно. Я уйду после того, как отправлю еще одно письмо. Тебя это устроит?
— Тебе стоит радоваться, что я такой понимающий босс, — проворчал Блейк. — Иначе я бы уволил тебя давным-давно.
— Ты никогда меня не уволишь. Я лучший глава аппарата, который у тебя мог быть.
Черт возьми. Она была права.
После очередного напоминания о том, чтобы не работать слишком поздно, от которого Патрисия отмахнулась, Блейк вышел из Legends и поехал на метро в верхнюю часть города. Поскольку был вторник, в The Egret было не слишком многолюдно, и прямо при входе он заметил Лэндона, болтающего с Джастином у стойки.
— Здорово. — Блейк приземлился на стул рядом с Лэндоном и вскинул подбородок в знак приветствия, прежде чем обратиться к Джастину. — Почему каждый раз, когда я тебя вижу, ты не работаешь?
— Ты видишь за баром кого-то еще, придурок? — Джастин хлестнул Блейка полотенцем. — К тому же, в прошлый раз, когда ты был здесь, я работал. Настолько, что ты меня глазами на две части разрезал, когда я принес тебе пиво медленнее, чем обычно.
— Это не имело никакого отношения к пиву.
— А к чему это имело отношение? — Джастин ухмыльнулся. — Погоди. Дай угадаю. Азиатка, длинные темные волосы, губы, которые выглядят так, будто созданы для с—
— Закончишь это предложение, и твое лицо встретится с моим кулаком, — прорычал Блейк.
Бармен казался невозмутимым.
— Может и нет, потому что тебе явно нужно трахнуться. Ты напряжен сильнее, чем британский лорд с палкой в заднице.
Он был прав. Ночь Блейка с Фаррой в Сиракьюсе оставила его с растерзанным сердцем и яйцами синее, чем Смурфик. Правая рука помогала, но не сильно. Он мог бы пойти и найти доступное тело, чтобы забыться на ночь, но каждый раз, когда он обдумывал этот вариант, он казался таким же заманчивым, как совать член в осиное гнездо.
Фарра, по сути, испортила его для других женщин.
— Однажды, Джей, кто-нибудь надерет тебе задницу, и ты заслужишь каждую секунду этого, — Лэндон похлопал Блейка по спине. — Принеси этому напряженному бургер и виски. За мой счет.
В течение часа бар заполнился, против чего Блейк не возражал. Это означало, что у Джастина появилось дело поважнее, чем лезть в его разговор.
— Все летит к чертям. — Блейк уставился на янтарную жидкость в своем стакане, пока она не расплылась перед глазами. — Клянусь, это карма.
— За что?
Блейк пожал плечами.
Как обычно, Лэндон прочитал его мысли.
— Это была не твоя вина. Это был несчастный случай. Клео, полиция, твоя семья… никто тебя не винит.
— Ее отец винит.
— Ее отец — придурок.
Брови Блейка взлетели вверх. Лэндон почти никогда не ругался. Слишком неотесанно для наследника 500 миллионов долларов.
Он поморщился, как только эта мысль промелькнула в голове. Это я придурок. Лэндон, может, и богат, но он не из тех заносчивых типов, которые думают, что их дерьмо не пахнет. Они познакомились, когда Блейку было семь лет и он случайно попал футбольным мячом Лэндону в лицо. Мама Блейка рассыпалась в извинениях, няня Лэндона была в панике, но Лэндон просто рассмеялся и поспорил с Блейком, что тот не обыграет его в матче один на один. Блейк обыграл — в первый раз. Во второй раз победил Лэндон. С тех пор они были лучшими друзьями.
— Не смотри на меня так, — сказал Лэндон. — Уж ты-то лучше всех знаешь, каким невыносимым может быть отец Клео.
Правда. Отец Клео заставлял папашу Блейка выглядеть корзиной с пушистыми новорожденными золотистыми ретриверами. Он едва не оторвал Блейку голову и не скормил ее своему ротвейлеру, когда узнал, что Блейк обрюхатил его единственную дочь до брака.
— Я не хочу говорить об отце Клео или о чем-либо, связанном с Остином, — сказал Блейк, хотя подтверждение билета на рейс домой жгло дыру в его почтовом ящике. Он все-таки сдался и купил билет на день рождения отца — не потому, что горел желанием видеть Джо, а потому, что был должен это маме и сестре. — У меня достаточно нынешнего дерьма, чтобы еще не раскапывать старое.
— Справедливо. — Лэндон крутил стакан на стойке. — Кстати о нынешнем дерьме, как дела с Фаррой?
Блейк выдавил безрадостную улыбку.
— Паршиво.
— Рассказывай, что случилось.
Блейк не планировал подробно описывать свою унизительную ночь другу, но виски развязал ему язык, и прежде чем он успел опомниться, он выложил всё.
Лэндон слушал, пока калейдоскоп удивления и недоверия сменялся на его лице. Он ничего не сказал после того, как Блейк закончил, но, возможно, потому, что некий бармен влез раньше, чем он смог.
— Ты
Блейк обернулся и увидел своего друга-и-головную-боль, который пялился на него с разинутым ртом, протирая одно и то же пятно на стойке снова и снова, видимо, слишком ошеломленный дурацкими решениями Блейка, чтобы заметить мокрый след в двух дюймах слева.
— Как ты уже вернулся? — потребовал Блейк. — Здесь же полно народу.
— Моя смена закончилась десять минут назад. Я остаюсь ради смеха.
Блейк поморщился.
— Пожалуйста, никогда больше не говори «ради смеха». Ты взрослый мужик.
— Этот взрослый мужик будет говорить всё, что захочет. — Джастин отбросил полотенце и подмигнул своей сменщице, фигуристой рыжей девушке с пирсингом в губе и решительным видом. Две минуты спустя он снова оказался прямо перед лицом Блейка по другую сторону стойки.